13 января – память святого Ремигия Реймсского

Сегодня утверждение о том, что искусство, культура и традиции Европы глубоко укоренены в христианстве, как правило не вызывает возражений даже у тех, кто не осознаёт себя не только христианином, но даже просто верующим во что бы то ни было сверхъестественное. Хотим мы этого или нет, но Европа, некогда считавшаяся огромным неизведанным пространством, а теперь такая маленькая, обжитая и уютная, пронизана христианством, часто даже не осознаваемым как таковое, несмотря на то, что большинство государств современной Европы строятся по принципу светскости и отделённости религии от государства, отказавшись от того, чтобы считать какую-либо религию государственной, и признавая равенство всех граждан вне зависимости от вероисповедной принадлежности.

Первой европейской страной, провозгласившей принцип светскости государства, была Франция, и в этом есть некий парадокс, которыми вообще полна история, ведь именно выбор первого  французского короля Хлодвига, основоположника династии Меровингов, сделанный много столетий назад, сделал Францию христианской, а Европу  превратил в пространство, где стали преобладать христиане. И в том, что этот король, до обращения прославившийся не только как талантливый полководец и человек большой личной храбрости, но и как жестокий и коварный политик, превыше любых нравственных соображений ставивший принцип личной выгоды, принял решение стать христианином, в то время, как большинство государств, окружавших Францию были языческими или впали в арианство, решающую роль сыграл святой Ремигий, епископ Реймса и апостол франков, один из тех великих людей, которым принадлежит заслуга обращения ко Христу целых народов.


Святой Ремигий, как рассказывает о нём Золотая легенда, родился в 437 году и происходил из знатного галлороманского рода – его отцом был граф Лаонский Эмилий, матерью Селина, дочь епископа Суассона, впоследствии канонизированная. Один из биографов рассказывает, что ещё до рождения Ремигия некий слепой отшельник предсказал его матери славное будущее младенца. Легенда утверждает, что после рождения Ремигия, омыв глаза молоком Селины, слепой прозрел.

Рождённый в римском гражданстве, Ремигий был свидетелем того, как сотрясались основы империи, и господство над его родной Галлией переходило к бургундцам, алеманам, вестготам и наконец, завоевавший её германский народ, называвший себя франками, дал ей своё имя, которое она носит и сейчас – Франция.

Ремигий, как и многие известные деятели Церкви того времени, принадлежал к галлороманской культуре, имеющей латинские корни. В Реймсе он получил теологическое образование и уже  в 22 года был избран епископом Реймса, благодаря своей учёности и святой жизни. Его родной брат Принципий стал епископом Суассона. Христиане в это время составляли в Галлии меньшинство, их общины можно было сравнить с маленькими островками, в море язычества, где  были целые архипелаги приверженцев арианства. Язычниками были и франки, искусные воины, в прошлом служившие Римской империи, а затем, под предводительством короля Хильдерика, занявшие большинство Галльских территорий.

После смерти в 482 году Хильдерика королём становится его пятнадцатилетний сын Хлодвиг. К нему, молодому королю нового государства, Ремигий, епископ Реймса, обращается с письмом, в котором рисует перед этим юным язычником образ короля-христианина, высоконравственного правителя. Это письмо – одно из немногих сохранившихся произведений, вышедших из под пера святого.

 «До нас дошла великая новость, что вы счастливым образом получили в свои руки управление военными делами – пишет Ремигий, – Но не ново то, что ты начинаешь быть тем, кем были твои отцы. Особенно ты должен действовать таким образом, чтобы Бог не оставил тебя теперь, когда твои достоинства и скромность вознаграждены твоим возвышением на высоту почестей, потому что ты знаешь, как говорят обыкновенно, что по концу судят о действиях человека. Ты должен избрать себе советников, которые придали бы блеск твоему доброму имени, показать себя чистым и честным в управлении твоими бенефициями, почитать епископов и всегда прибегать к их советам. Если ты сохранишь согласие с ними, то все пройдет хорошо в твоей провинции. Покровительствуй своих граждан, утешай бедствующих, помогай вдовам, питай сирот, так что бы все тебя боялись и любили. Пусть из твоих уст исходит справедливость. Не надобно ничего требовать ни у бедных, ни у чужеземцев, и не унижай себя до того, чтобы принимать подарки. Пусть твоя претория будет открыта всем, и да не выйдет никто из нее огорченным. Все богатства, которые ты получил от своего отца, употреби на облегчение участи пленных и на освобождение их от ига рабства. Если будет приведен к тебе какой-нибудь странник, не давай ему почувствовать, что он чужеземец. Шути с молодыми людьми, рассуждай о делах со стариками, и если ты хочешь быть королем, то поступай так, чтобы тебя считали достойным того».

Советы святого не были исполнены молодым королём. Хлодвиг прославился как коварный властитель, для которого никакие средства не были слишком жестокими, если он желал достигнуть своей цели. Он легко убивал и обманывал, стравливал между собой родственников, если ему казалось, что те представляют для него опасность, как возможные претенденты на престол и, в конце концов, истребил всех, кто был для него хоть сколько-нибудь опасен. Справедливости ради надо сказать, что в эпоху Раннего Средневековья таких же принципов придерживались многие государи. К примеру, дядя жены Хлодвига Клотильды (христианки, женщины святого образа жизни, немало способствовавшей обращению мужа) Гундобад убил её родителей, чтобы расчистить себе путь к власти над Бургундией, но и сам был убит Хлодвигом. Клотильда убеждала мужа принять христианство, но он по-прежнему придерживался язычества, хотя питал уважение к вере жены и относился с почтением к епископам в занятых им галльских городах. Об этом своеобразном уважении говорит знаменитый эпизод с Суассонской чашей, рассказанный Григорием Турским в его «Истории франков». При взятии Суассона войском Хлодвига было захвачено много чаш и другой церковной утвари и среди них одна, особенно ценная. Епископ Реймса обратился к королю с просьбой вернуть эту чашу, и король, отнёсшись со вниманием к этой просьбе, просил воинов не бросать жребий кому достанется эта чаша, а считать её королевской добычей, желая вернуть её в церковь. Все воины согласились с волей короля, кроме одного, который попытался разрубить чашу топором, чтобы она не досталась никому. Король вернул полуразрубленную чашу епископу, а спустя год, во время смотра войск, ударом топора по голове убил того, кто осмелился ему возражать, сказав: «Так и ты поступил с той чашей».


Решение обратиться в христианство Хлодвиг принял, когда, по свидетельству того же Григория Турского, во время битвы с алеманами при Толбиаке войска Хлодвига стали терпеть поражение, и он взмолился к «Богу Клотильды», обещая в случае победы креститься вместе со всем войском. Победа была ему дарована, и Клотильда призвала епископа Реймского, чтобы тот наставил короля в вере. Однако король, несмотря на данный обет, опасался, что его воины могут оказаться против измены прежним богам. Но когда по совету епископа Хлодвиг вышел к ним, чтобы спросить их согласны ли они креститься, произошло настоящее чудо – всё войско дружно ответило: «Милостивый король, мы отказываемся от смертных богов и готовы следовать за бессмертным Богом, которого проповедует Ремигий».  Эти слова засвидетельствованные историком бесспорно указывают на то, что  массовое крещение франков, последовавшее за победой над алеманами было результатом более чем десятилетней убедительной проповеди Ремигия и что одержанная победа была скорее последним доводом в пользу крещения, чем его действительной причиной.  В канун Рождества 496 г. (Григорий Турский называет 498 г., а некоторые историки считают более правильной датой 24 декабря 501 г.) состоялось крещение Хлодвига и 3000 его солдат.  Итальянский хронист Иаков да Варацце утверждает, что во время крещения миро для помазания короля было принесено ангелом, сошедшим с небес и склянка, которую он передал в руки святого Ремигия, впоследствии использовалась при помазании французских королей на царствование, которое происходило в Реймском кафедральном соборе, там, где стал христианином первый король франков.


Нельзя утверждать, что крещение превратило Хлодвига в другого человека, кардинально изменив его жестокую натуру, но нет никаких сомнений в том, что его вера, пусть и очень наивная и условная, была искренней, решение креститься не было продиктовано политическими интересами (с точки зрения политики, самым выгодным было бы стать арианином), а уважение, которое он всегда испытывал к епископу, глубоким и неизменным. 

 Святой Ремигий, епископ Реймса, умер в глубокой старости, 13 января 533 г. и был погребён в Реймсе. Когда опасаясь нашествия норманнов в 882 г. могилу вскрыли и гроб перевезли на время в Эперней, оказалось, что тело его осталось нетленным.

Крещение короля и его войска принято считать самым значительным историческим деянием святого Ремигия, затмившим даже такое поражающее воображение чудо, как воскрешение умершей девушки, но с точки зрения святости, возможно, гораздо больший вес в глазах Господних имели другие его заслуги – более семидесяти лет неустанного епископского служения, за время которого им были основаны епископские кафедры в Турне, Камбре, Теруанне и Лионе, кротость и любовь к ближним, благодаря которым он простил священника Клавдия, тяжко оскорбившего его, несмотря на то, что остальное духовенство требовало отлучить виновного от Церкви, умение убеждать, с помощью которого ему удалось во время  синода в Реймсе в 517 г. обратить епископа-арианина в истинную веру. В трудное для христианства время он проповедовал Евангелие тем способом, который всегда был самым трудным и самым убедительным – своей жизнью.

Сегодня, спустя полторы тысячи лет после того, как завершилось земное служение святого Ремигия, мы можем видеть, как изменили сознание европейцев полторы тысячи лет христианства. И сегодня в нашем мире есть жестокость и коварство, неверие и предательство, убийства и насилие, но мы больше не воспринимаем их как норму, как естественную, хотя и страшную часть повседневной жизни, в отличие от авторов средневековых хроник, добросовестно описывавших убийства братьев братьями, ради захвата власти,  насильное пострижение соперников в монахи, захват чужой собственности, массовые истребления мирных жителей (например, тюринги, вторгшись на территорию франков, с которыми был заключён мирный договор: «…погубили более двухсот девушек ужасной смертью: они привязали их за руки к шеям лошадей, которые под ударами палок с острым наконечником помчались в разные стороны и разорвали девиц на части; других же положили между колеями дорог, прибили их кольями к земле, прокатили по ним гружёные телеги и, переломав им кости, выбросили их на съедение собакам и птицам» и всё это было сделано просто так, для демонстрации силы победителей), но не дававших никакой нравственной оценки происходящему. В том, что мир  пусть и очень медленно, с точки зрения жизни отдельного человека, меняется в сторону большей гуманности и доброты, заслуга многих поколений христиан, святых, которые поверили в силу любви, полученной нами в дар от Всемогущего Бога, и в то время, когда добродетель не сулила никаких выгод и никакой конкретной пользы, начали жить по законам этой любви, медленно, но верно меняя мир вокруг себя. Среди этих, часто оставшихся неизвестными большой истории людей – епископ из Реймса, галл Ремигий, всю жизнь служивший Христу и Церкви.

Анна Кудрик

Edit