“Ты – Сын Мой возлюбленный”. Священник Хосе Вегас: размышление на Крещение Господне.

Богоявление, явление Бога в человечестве Иисуса, которое начинается еще на Рождество, продолжается поклонением волхвов с востока и теперь завершается его публичным появлением, когда «пришёл Иисус из Назарета Галилейского и крестился от Иоанна в Иордане». Марк рассказывает об этих событиях с большой лаконичностью и заставляет нас смотреть на их суть. Иисус избрал для начала Своей общественной деятельности не Иерусалимский храм, а пустыню; Он являет Себя не для официального поклонения, а в исполнении пророчества, которое неожиданно вспомнили и вновь прорекли в кругу Иоанна Крестителя. Таким образом, Иисус подтверждает религиозный опыт Исхода и его самое подлинное выражение – пророчество. Но в этом подтверждении нет никакого намека на национализм; напротив, Иисус находится на границе, за которой открытые пространства, готовые приветствовать то новое, что Он предлагает. Было бы трудно найти дружелюбные прием в центрах политической и религиозной власти, представленных недоверчивыми саддукеями и слишком уверенными в себе и своей праведности фарисеями. Иоанн, пророк последнего времени, живущий на краю пустыни и призывающий к обращению, олицетворяет собой полную противоположность им. Он живет в открытости и надежде. Вовсе не утверждая себя, он определяет себя скорее, как «не–тот»: он не Мессия, не Илия и не пророк. Всё Его существование является знаком и представлением Иисуса: «идёт за мною Сильнейший меня, Он будет крестить вас Духом Святым». В отличии торжественных официальных обрядов Храма, Иоанн совершает простой обряд очищения водой, выражающий признание собственного несовершенства, а также готовность и открытость к чему–то новому, лучшему и окончательному.

Именно в этом контексте открытости, послушания и нахождения на краю общества Иисус совершает свое публичное появление. В отличие от Иоанна, который «я–не тот», Иисус–Тот, Кто должен прийти, Мессия. Но его явление состоит не в акте самоутверждения, говорящем о себе «Я есмь», а, наоборот, в подчинении обряду очищения водой. Иисус показывает себя братом всем и, не имея греха, страдает от последствий греха, более того, берет на себя грех мира. Проходя крещение Иоанна, Иисус подтверждает свою полную идентичность с нами; он подтверждает, что его воплощение – это не просто внешнее сходство или что–то, что не касается его существа глубоко внутри. Поэтому Крещение Иисуса образует единство с празднованием Рождества и Богоявления и завершает их: это откровение Бога во плоти, в полной идентичности и солидарности со всеми людьми. Плоть, в своей конкретности и в своей слабости, сестра Нам всем в своей открытой универсальности, которая преодолевает любые национальные, идеологические или религиозные барьеры. Как напоминает Петр в Деяниях, именно исходя из этого ясно, что «Бог нелицеприятен, но во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему», и если его слово было послано израильтянам, то мир, который это слово объявляет, предназначен для всех, поскольку Иисус Христос является «Господом всех».

И именно там, в этом акте послушания и солидарности со своим народом и со всеми людьми, начинает исполняться пророчество Иоанна: Дух Святой сходит на Иисуса, и голос Отца открывает Его истинную сущность: «Ты Сын Мой возлюбленный». Между Богом и человеком нет противоречия, ибо Сам Сын Человеческий, Иисус, есть Сын Божий, и в немощи плоти являет спасение. Бог выбирает Иисуса, Своего Сына возлюбленного, потому Он стал единым с нами, чтобы все мы, принадлежащие к одной плоти, могли участвовать в Божьем сыновстве и Божьей любви.

Когда мы созерцаем Иисуса, крещенного Иоанном как человека и явленного гласом Когда мы созерцаем Иисуса, крещенного Иоанном как человека и объявленного гласом с Неба как Сына Божьего, то понимаем, что в Нем реализуется полный и окончательный завет Бога с человечеством, о котором пророчествовал Исаия: «поставлю Тебя в завет для народа, во свет для язычников». Мы также понимаем, каким будет его мессианский стиль: не власть, а служение, не насильственное навязывание, а восстановление, исцеление, освобождение. Иисус не избегает встречи с грешниками, но ищет общения с ними и идет на контакт с нечистыми, чтобы найти потерянных и исцелить больных; Он не фанатичный аскет, готовый любой ценой положить конец греху и несовершенству в разрушительном усердии, напротив, Его замысел – восстановление и реабилитация: «трости надломленной не переломит, и льна курящегося не угасит; будет производить суд по истине».

Легко понять, что в Крещении Иисуса Христа скрыто пророчество о Его смерти и воскресении. Приняв на Себя грех мира, Иисус также принимает на себя последствия греха, в первую очередь смерть. Погружение в воды Иордана является символом его самопожертвования в любви до самой смерти. Но сила Духа, проявляющаяся над Ним, когда Он выходит из этих вод, говорит о Его победе над смертью: в хрупкости плоти Он утверждается Богом, как Сын.

Мы крестились не водным крещением Иоанна, а крещением Святым Духом, которым мы погрузились в тайну смерти и воскресения Сына Божьего, рожденного во плоти, подобной нашей. Это означает, что мы тоже должны быть готовы пережить пустыню, выбрать тернистый путь служения, отказаться от разрушения и насилия, постоянно пытаться быть открытыми Богу, который нелицеприятен, стараться пройти через этот мир, как Иисус, делая добро и исцеляя угнетенных дьяволом, любой формой зла. Крещенные в пасхальном крещении Иисуса и помазанные Его Духом, мы тоже слышим голос, нисходящий с неба: «(и) Ты – Сын Мой возлюбленный, Дочь Моя возлюбленная, в тебе Мое благоволение». Это наша самая глубокая и подлинная идентичность, которую только в общении с Иисусом из Назарета, помазанным силой Святого Духа, мы можем открыть в себе.

Edit