Всемирный день бабушек, дедушек и пожилых людей
2025-07-27

Св. Владимир: память
2025-07-28
Будучи младшим сыном Киевского князя Святослава и рабыни Малуши, Владимир стал в 969 году князем Новгородским, а после смерти отца, победив брата Ярополка в 980, взошёл на киевский великокняжеский престол. Усилия Владимира были направлены на объединение и реформирование древнерусского государства, вступившего при нём в период расцвета. Вначале Владимир реформировал языческий культ, создав официальный пантеон во главе с Перуном, но вскоре осознал необходимость выбрать одну из монотеистических религий. Заключив военно-политический союз с византийским императором Василием II Болгаробойцей, добился руки его сестры Анны и в 988 вместе с дружиной принял в Киеве крещение. После этого греческими и болгарскими священниками была крещена значительная часть населения древнерусского государства.
В 991-996 Владимир построил в Киеве Десятинную церковь Богородицы, которой предоставил десятую часть всех поступлений в казну. В Десятинной церкви Владимир положил часть мощей св. Климента I, Папы Римского, который стал первым небесным покровителем Древней Руси. Владимир основывал монастыри, открыл в Киеве школу для юношей. Строитель городов и военных укреплений, Владимир вёл успешную борьбу с печенегами. В 1006-1007 у Владимира гостил Бруно Кверфуртский, ехавший к печенегам с проповедью Евангелия. Долгое время у Владимир служил Олав Трюггвасон, впоследствии норвежский король. Согласно Никоновской летописи (XVII в.), Владимир поддерживал активные контакты с Апостольским Престолом.
Уже в XI в. Создавались литературные памятники, прославляющие Владимира как “второго Константина”. В фольклоре “Владимир Красное Солнышко” приобрёл черты идеального правителя, наделённого “солнечным” нравом, собиравшего вокруг себя всю Древнюю Русь.
Владимир канонизирован Русской Православной Церковью между 1240 и 1263 годами. В Русской Православной Церкви и в Католической Церкви память Владимира 15 июля, в Католической Церкви в России – 28 июля (для соответствия дня празднования 15 июля по юлианскому календарю).
Источник: Католическая Энциклопедия

Вспомогательный епископ принимает участие в Школе органистов во Владимире
2025-07-28 - 2025-07-29

Св. Марфа, Мария и Лазарь: память
2025-07-29
Марфа (из Вифании) – одна из первых учениц Иисуса Христа, в ее (вместе с братом Лазарем и сестрой Марией) доме любил останавливаться Господь. Имя «Марфа» – арамейского происхождения, означающее «хозяйка», «госпожа».
Упоминания о Марфе имеются в двух Евангелиях: от Луки и от Иоанна.
В Евангелии от Луки (Лк 10,38-42) Марфа с сестрой Марией проживает в неком неназванном по имени селении и принимает у себя в доме странствующего по дорогам Палестины Иисуса. Марфа хочет встретить гостя с честью и заботится о большом угощении, в то время как ее сестра Мария, сидя у ног Учителя, слушает Его наставления. Такое поведение, вообще говоря, противоречило нормам поведения женщины в иудейском мире, и Марфа просит, чтобы Иисус призвал ее сестру заняться хлопотами по хозяйству. В ответ Иисус заявляет, что Мария «избрала благую часть, которая не отнимется у нее», а суетиться сверх меры не нужно.
В Евангелии от Иоанна (Ин 11,1-45) Марфа, ее брат Лазарь и сестра Мария живут в Вифании близ Иерусалима. Они – близкие друзья Иисуса, Который питает к ним особое расположение. Лазарь тяжело заболевает, а Иисус как бы нарочито медлит прийти, так что Лазарь в конце концов умирает. Наконец, появляется Иисус. Активная Марфа тут же устремляется Ему навстречу, в то время как Мария остается дома. Марфа выказывает свою сильную веру, говоря: «Господи! если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой. Но и теперь знаю, что чего Ты попросишь у Бога, даст Тебе Бог». И затем: «Господи! я верую, что Ты Христос, Сын Божий, грядущий в мир!»
Эпизод заканчивается воскрешением Лазаря, и Иисус говорит Марфе: «Не сказал ли Я тебе, что, если будешь веровать, увидишь славу Божию?»
В еще одном эпизоде из Евангелия от Иоанна (Ин 12,1-3) Иисус за шесть дней до Своей последней Пасхи вновь гостит в доме Марфы, Марии и Лазаря, причем Марфа по обыкновению прислуживает за столом, а Мария помазывает ноги Спасителя миром и отирает их своими волосами.
Источник: Сибирская Католическая Газета

Св. Игнатий Лойола, священник: память
2025-07-31
Игнатий Лойола, Иньиго Лопес де Рекальде-и-Лойола — священник, основатель Общества Иисуса (Ордена иезуитов, SJ); родился в 1491, в поместье Каса Торре 6лиз Аспейтии, провинция Гипускоа (Испания), умер 31.07.1556 в Риме.
Баск но происхождению, Игнатий был тринадцатым ребенком в семье; в раннем возрасте лишился матери. Около 1506 стал пажом Х.-В. де Куэльяра, старшего казначея испанского короля Фердинанда V; в 1517 — придворным в свите Л.-М. да Лары, вице-короля Наварры. Во время франко-испанской войны оказался в осаждённой французами крепости г. Памплоны и 20.05.1521 был тяжело ранен в обе ноги, после чего доставлен в фамильное поместье Лойола. Перенес две сложные операции и на всю жизнь остался хромым.
Осенью и зимой 1521, будучи прикован к постели, Игнатий читал сочинение Vita Christi (Жизнь Христа) монаха-картузианца Рудольфа Саксонского и сборник Flos sanctorum {Цвет святых), много размышлял над этими книгами и своей жизнью, следствием чего стало его обращение к Богу. Намереваясь отправиться в Святую Землю, в марте 1522 прибыл в бенедиктинское аббатство Монтсеррат. С лета 1522 в течение 11 месяцев Игнатий вел покаянную жизнь в Манресе, увенчавшуюся небывалым по силе озарением (возле р. Кардонер), после чего стал делать записи, ставшие впоследствии основой его Exercitia spiritualia (Духовных упражнений).
В феврале 1523 Игнатий прибыл в Барселону, откуда в марте отплыл в Италию. Побывав в Риме и Венеции, он отправился в Святую Землю. С 4 по 22 сентября 1523 находился в Иерусалиме, а затем вернулся в Барселону, где в 1524-25 изучал латинский язык. В июле 1526 отбыл в Алькалу, чтобы изучать “свободные искусства”. Там проповеди Игнатия привлекли к себе внимание инквизиции, следствием чего стали три судебных процесса и тюремное заключение, продлившееся около двух месяцев. В итоге Игнатию запретили проповедовать, пока он не получит надлежащего образования.
2.02.1528 Игнатий приехал в Париж, где продолжал изучать гуманитарные науки и богословие, живя подаянием и преподавая духовные упражнения. Несколько раз Игнатий побывал в Фландрии, один раз – в Лондоне. К нему присоединились Франциск Ксаверий, Пьер Фавр, Диего Лаинес, Симон Родригес, николас Бобадилья и Альфонсо Сальмерон. 15.08.1534 в часовне Богоматери на Монмартре они принесли обеты бедности, целомудрия и апостольского служения в Святой Земле, а в случае невозможности туда отправиться – в другом месте, в соответствии с волей Папы Римского. Это событие считается моментом основания Общества Иисуса.
14.03.1535 Игнатий получил диплом магистра «свободных искусств». Лето 1535 он провёл у себя на родине, в Стране Басков, а в начале зимы 1535 отплыл из Валенсии в Италию. В апреле 1537 в Риме Игнатий и его сподвижники получили разрешение на паломничество в Святую Землю, однако не смогли им воспользовался в связи с ухудшением отношении между Венецианской республикой и Османской империей. В течение года Игнатий и его товарищи главным образом проповедовали и ухаживали за больными. 24.06.1537 Игнатий был рукоположен в священники. В ноябре 1537 он пережил у храма Ла Сторта (неподалеку от Рима) еще одно мистическое видение, укрепившее его жизненные устремления.
27.09.1540 буллой Regimini militantis Ecclesiae Папа Павел III утвердил Общество Иисуса. 8.04.1541 Игнатий был избран генеральным настоятелем иезуитов. 22.04.1541 он вместе с первыми иезуитами принёс торжественные обеты в часовне Пресвятой Девы Марии в рим. базилике Св. Павла (Сан Паоло фуори ле Мура).
Игнатий возглавлял Общество Иисуса в течение 15 лет, вплоть до своей кончины. За это время он лишь дважды выезжал из Рима, к Неаполь и в Орвието. Его деятельность в эти годы была напряженной и разнообразной. 7.02.1541 он учредил Братство детей-сирот; в январе 1544 открыл Дом св. Марты для падших женщин, желавших начать новую жизнь; в апреле 1546 учредил благотворительное общество в защиту молодых девушек, подвергающихся опасности быть вовлеченными в проституцию. Игнатию принадлежала инициатива создания Римской коллегии (впоследствии – Григорианский университет), основанной 22.02.1551, и Германской коллегии, основанной 31.08.1552. В 1546-56 Игнатий учредил около 10 провинции Общества Иисуса. Хотя попытка Игнатия проповедовать в Святой Земле не удалась, миссионерская деятельность иезуитов еше при жизни Игнатия развернулась необычайно широко – от Индии до Бразилии. Игнатий из Рима руководил миссионерами и помогал им (в одной из своих записей он отметил, что “за последние дни” составил около 250 писем.)
3.12.1609 Игнатий был беатифицирован Папой Павлом V, в 12.03.1622 канонизирован Папой Григорием XV. 25.07.1922 Папа Пий XI провозгласил Игнатия небесным покровителем духовных упражнений и всех учреждений и обителей, с ними связанных. Гробница Игнатия находится в римской церкви Иль Джезу (Святейшего Имени Иисуса). Память Игнатия в Католической Церкви – 31 июля.
Источник: Католическая Энциклопедия

Участие вспомогательного епископа в паломничестве по Северо-Западу
2025-08-03 - 2025-08-09

Торжественная Святая Месса в соборе Успения Пресвятой Девы Марии с введением в должность нового Настоятеля прихода
2025-08-03 12:00 - 13:30 (Europe/Moscow)

Преображение Господне
2025-08-06
Фаворский свет, исходящий от преображённого Тела Христа, несёт надежду на спасение, на победу над грехом и вечную жизнь во Христе каждому из нас. Путь к исполнению этой надежды – следование за Ним – лёгок и одновременно прост: «Итак… снимем с себя нечистые одежды, – говорит святой Иоанн Златоуст, – облечемся в оружие света, – и слава Божия осенит нас».
«Нынешний день на Фаворе очами человеческими было видено невиданное: видено было тело земное, сияющее Божественным светом, — тело смертное, источающее славу Божества. Ныне слухом человеческим слышано было неслыханное: поелику Тот, Кто являет Себя человеком, объявляется от Небесного Отца Сыном Божиим, единородным, возлюбленным, единосущным. Ныне Творец и Господь всего из снисхождения к рабам облекшийся во образ раба и ставший по естеству и по образу человеком, — ныне именно являет в сем образе красоту Свою. Приидите же, поревнуем и мы послушанию апостолов, последуем с готовностью на голос Христов, исповедаем непостыдно Сына Бога живаго, взойдем на гору добродетелей — и мы узрим славу и услышим неизреченные тайны: ибо воистину блаженны очи, которые видят, и уши, которые слышат то, что многие пророки и цари желали видеть и слышать, но не получили желаемаго (Мф. 13, 16–17)» – так говорил о празднике Преображения Господня святой Иоанн Дамаскин.
Событие Священной истории, лежащее в основе этого праздника, описано в трёх синоптических Евангелиях с очень незначительными расхождениями в тексте. Во всех трёх описанию Преображения предшествует рассказ об исповедании Петром Христа Сыном Божиим. Везде говорится о том, что с того момента, когда Пётр на вопрос Учителя: «А вы за кого почитаете Меня» ответил: «Ты Христос – Сын Бога Живого» до того, когда Христос повёл трёх своих учеников – Петра, Иакова и Иоанна на гору прошло около недели (шесть дней в Евангелиях от Матфея и Марка, восемь у Луки). И там свет осиял Его, и ученики увидели Илию и Моисея, склонившихся перед Христом и беседующих с Ним. Матфей и Марк содержания этой беседы не передают, Лука говорит, что, «…Они говорили об исходе Его, который Ему надлежало совершить в Иерусалиме» (Лук. 9:31). Все трое рассказывают о простодушном порыве Петра, о его желании остаться навсегда здесь, в сиянии неземного света рядом с пророками и любимым Учителем, и о том, как на возвратном пути облако осенило их, и из него послышался глас: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение; Его слушайте». Есть в Новом Завете и свидетельство самого Петра: «Ибо мы возвестили вам силу и пришествие Господа нашего Иисуса Христа, не хитросплетенным басням последуя, но быв очевидцами Его величия. Ибо Он принял от Бога Отца честь и славу, когда от велелепной славы принесся к Нему такой глас: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение. И этот глас, принесшийся с небес, мы слышали, будучи с Ним на святой горе» (2 Петр. 1:16-18).
Место, где происходило Преображение во всех синоптических Евангелиях названо одинаково – «гора». Матфей и Марк называют эту гору «высокой», а Пётр, непосредственный участник события «святой». Ни один из апостолов не называет ни имени этой святой и высокой горы, ни её местоположения. Древняя церковная традиция считает местом Преображения гору Фавор. Евсевий Кесарийский, толкуя 13 стих Псалма 88 «…Фавор и Ермон о имени Твоём радуются», пишет: «Думаю, что эти горы – место Преображения нашего Господа и Спасителя». Ориген (182-154 гг) уверенно называет гору Фавор горой Преображения, в следующем столетии святой Кирилл Александрийский также называет Фавор местом Преображения. Святой Иероним Стридонский, описывая маршрут паломничества по святым местам своей духовной дочери, благочестивой римлянки Паулы, говорит, что она поднималась на гору Фавор, где произошло Преображение Господне. Святая Елена в числе других храмов на Святой Земле основала и храм во имя Иисуса и святых апостолов Петра, Иакова и Иоанна на горе Фавор в память явленного там чуда Преображения. Безымянный паломник из Пьяченцы, посетивший Фавор в 570 г. описывает три святилища, находившиеся там в память о Преображении, другой паломник повествует о множестве монахов, живших на святой горе и также называет её местом Преображения.
В наше время некоторые богословы склоняются к мнению, что горой Преображения следует считать не Фавор, а Ермон. Это мнение основывается на том, что Фавор значительно ниже Ермона – всего 588 м. над уровнем моря, что сравнение блистающих одежд Иисуса и пророков со снегом (Мк 9:3) могло быть вызвано покрытой снегом вершиной горы, а снег покрывает только вершину Ермона и никогда – Фавора, наконец, что гора Фавор не была уединенным местом, а на её вершине находилась римская крепость, поэтому едва ли она могла быть выбрана как подходящее место для молитвы. Однако, всё же гора Фавор достаточно высока, чтобы быть названной «высокой горой», а возможная ассоциация со снегом на вершине горы только предположение. Что касается крепости у горы Фавор, она была построена в 67 г. во время Первой Иудейской войны.
Первые косвенные упоминания о празднике в честь Преображения Господня относятся к IV в. Считается, что в это время праздник начали отмечать в Армянской Церкви. Армянский епископ Григорий Аршаруни описал праздник, введенный святым Григорием Просветителем (ок. 252-356) в память этого события вместо языческого праздника в честь богини любви Астхик, носившего название Вардавар (цветущая роза), поскольку на горе Фавор была, подобно раскрывающейся розе, открыта Слава Христова. До сегодняшнего дня этот праздник отмечается в Армянской Церкви на седьмое воскресенье после Пятидесятницы, оставаясь здесь одним из главных и любимых. На Востоке праздник возник в Восточной Сирии (первые свидетельства об этом относятся к VI в.) и к VII распространился по всему христианскому Востоку. В Греческой и Русской Православной Церкви Преображение входит в число двунадесятых праздников и имеет собственную вигилию. Несмотря на то, что само событие Преображения произошло в феврале, память о нём празднуется 6 августа по Юлианскому календарю. Большинство богословов и историков считают, что при выборе даты празднования был избран день освящения храма Преображения Господня на горе Фавор, воздвигнутого по повелению святой Елены. В Западной Церкви праздник Преображения отмечался сначала в отдельных епархиях и к IX в. уже был довольно широко распространён. Во многих случаях датой праздника было 6 августа, однако, например, в Галлии и Англии праздник приходился на 27 июля, в Мейсене на 17 марта, в Альберштадте на 3 сентября. В 1457 г. Папа Калликст III, каталонец по происхождению, вёдший активную борьбу с турками, в благодарность за дарованную победу над ними в битве при Белграде распространил его на всю Церковь, сделав 6 августа, день, когда известие о победе достигло Рима, единым для всех днём празднования.
На древность праздника указывает и то, что с празднованием Преображения связано множество народных обычаев, воспринятых из иудейской традиции, или даже имеющих языческие корни, но получивших новый христианский смысл и вошедших в литургическую практику. Так, в Греции в этот день освящается виноград, а в Русской Православной Церкви – яблоки. В некоторых местностях Италии сохранилась традиция в этот день выжимать первый сок из гроздей красного винограда и соединять его с вином для мессы в память о том дне, когда прославленное Тело Спасителя было озарено светом Преображения и три апостола смогли своими глазами увидеть иную, чем они видели прежде, божественную природу Христа.
Во все периоды существования Церкви Преображение было и остаётся одним из важнейших событий нашего Спасения. Проповеди и толкования, посвящённые этому эпизоду Священной истории есть в творениях многих отцов Церкви, которые, обращая внимание на разные аспекты чудесного события на горе Фавор, единодушны в одном – Фаворский свет, исходящий от преображённого Тела Христа, несёт надежду на спасение, на победу над грехом и вечную жизнь во Христе каждому из нас. Путь к исполнению этой надежды – следование за Ним – лёгок и одновременно прост: «Итак… снимем с себя нечистые одежды, – говорит святой Иоанн Златоуст, – облечемся в оружие света, – и слава Божия осенит нас».
Анна Кудрик

Св. Доминик: память
2025-08-08
Святой Доминик де Гусман, основатель Ордена доминиканцев, родился около 1170 года в Калеруэга (Кастилия) в семье дворян Феликса Гусмана и Иоанны из Азы. В 1184 году он поступил в школу в Паленсии, где изучал «свободные искусства» и богословие. С юности Доминик прославился необыкновенной добротой (известно, что он продал свои книги, чтобы выкупить пленников-христиан у мавров). В 1196 году он был рукоположен в священники и стал членом (с 1201 г. — заместителем настоятеля) капитула регулярных каноников в Осме (Кастилия).
В 1203 Альфонс IX, король Кастилии, послал епископа Диего де Осеведо (в свиту которого входил Доминик) в Данию. Проезжая через Южную Францию, епископ и его спутники стали свидетелями распространения на этой территории ереси альбигойцев. Епископ и Доминик приняли решение особым образом посвятить себя проповеди Евангелия и евангельской бедности.
В 1206 Доминик при содействии епископа Диего основал женскую монашескую общину в Пруе, состоявшую из дочерей дворян-католиков, а также женщин, обращенных из альбигойской ереси. С 1209 по 1213 он проповедовал во время крестового похода против альбигойцев, возглавленного графом Симоном де Монфором. В 1214 к Доминику присоединилась группа единомышленников, которая стала ядром будущего Ордена проповедников (Ordo Praedicatorum), позже по имени основателя называвшегося также Орденом доминиканцев.
В 1215 году Доминик принял участие в работе IV Латеранского собора, на котором отмечал значение проповеди при борьбе с ересями. В том же году он обратился к Папе Иннокентию III с просьбой утвердить Орден доминиканцев, но Папа предложил вначале решить вопрос об уставе. Вскоре орден принял устав св. Августина, и 22 декабря 1216 года была обнародована булла Папы Гонория III Religiosam vitam, которая de facto утвердила новый орден, главной задачей которого стало изучение наук и проповедь Евангелия.
В 1217 году Доминик прибыл в Рим, а в 1218-19 гг. совершил первую визитацию доминиканских монастырей во Франции, Испании и Италии. На двух генеральных капитулах доминиканцев в Болонье (1220 и 1221) Доминик определил структуру ордена, в которой было выделено несколько монашеских провинций; в 1221 основал доминиканский монастырь при римской церкви Св. Сабины.
Традиция, развитию которой послужили сочинения доминиканского богослова Алана из Роша (XV в.), связывает с именем Доминика возникновение молитвы розария. По легенде в 1214 году ему явилась Пресвятая Дева Мария и дала ему четки со словами: «Знай, что в битве против зла самое сильное оружие – это Моя Псалтирь. Поэтому, если ты желаешь обращения грешников к Богу, то проповедуй Мою Псалтирь». Богородица пожелала, чтобы во время чтения этой молитвы, Доминик созерцал Тайны Спасения, а потом шел к альбигойцам и делился с ними плодами этого созерцания. Только так он мог обратить еретиков.
Доминик умер 6 августа 1221 года в Болонье (Италия) и уже в 1234 году был причислен к лику святых Папой Григорием IX. Его мощи покоятся в доминиканском монастыре в Болонье. Память Доминика в Католической Церкви — 8 августа.
И. Лупандин, И. Баранов
Источник: Католическая Энциклопедия в 5 томах. Том 1 (А — З) и catherine.spb.ru

Св. Тереза Бенедикта Креста: память
2025-08-09
«”Науку Креста” можно постичь только тогда, когда чувствуешь бремя креста во всей его полноте. Я была в этом убеждена с самого первого момента и от всего сердца сказала: “Ave crux, spes unica” (Радуйся, о Крест, единая надежда)”».
«Стремление к истине было моей единственной молитвой (…). Кто ищет истину – ищет Бога, даже если не сознает этого», так писала о себе и о своём пути к Богу святая Тереза Бенедикта Креста, в миру Эдит Штайн, доктор философии, любимая ученица «отца» феноменологии знаменитого Эдмунда Гуссерля, мученица, погибшая в печах Освенцима в 1942 г.
Эдит Штайн родилась в г. Бреслау (сейчас Вроцлав) в дружной и верующей еврейской семье, где кроме неё, младшей, было ещё 10 детей, шестеро из которых умерли, не достигнув взрослого возраста. Эдит было два года, когда умер её отец, и все заботы по воспитанию детей легли на плечи матери. Это была мудрая и любящая женщина, которая не только справилась с управлением семейным предприятием (небольшой лесоторговой фирмой), но и дала детям прекрасное воспитание и образование, а главное, создала для них спокойный и надежный дом и тёплую семейную атмосферу, где царили взаимная любовь и уважение. Именно эти любовь и уважение, которые Августа Штайн питала к своей дочери, впоследствии помогут ей пережить не только отход дочери от веры предков, но и обращение в христианство и уход в монастырь. Решение Эдит причинит матери боль, но не разрушит их отношения – до самой смерти матери они останутся нежными и доверительными.
Будучи ещё совсем юной, больше всего Эдит ценила и уважала свободу. Показательно, что восемнадцати лет она, по её собственному свидетельству «… начала избегать даже капли спиртного, чтобы по собственной вине не утратить свободы духа и человеческого достоинства». Много позже, уже став монахиней она напишет: «Я чувствую, что чем больше я повинуюсь, тем свободней моя душа».
В 1910 г. Эдит поступила в Университет в своём родном городе, где сначала изучала психологию, а затем философию. Тогда общественное мнение склонялось к тому, что женщины не нуждаются в серьёзном образовании – на философском факультете она была единственной девушкой. Спустя два года Эдит продолжила образование в Геттингенском Университете, где преподавал Эдмунд Гуссерль. Её живо интересует новое направление – феноменология, которое развивает этот великий философ современности. Вскоре она становится одной из лучших и любимых учеников Гуссерля, а затем и его ассистенткой. Начинается Первая мировая война, и на пять месяцев прерываются научные занятия Эдит – она служит сестрой милосердия в военном госпитале в Моравии и возвращается к учёбе только в 1916 году, вслед за Гуссерлем перебираясь во Фрайбург. Она блестяще защищает диплом, получив высший балл. И всё это время уверенно считает себя агностиком. Уже в пятнадцать лет, по её собственному свидетельству, она отходит от веры своих предков и не приобретает никакой другой. И это совсем не бунт подростка, знакомый многим верующим семьям, направленный, прежде всего, на отказ от опыта старших – это сознательный выбор человека пусть очень юного, но ищущего во всём логики и смысла. Ей кажется, что в вере окружающих её иудеев недостаёт чего-то очень важного. Немного позднее она понимает, что эта недостающая часть – вера в вечную жизнь; она считает, что даже самые верующие и набожные из её близких стремятся только к «освящению своей земной жизни». Когда она станет христианкой, то придёт к выводу, что утрата веры в вечность – результат того, что иудеи отказываются считать Христа Мессией.
Однако вначале христианство интересовало её, прежде всего, с научной точки зрения, как один из «феноменов». Невозможно не упомянуть об эпизоде, произошедшем с ней, когда она посетила в научных интересах одну из католических церквей Фрайбурга. Службы не было, но какая-то женщина с хозяйственной сумкой просто зашла в церковь на несколько минут и стала молиться перед алтарём. “Мне это показалось странным, – вспоминала она позднее, – В синагоги и в протестантские церкви, куда я заходила, можно было входить только во время богослужения. То, что люди могут войти в церковь на минутку, как будто по привычке или для непринужденной беседы, так меня поразило, что забыть эту сцену я уже не смогла никогда”.
Первым толчком к обращению стала смерть близкого друга Эдит, молодого учёного-философа Адольфа Рейнаха. Вдова Адольфа – Анна обратилась к Эдит с просьбой помочь ей разобрать бумаги покойного мужа, и та, не решаясь отказать, всё же очень не хотела возвращаться в некогда весёлый и гостеприимный дом Рейнахов, который, как она полагала, теперь охвачен скорбью и безысходностью. Молодая вдова поразила её своим спокойным мужеством, приветливостью и внутренним светом. Её тихая печаль по погибшему не имела ничего общего с тем непроглядным мраком, встретить который ожидала Эдит. Это было то упование на вечную жизнь, которого не хватало Эдит в вере её предков. Позднее она назовёт этот опыт первой встречей с Крестом.
И наконец, летом 1921 года, гостя в семье друзей Эдит случайно взяла с полки книгу, чтобы почитать её перед сном. Это было «Жизнеописание Терезы Авильской, составленное ею самой». Книга так увлекла её, что она, не отрываясь, читала всю ночь, пока не дочитала до конца, а прочитав, сказала: «Вот истина». Решение было принято. 1 января 1922 года Эдит Штайн крестилась, приняв имя Тереза. Уже тогда она решила вступить в орден кармелиток, но между решением и первыми обетами прошло 11 лет. Пока же новообращённая Тереза преподавала в женском Доминиканском колледже, продолжала научную деятельность, переводила на немецкий язык труды св. Фомы Аквинского и кардинала Ньюмена. В 1932 году её пригласили преподавать в высшем педагогическом институте Мюнстера. В 1933 к власти в Германии пришли нацисты, и евреям было запрещено занимать любые общественные посты.
В сентябре 1933 г. Эдит Штайн принесла свои первые обеты в монастыре босых кармелиток в Кёльне. К своему монашескому имени – Бенедикта – она пожелала присоединить имя Тереза и имя Креста, удивительным образом предчувствуя свою будущую судьбу. В первый год своей жизни в монастыре, размышляя о Страстях Христовых, она пережила мистическое откровение, о котором писала: «Я обратилась к Искупителю и сказала Ему, что хорошо понимаю, что Его Крест ложится в этот час на плечи еврейского народа. Большая часть его не могла этого понять, но те, кому дана была благодать это уразуметь, должны были принять этот крест добровольно от имени всех. Я чувствовала, что готова сделать это, и только просила у Господа, чтобы Он указал мне, как я должна поступить. По окончании бдения я была глубоко убеждена, что моя молитва исполнена, хотя еще не знала, в чем будет состоять тот крест, который ляжет на мои плечи».
В монастыре, по настоянию начальства она продолжала свою научную деятельность. Здесь она перерабатывает и дополняет свою главную работу «Конечное существо и вечное Существо», а затем уже находясь в монастыре в Эхте, пишет свою лучшую работу «Наука Креста» о великом испанском мистике и святом Иоанне Креста. Между тем, преследования евреев в Германии принимают всё больший размах. В 1938 году сестру Терезу Бенедикту Креста переводят в Голландию, в Эхт, в надежде таким образом уберечь её. Вместе с ней едет и её сестра Роза, готовящаяся к своим первым обетам. Некоторые из родственников сестёр считают, что уход в монастырь и даже собственно обращение в христианство не что иное как попытка спасти свою жизнь. Такие высказывания ранят сестру Терезу. Она не только не пытается бежать, но, напротив, как никогда ощущает свою близость к своему народу, как никогда христианство для неё естественное продолжение иудаизма. И именно так воспринимает христианство нацистский режим, называя Римско-католическую Церковь одним из своих главных идейных противников.
В 1942 году Конференция Католических Епископов Голландии высказывается против преследований евреев. 20 июля обращение голландских Епископов, осуждающее нацизм, зачитывают во всех католических церквах страны. Ответом на это становится кампания по уничтожению евреев, обратившихся в христианство. 27 июля гестаповцы выводят за ворота монастыря сестёр Терезу Бенедикту и Розу. «Пойдём же за наш народ» – говорит святая, обращаясь к своей сестре. Последнее известие от неё – записка, в которой она просит не пытаться спасти её: «я бы в этой ситуации уже ничего не предпринимала. Я всем довольна. “Науку Креста” можно постичь только тогда, когда чувствуешь бремя креста во всей его полноте. Я была в этом убеждена с самого первого момента и от всего сердца сказала: “Ave crux, spes unica” (Радуйся, о Крест, единая надежда)”.
Последние свидетельства земного пути сестры Терезы Бенедикты – воспоминания чудом уцелевшего узника пересыльного лагеря в Вестерброке о том, что среди царивших вокруг отчаяния и ужаса она была как ангел, утешала несчастных, обречённых на смерть, особенно заботясь о маленьких детях.
Между 7 и 11 августа 1942 года святая Тереза Бенедикта Креста соединила свою жертву с жертвой Христа, исполнив решение, принятое ещё в 1939 году в Праздник Тела и Крови Христа, которое в своём духовном завещании обозначила так: «Я уже теперь принимаю смерть – такую, какую предназначил для меня Бог. Я отдаю себя Его воле с большой радостью. Я прошу Господа, чтобы Он принял мою жизнь и смерть для своей славы, за все дела Святейшего Сердца Иисуса и Марии, за святую Церковь, за то…, чтобы Господа принял Его народ, чтобы наступило Его славное Царство, чтобы Германия была спасена и в мире наступил мир, и, наконец, за моих близких, живых и умерших, за всех, кого Бог мне дал, чтобы никто из них не погиб навеки».
Символическая могила святой находится в её родном городе – Вроцлаве, недалеко от дома, где она родилась и выросла. Здесь, под полом церкви Святого Михаила покоится горсть смешанной с пеплом сотен тысяч жертв нацизма земли из Освенцима.
Святая Эдит Штайн, сестра Тереза Бенедикта Креста, канонизирована папой Иоанном Павлом II в 1998 г. Вместе со святыми Екатериной Сиенской и Бригиттой Шведской эта святая наших дней является покровительницей Европы.
Анна Кудрик

Св. Клара: память
2025-08-11
Святая Клара Ассизская, урожденная Кьяра Оффредуччо (1194 – 1253 гг.), – первая женщина, последовавшая за св. Франциском, основательница Ордена клариссинок. «Я – Клара, маленький саженец нашего святого отца Франциска…», — так она сама свидетельствовала о себе. По выражению одного их современника, «Бог послал Франциска – сияющее солнце Ассизи, а потом и Клару – ярко горящий свет для всех женщин».
Семейство Оффредуччо принадлежало к одному из самых знатных аристократических родов Ассизи, известному со времён Карла Великого, а Кьяра была старшей дочерью Фавароне ли Оффредуччо и его супруги Ортоланы. Донна Ортолана отличалась суровой набожностью и твердым характером. Она совершила паломничества в Рим, чтобы поклониться гробницам апостолов Петра и Павла и посетить храм Св. Михаила на Гаргано, в Сантьяго-де-Компостелла, чтобы посетить святилище апостола Иакова, и очень опасное тогда паломничество в Святую Землю, для чего потребовалось пересекать море. Первой духовной пищей маленькой Кьяры были, вероятно, рассказы матери. Донна Ортолана закончит свой жизненный путь в одной из обителей, основанных ее дочерью, которая сама станет ее духовной матерью. И старая сестра Ортолана будет рассказывать сестрам-монахиням, что всегда знала, что ее первому чаду уготована необычайная судьба. Когда, незадолго до родов, она молилась перед распятием, то внутри нее прозвучал голос: «Ты родишь свет, который озарит мир!» Поэтому она и назвала новорожденную девочку Кларой (по-итальянски, Кьярой), что значит «светлая».
Родители Кьяры стремились выдать ее замуж, начиная с 12-ти лет (что считалось тогда в Италии брачным возрастом), однако под разными предлогами ей удавалось вплоть до 18-летия уклоняться от этого.
Юная Кьяра безусловно знала историю обращения ее земляка и старшего современника Франциска и чудесную перемену произошедшую с ним (Ассизи был довольно небольшим городом). К тому же ее двоюродные братья Руфин и священник Сильвестр одними из первых примкнули к францисканскому движению. Великим Постом 1212 г. сам Франциск произнес несколько проповедей в соборе Св. Руфина в Ассизи (где были крещены он сам и Клара), которые произвели на девушку глубочайшее впечатление, так что она приняла окончательное решение покинуть родительский дом и последовать за Христом в «святой нищете». Тетка Кьяры, сочувствовавшая движению Бедняка из Ассизи, помогла организовать тайную встречу племянницы с Франциском (несколько таких встреч у них было и раньше). Кьяра открылась Франциску в желании всецело посвятить себя Христу, отвергнув мир и храня целомудрие, а тот одобрил это намерение и обещал свое содействие. Но поскольку родители никогда не отпустили бы ее добровольно, Кьяра решилась на побег.
Побег состоялся в ночь 18 марта 1212 г. (это было Вербное воскресенье). Кьяра вышла из отчего дома через специальную дверцу, которой выносили мертвецов (такая дверца существовала в то время в домах Умбрии). Это был символический жест с ее стороны: Клара умерла для мира, чтобы родиться для Бога. Каким-то образом Клара выбралась за городскую стену (что было нелегким делом, т.к. городские ворота на ночь запирались) и направилась в часовню Порцункула вне стен города, где ее встретили Франциск с братьями.
20 марта 1212 г. Клара сняла с себя элегантное платье и облеклась в грубую францисканскую одежду. Франциск обрезал ее длинные волосы и выбрил на голове тонзуру, а Клара принесла обеты верности Иисусу Христу. Всё это обычно делалось в присутствии епископа, но в данном случае епископ Ассизи Гвидо, который был в курсе дела, предоставил соответствующие полномочия Франциску, который не был даже священником. После окончания церемонии Клара (по совету того же епископа Гвидо) удалилась в женский бенедиктинский монастырь Св. Павла, где представилась нищей странницей и была принята.
Однако взбешенные родичи скоро обнаружили ее там и попытались силой вернуть домой, поскольку присоединение к нищенствующему монашескому движению не соответствовало нравам сословия, к которому она принадлежала, и не имело прецедентов в семье. Однако Клара обнажила свою обритую голову и припала к алтарю, так что вооруженные мужчины, ворвавшиеся в монастырь, не решились применить грубую силу. Но оставаться дальше в той же обители становилось отныне опасно, и Клара с помощью Франциска переместилась в обитель Св. Ангела в Панцо (тоже бенедиктинский монастырь или, возможно, община бегинок). Здесь к ней присоединилась младшая сестра Агнесса, тоже бежавшая из дома, а впоследствии также причисленная к лику святых (позже к клариссинкам присоединятся еще одна сестра Клары, Беатрис, ее мать Ортолана и тетушка Бьянка, та самая, которая когда-то помогала ей устраивать свидания со св. Франциском), и некоторые другие девушки. В конце концов, Франциск поселил маленькую общину в заброшенном строении рядом с полуразрушенной часовней Св. Дамиана, которую он когда-то сам восстанавливал своими руками. Так было положено начало Ордену Бедных Дам или Бедных Кларисок. Сам Франциск написал для него «Жизненное правило», которое было, скорее, не уставом, а документом, устанавливающим духовный союз между братьями Франциска и сестрами Клары.
В этом тексте Франциск прибегает к необычным выражениям: он не называет монахинь «Христовыми невестами», как это было принято, он называет их «невестами Святого Духа», намекая на историю Благовещения, когда Мария зачала от Святого Духа, чтобы родить Сына Божьего.
Так и монахиням обители Св. Дамиана предстояло познать не только «таинство супружества» (пламенный выбор Христа-Суженого), но и «таинство материнства». Они ежедневно должны были переживать заново таинство Воплощения, привыкая к роли «живой колыбели», чрева для Сына Божия, который в любую минуту готов появиться на свет. У Клары это перетекало из духовной в физическую реальность. Вот свидетельство одной монахини на процессе ее канонизации:
«Сестра Франческа ди Мессер Напитано ди Ноль ди Медзо клянется, что однажды, в первый день мая, она увидела на руках мадонны Клары у ее груди прелестное дитя, красоту которого нельзя выразить. При виде этого дитя свидетельница испытала невыразимую нежность, и у нее не было сомнений, что это дитя было Сыном Божьим…»
При этом, в духе идеалов всего раннего францисканского движения, обязательным условием для духовного возрастания считались абсолютное нестяжание и «святая нищета», и за эту «привилегию бедности» (что никто и никогда не сможет заставить ее общину владеть хоть чем-либо или призывать к этому), которая должна была быть включена в Устав Ордена, Клара боролась всю свою жизнь, отстаивая это требование перед Папами, сменявшими друг друга на Престоле Св. Петра.
По воле Франциска Клара стала в 21 год настоятельницей монастыря, и занимала этот пост почти 40 лет, до своей смерти в 1253 г.. Когда в 1228 г. Папа Григорий IX, прибывший в Ассизи на канонизацию Франциска, подтвердил, наконец, «привилегию бедности», в Италии было уже не менее 25-ти монастырей клариссок, а к окончанию земного пути св. Клары в 1255 г. их было по всему миру уже не менее 130-ти.
Клара прибегала к чрезвычайно суровым постам и покаянным практикам, так что даже Франциск должен был вмешаться с просьбой умерить аскезу. Она оставляла за собой самые неприятные и унизительные обязанности (настаивая на том, что именно она «должна мыть сидения больных»), желала мыть и целовать заляпанные грязью ноги монахинь, возвращавшихся после сбора пожертвований. Послушниц она учила, по словам одного из биографов, «оплакивать Распятого Христа…, и зачастую, призывая их к этому, она сама обливалась слезами».
Однако никто и никогда не видел ее печальной. «Если обычно,- отмечает один современный автор,- суровое физическое покаяние приводит к духовной депрессии, на Кларе это отражалось совсем по-другому: изнуряя себя, она сохраняла видимость жизнерадостного человека».
Со временем Клара стала наставницей и даже «духовной матерью» многих коронованных особ, которых даже не знала лично, но с которыми состояла в переписке. Среди них Изабелла Французская, Агнесса Пражская, Елизавета Венгерская, жена французского короля Людовика IX Святого Маргарита, вдова французского короля Людовика VIII Бланка; Эвфемия Габсбургская, Елена Португальская, Саломея и Йоланда Краковские, королева Польши Кунегунда, Герментруда Брюггская.
Биографы сообщают и о многочисленных чудесах, связываемых с именем св. Клары (например, на предметах, которые она осеняла крестным знамением, проступало распятие), о переживаемых ею видениях.
Во время одной из бесед Клары с глубоко уважавшим ее Франциском, который не раз испрашивал у нее совета по тем или иным вопросам, над местом их встречи стоял огненный столп, которые братья даже приняли за пожар.
Так, как это вообще было характерно для ранней францисканской духовности, ее слушались и понимали животные.
Исторически документированным является случай спасения монастыря Св. Дамиана и города Ассизи от вражеского нашествия.
В 1234 г. враждовавший с Папой император Фридрих II (по иронии судьбы крещенный в том же соборе Св. Руфина в Ассизи, что и Франциск с Кларой) направил на разорение провинции Сполетто наемное воинство сарацин (арабов-мусульман). Защищать обитель Клары, находившуюся вне стен города, было некому. Сарацины уже готовились ее разорить. Тогда к тому времени тяжело больная и почти не встававшая с постели Клара взяла циборий (ларец для хранения Св. Причастия) из монастырской часовни и подошла к окну, к которому враги уже приставили лестницу. Там она воззвала о помощи к Господу и свидетели, выступавшие потом на процессе канонизации Клары, клятвенно уверяли, что они слышали исходящий из цибория нежнейший детский голос: «Я буду защищать тебя всегда!» Так или иначе, уже готовившиеся к грабежам и убийствам сарацины повернули вспять и ушли.
Немногим позднее к стенам Ассизи подступило уже большое войско, устоять против которого у горожан не было сил. Клара собрала в это время своих монахинь для коленопреклоненной молитвы о спасении города. Спустя какое-то время в окрестностях разразилась страшнейшая буря, разметавшая палатки осаждавших, так что вражеская армия в итоге отступила ничего не добившись. Ассизцы единодушно приписали свое спасение заступничеству Клары и еще больше привязались к своей «Ангельской Матери».
Еще одно чудо произошло в последнее Рождество, которое Клара встречала на этой земле. Она тогда уже не могла ходить и посещать церковь. Но ей так хотелось увидеть Мессу, встретить Младенца Иисуса! И тогда она чудесным образом услышала звуки богослужения и увидела на стене разворачивающееся в храме действо. По этой причине Папа Пий XII в 1958 г. провозгласил ее небесной покровительницей телевидения.
Св. Клара пережила своего духовного отца и брата, св. Франциска, на 27 лет, и почти всё это время она тяжело болела, так что последние годы была и вовсе прикована к постели, которую наконец-то разрешила застелить соломой (до этого она спала исключительно на сухих ветках и камнях). Но даже будучи парализованной, она продолжала трудиться, своими руками изготавливая литургические платы из тончайшего полотна, которые рассылала по бедным церквям ассизской провинции. Для каждого такого плата она лично делала картонный футляр на шелковой подкладке, и это ее изобретение вошло в традицию.
В августе 1253 г. обитель Клары под Ассизи посетил долго не бывший в Италии и возвращавшийся с Лионского собора Папа Иннокентий IV. Уже находившаяся на смертном одре Клара воспользовалась этим случаем, чтобы утвердить у него написанный ею самой Устав Ордена (это был первый случай в истории Церкви, когда женщина писала устав для других женщин). Папа в конце концов согласился, и когда кардинал наконец принес Кларе долгожданную буллу, она припала к ней устами. На следующий день, 11 августа, Клара умерла.
В ее похоронах участвовал Папа Иннокентий IV вместе с Курией. Уже спустя два года Клара была причислена к лику святых Папой Александром IV. В иконографии ее изображают в виде монахини в темном облачении с циборием или чашей в руках. Реже встречаются ее изображения с распятием, книгой и лилией, символизирующей девственную чистоту. Иногда Клару изображают в окружении других францисканских святых.
Источник: Сибирская католическая газета

Успение Пресвятой Девы Марии: торжество
2025-08-15
«Пресвятая Дева Мария – первая из всего человечества свободная от первородного греха «…есть образ и начало Церкви, которая должна завершиться в будущем веке,… в ожидании наступления Дня Господня, Она уже сияет как знамение верной надежды и утешения странствующему Народу Божию».

Среди праздников Католической Церкви особое место занимают праздники, посвящённые Пресвятой Деве Марии. Церковь учит нас, что Пресвятая Дева Мария – первая из всего человечества свободная от первородного греха «…есть образ и начало Церкви, которая должна завершиться в будущем веке,… в ожидании наступления Дня Господня, Она уже сияет как знамение верной надежды и утешения странствующему Народу Божию».
15 августа Католическая Церковь и Поместные Православные Церкви, использующие григорианский календарь, отмечают один из самых древних праздников, относящихся к кругу Богородичных, т. е. посвящённых Пресвятой Деве Марии.
Из Нового Завета мы мало знаем о земной жизни Богородицы, особенно, относительно времени, последовавшего после Распятия и Воскресения Христа. Новый Завет говорит нам о том, что в согласии со словами «Се Матерь твоя», сказанными Иисусом на Кресте апостол Иоанн взял Её к себе (Ин. 19, 25-27). Знаем мы и о том, что Она была с Апостолами в горнице в день Пятидесятницы и вместе с ними получила дары Святого Духа. И это всё, что известно из Нового Завета о последнем периоде жизни Богородицы. Однако Церковь в передаче Откровения опирается не только на Священное Писание, но и на Предание – в том числе, на труды Отцов Церкви. Об обстоятельствах успения Богородицы рассказывали св. Дионисий Ареопагит, св. Мелитон Сардийский, св. Епифаний Кипрский и другие Отцы Церкви. Рассказывают, что Дева Мария была заранее извещена Архангелом Гавриилом и пожелала проститься с Апостолами. В день, когда Апостолы собрались в комнате Богородицы они увидели Христа, сходящего с Неба навстречу Своей Пречистой Матери с сонмами ангелов и архангелов.
Предание также говорит о том, что, когда погребальная процессия шла через Иерусалим, некий священник по имени Афония пытался опрокинуть носилки с телом Марии, но ангел, сошедший с неба, огненным мечом отсёк святотатцу руки. Этот эпизод вошёл в каноническое изображение Успения в византийской традиции. Апостол Фома, как говорит Предание, пришёл в Иерусалим на следующий день после погребения и пожелал в последний раз взглянуть на Пречистую Деву. Когда ученики открыли могилу, перед ними предстал пустой гроб и чудесно благоухающие пелены. В тот же день во время трапезы Богородица явилась Апостолам в окружении ангелов, обещая им, и через них всем людям Своё заступничество. Сегодня в Иерусалиме, в храме Успения Пресвятой Девы Марии на Сионе, построенном в V в. на месте, где происходила Тайная Вечеря, многократно разрушавшемся, но отстраивавшемся вновь, сохраняется реликвия – камень из дома, где почила Пречистая Дева.
В Иерусалиме празднование Успения Пресвятой Девы Марии 15 августа известно уже с V в.
В Папской книге праздник представлен под греческим названием – Успение. В Евангелиарии 740 г. он называется несколько иначе – Торжество отдохновения Святой Марии и связан с освящением храма Девы Марии по пути из Иерусалима в Вифлеем, который по преданию построила римлянка Икелия на месте, где Дева Мария останавливалась по пути в Вифлеем, куда шла вместе со св. Иосифом на перепись. Но очень скоро праздник изменил значение и стал праздником рождения Пресвятой Девы Марии для Неба. Такой же смысл праздник имел и в Византийской империи, где официально он был введён императором Маврикием между 582 и 602 годом. В Риме торжество празднуется с VII века, но уже в IX веке название его звучит как Принятие Марии на Небо. С VII по XVI века в Риме в этот день совершалась ночная процессия к храму Санта Мария Маджоре, во время которой икона Христа, несомая верующими из Латеранской базилики встречалась с иконой Богородицы из Санта Мария Маджоре, символизируя небесную встречу Матери и Сына. В некоторых странах, например в Испании, до сегодняшнего дня сохраняется традиция в этот день разыгрывать мистерию, изображающую события, связанные с Успением Пресвятой Девы Марии. Так как в это время уже происходит сбор урожая, цветов и лекарственных трав, в большинстве стран Европы в этот день освящаются хлебные колосья и травы.
В 1950 году Папа Пий XI провозгласил догмат о Телесном взятии Богородицы на небо, утвердив тем самым факт принятия Пресвятой Девы Марии на небо с телом и душой, как непреложную истину веры. Апостольская Конституция Lumen gentium (Свет народам) так говорит об этом событии: «Как на небе, где Она уже прославлена телом и душою, Матерь Иисуса есть образ и начало Церкви, которая должна завершиться в будущем веке, так и на земле, в ожидании наступления Дня Господня, Она уже сияет как знамение верной надежды и утешения странствующему Народу Божию…Наконец Пренепорочная Дева, предохраненная от всякой скверны первородного греха, завершив путь земной жизни, была взята телом и душой в небесную славу и возвеличена Господом как Царица вселенной, чтобы полнее уподобиться Сыну Своему, Господу господствующих и Победителю греха и смерти» (Свет народам 68-69).
Почти 150 лет назад в Торжество Успения Пресвятой Девы Марии святой Жан Мари Вианней, обращаясь к своим прихожанам, говорил: «Да, Мария – наша заступница; Она приносит Своему божественному Сыну все наши молитвы, наши слезы и стенания; Она низводит на нас благодать, необходимую для нашего спасения. Святой Дух говорит нам, что Мария среди всех творений – Чудо величия, Чудо святости и Чудо любви. Какое счастье для нас, братья мои, какая надежда на спасение! Доверимся еще больше этой доброй и нежной Матери, думая, во-первых, о Ее величии; во-вторых, о Ее ревности о нашем спасении, и, в-третьих, о том, что мы должны делать, чтобы угодить Ей и заслужить Ее покровительство». И сегодня, молясь во время литургии в Торжество Успения Пресвятой Девы Марии, христиане всего мира также обращаются к заступничеству Матери Иисуса и исполняются надежды на Её помощь на пути к вечному спасению.
Анна Кудрик

Св. Максимилиан Кольбе: память
2025-08-15
Он отдавал страдающим узникам свою жизнь понемногу в ожидании той минуты, когда понадобится отдать её всю.
«Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих». Эти слова Спасителя с детства знакомы каждому христианину, и, наверное, никто никогда даже и не пытался их опровергать – для каждого, в том числе и для язычника во времена античности или для атеиста в наше время очевидно, что самое высокое проявление любви – это жертвование собой во имя того, чтобы жил тот, кого мы любим. И можно было бы утверждать, что в этих словах вообще не было ничего нового и ничего специально христианского, если бы не то, что для христианина понятие «друга», «ближнего», за которого можно умереть, включает в себя, практически всё человечество. Но в таком случае возможно ли вообще следовать этому евангельскому совету? Жизнь святого Максимилиана Марии Кольбе, «мученика милосердия», францисканца, добровольно пошедшего на смерть вместо незнакомого ему человека, ещё раз подтверждает – иго Христа – благо и бремя Его легко, и в каждую эпоху в мир приходят те, кто готов буквально следовать Евангелию, свидетельствуя о том, что христианское учение это не утопия и не притча, а руководство к повседневной жизни. Мир считает их безумцами, но они знают, что только они и разумны по настоящему, потому что временному предпочитают вечное, избирая благую часть, которая у них не отнимется.
Раймунд Кольбе, впоследствии принявший имя Максимилиан Мария, появился на свет в семье Юлиуша и Марии Кольбе 7 января 1894 г. в городе Здунска Воля, входившем в то время в состав Российской империи. Он был вторым ребёнком в семье, в которой из шести детей выжили четверо. Семья была очень религиозна – Мария в юности мечтала о монастыре (позже, вырастив детей, с согласия мужа она удалится в монастырь бенедиктинок), оба они – Юлиуш и Мария были францисканцами-терциариями. Они были небогаты, даже бедны, но это не огорчало их – ведь они дали обещание следовать примеру святого Франциска, а он любил бедность. Оба, и муж, и жена много трудились для того, чтобы прокормить сыновей и дать им образование, что было вдвойне трудно – из-за отсутствия средств и из-за того, что преподавание велось только на государственном языке и для того, чтобы поступить в реальное училище или гимназию необходимо было прежде выучить русский. Вскоре после рождения второго ребёнка, семья переехала в Пабянице, где была ткацкая фабрика, на которой получил работу Юлиуш. Мария вначале пыталась открыть бакалейную лавку, но так как она, следуя евангельским словам «…просящему дай и от хотящего занять у тебя не отвращайся» с готовностью давала продукты в долг и не требовала, чтобы счета оплачивались в срок, лавка не приносила дохода и вскоре её пришлось закрыть. Средств не хватало на самое необходимое, и Мария также поступила на фабрику. Обязанность вести хозяйство и заботиться о младших легла на старших сыновей, но они получили важнейший жизненный урок – ещё раз увидели, что для отца и матери следование евангельским советам важнее достатка в семье и коммерческого успеха. На взгляд многих сегодняшних родителей, дети в семье Кольбе воспитывались чрезвычайно строго – старшие дети, в сущности, ещё сами очень маленькие, присматривали за двумя маленькими, убирали комнату, готовили скромную еду к приходу родителей, работали на огороде. Не всегда у них было время поиграть со сверстниками, прежде всего, нужно было исполнять свои обязанности. Однако, в детстве мальчиков Кольбе было самое главное – они знали, что хорошо, а что неправильно, видели, что родители никогда не поступают против совести и всегда следуют тому, во что верят, и это давало им твёрдую опору в жизни. Родители были дружной, любящей парой и хотя не могли проводить много времени с детьми, по-настоящему любили их. Каждый вечер вся семья молилась вместе. Юлиуш и Мария мечтали, что их первенец – Франтишек когда-нибудь станет священником. Между тем, маленький Раймунд также мечтал о священстве и даже начал заниматься латинским языком, сначала с аптекарем, вызвавшимся помочь способному мальчику, потом с приходским священником. Для мальчика из рабочей среды, и без того почти не имевшего времени для игр и к тому же наделённого от природы живым нравом эти занятия были серьёзной жертвой, указывавшей на призвание и сильную волю. Когда в 1907 г. появилась возможность определить одного из мальчиков в малую семинарию францисканцев конвентуальных во Львове, Юлиуш и Мария Кольбе решили, что учиться поедет старший сын, а Раймунд останется с родителями и будет помогать по дому и смотреть за младшим братом, но мальчик так упрашивал их отпустить и его, что усмотрев в этих его мольбах знак свыше, они уступили и отдали Богу и этого сына, хотя без его помощи им и пришлось нелегко. Осенью 1907 г. Юлиуш Кольбе с двумя старшими сыновьями нелегально пересёк границу, спрятавшись в возу с сеном, а потом таким же путём вернулся назад в Пабянице.
Учился Раймунд хорошо, считался в монастыре одним из лучших послушников, и в 1911 г. принёс первые монашеские обеты. В 1912 г. его направили в Италию для продолжения учёбы в Папском Григорианском Университете. Исполненный глубокого волнения юноша прибыл в Рим – сердце и колыбель христианской Европы и здесь, вероятно, впервые в жизни молодой польский монах, выросший в глубоко религиозной среде, столкнулся с широким антиклерикальным движением. Это было не пренебрежение воскресной мессой, не падение нравов, не подростковый протест и не сыновний бунт против слишком строгой матери – Церкви – такое он видел и прежде. Здесь, в Риме, это было хорошо организованное движение образованных и интеллигентных людей, открыто объявлявших себя врагами Церкви, утверждавших, вслед за Ницше, что Бог умер и призывавших отвергнуть веру, как нечто устарелое и мешающее человечеству развиваться и идти вперёд. Брат Раймунд понял, что мир нуждается в новой проповеди Христа и именно в осуществлении этой задачи состоит его личное призвание. В 1915 г. он защитил диплом по философии, затем по богословию, а в 1916 г. принял вечные обеты, взяв имя Максимилиан Мария, так как был глубоко предан Деве Марии и своё служение решил начать, заручившись Её особым покровительством. Он считал, что в мире наступает «время Непорочной», заступничеством Которой будет, как предсказано в Библии, побеждён сатана. Подобно святому Франциску, объявившему своей Прекрасной Дамой евангельскую Бедность, он также выбрал себе Даму, которой служил со всем пылом и всем почтением, на какое было способно его сердце священника и рыцаря – Богоматерь, Непорочную Деву. Он верил, что только Она – Та, Которой Христос , умирая на Кресте, вручил всё человечество, может помочь смягчить сердца врагов Церкви и грешников и вновь завоевать мир, охваченный ненавистью, для любви и милосердия и потому основал Воинство Непорочной Девы – религиозное движение, в которое входили как монашествующие, так и миряне, готовые трудиться и молиться ради того, чтобы мир вновь услышал о Христе. Приближался день, когда, став священником, Максимилиан сможет начать путь к намеченной великой цели – обращению всего человечества. Однако в Риме с ним случилась беда – в нездоровом климате он заболел туберкулёзом, что в то время, до начала эпохи антибиотиков было почти равносильно смертному приговору.
28 сентября 1918 г. он был рукоположен во священника и вернулся в Польшу, в Краков. Церковное начальство посчитало, что тяжелобольной священник не может быть направлен в приход, но оказавшись не занятым, он не стал заботиться о своём слабом здоровье. У него были другие планы, и все свои силы он направил на их осуществление. Необходимо было использовать для проповеди новые возможности, которые давали современные технические средства. С помощью монахов и мирян, входивших в новое движение, он начал выпускать журнал, тираж которого вскоре достиг 45 000. В монастыре в Гродно ему позволили использовать старую типографию с безнадёжно устарелым оборудованием. За короткий срок ему удалось наладить там работу, обновить техническую базу с помощью жертвователей, начать выпуск книг и периодических изданий религиозного содержания. Это был успех. Но он мечтал привести к Богу весь мир, и для этого одной маленькой, хотя и успешной типографии было недостаточно.
Под Варшавой, практически, в чистом поле, на землях, подаренных графом Любецким, не имея никаких средств для осуществления своего грандиозного замысла, кроме чистого сердца, полного веры, он основал город-монастырь, который назвал Непокалянов – город Непорочной. Считая, что для того, чтобы вновь обратить мир к Богу, надо использовать все самые современные средства – радио, кино, печать, он день и ночь работал для того, чтобы в Непокалянове было всё, необходимое для осуществления этого плана – семинария, типография, радиостанция, всевозможные мастерские. Казалось, воплотить всё это в жизнь было невозможно, но всему, за что брался о. Максимилиан сопутствовала удача – в считанные годы возле столицы независимой Польши вырос огромный монастырь, в котором к 1936 г. было более 700 братьев. Отсюда распространялись газеты и журналы христианского содержания, достигавшие миллионных тиражей, велось радиовещание, здесь снимались фильмы и печатались книги. Все братья имели различные «гражданские» специальности, позволявшие выполнять собственными силами все необходимые работы. Вместе с монашествующими для достижения общей цели трудились и миряне – рыцари Непорочной.
Во всём, что делал будущий святой, ему сопутствовала удача. Он понял, что в сражении, которое он вёл за души людей, нельзя ограничиваться только Европой и предпринял ряд миссионерских поездок. В 1930-е гг. он посетил Японию, где основал монастырь и семинарию в честь Непорочной в Нагасаки и наладил издание христианской газеты на японском языке, Китай, Индию, где также основал монастырь. Этот успех нельзя было объяснить ничем, кроме чуда – нищий, больной туберкулёзом, дышащий одним лёгким монах в заплатанном хабите и потёртом старом пальто, которое днём защищало его от холода, а ночью служило одеялом, путешествовал по миру, строил монастыри, создавал общины, печатал книги, проповедовал и разъяснял, вдохновлял и ободрял, месил раствор и укладывал кирпичи. По всем законам экономики, логики и даже медицины он должен был проигрывать, но он побеждал.
Вторая мировая война остановила миссионерскую деятельность о. Максимилиана. 1 сентября 1939 г. немецкие войска вторглись в Польшу. 19 сентября 1939 г. о. Максимилиан и несколько других братьев были арестованы и помещены в лагерь, однако 8 декабря их неожиданно освободили, и они вернулись в Непокалянов. Большинство монастырей было закрыто оккупационными властями, а монахи распущены по домам. В Непокалянове осталось только сорок братьев, но и с их помощью можно было сделать многое. Монастырь превратился в лагерь для беженцев, где получили кров, медицинскую помощь и еду 3500 человек, примерно треть из которых были евреями, скрывавшимися от нацистов. Но здесь не только помогали жертвам войны, здесь и боролись с оккупантами – не зря его братья считали себя не только монахами, но и рыцарями. Отсюда с монастырской радиостанции велось подпольное вещание, обличающее преступления фашистов, здесь печатали листовки и воззвания. По непонятным причинам, возможно, благодаря тому, что отец святого был этническим немцем, в течение почти двух лет ему удавалось избегать преследований, но 17 февраля 1941 г. он был арестован и после нескольких переводов из тюрьмы в тюрьму в мае того же года отправлен в концентрационный лагерь Освенцим. Казалось, что это поражение, но это было начало победы, той победы, которая, по словам Папы Иоанна Павла II, стала «победой, совершённой любовью и верой в месте, построенном для отрицания веры в Бога и в человека».
В лагере о. Максимилиана, как священника особо ненавидимой нацистами Церкви, отправляли на самые тяжёлые работы, которые сами по себе должны были бы убить его, даже если бы не было голода, холода, регулярных жестоких избиений, но он не только выдерживал всё, что приходилось на его долю, но и поддерживал тех, кто оказался слабее его, в первую очередь, слабее духом. Он отдавал свою еду другим, занимал самое худшее и неудобное место в бараке, он лечил и утешал, исповедовал и молился и, если каким-то чудом удавалось добыть муку и приготовить облатку, шёпотом служил мессу. Он отдавал страдающим узникам свою жизнь понемногу в ожидании той минуты, когда понадобится отдать её всю.
В июле 1941 г. из блока № 14, куда за несколько дней до происшествия перевели о. Максимилиана бесследно исчез один из заключённых. Предположили, что ему удалось бежать. В наказание весь блок выгнали на плац и держали на солнце без еды и воды до позднего вечера, когда пред всем лагерем стали отбирать по жребию десятерых человек, которые должны были быть брошены в карцер и уморены голодом и жаждой, чтобы устрашить всех остальных. Один из смертников, Франтишек Гайовничек, отец большого семейства, в отчаянии вскричал: «Неужели я больше не увижу жену и детей?». И тогда из строя вышел заключённый № 16670 и, обращаясь к начальнику лагеря оберштурмфюреру СС Карлу Фрицшу, сказал: «Я – католический священник, и я хочу умереть вместо него, я стар, а у него есть дети» и случилось чудо – начальник лагеря, фашист, отрицавший Христа, ненавидевший священников, считавший милосердие слабостью и доброту признаком отсутствия воли, согласился принять эту жертву.
Заложники были брошены в подвал, где им предстояло умереть медленной и мучительной смертью. Их агония длилась долго. Каждый день палачи приходили пересчитать узников и убрать тех, кто умер. И каждый день весь лагерь, затаив дыхание следивший за происходящим, слышал молитвы и пение псалмов, доносящиеся из бункера. Ободряемые о. Максимилианом заключённые умирали, но умирали, оставаясь людьми. Спустя три недели четверо из осуждённых, среди которых был и № 16670, всё ещё пели и молились. 14 августа, священник Максимилиан Кольбе и трое других, остававшихся в живых заключённых блока № 13, были умерщвлены фашистскими палачами при помощи инъекции фенола. Был канун Торжества Успения Пресвятой Девы Марии. Всю жизнь рыцарски служивший Непорочной, и в смерти святой Максимилиан оказался близок к Ней. Тело его было сожжено в печах Освенцима, а прах развеян.
Человек, которого он спас, заняв его место среди смертников, прошёл через все ужасы концлагеря и вернулся домой к жене и детям. Он прожил долгую жизнь и успел стать свидетелем того, как 10 октября 1982 г. Папа Иоанн Павел объявил о. Максимилиана Кольбе, положившего жизнь за друзей своих, святым. Сегодня святой Максимилиан Кольбе – небесный покровитель издателей, журналистов и политических заключённых.
Анна Кудрик

Торжественная Святая Месса под предстоятельством вспомогательного епископа в престольный праздник прихода св. Гиацинта в Выборге
2025-08-16 12:00 - 13:00

Юбилейный визит Архиепископа в приход Богоматери Доброй Надежды в Москве и прощание с о. Майклом Райаном, SM
2025-08-17

Встреча вспомогательного епископа с участниками ассамблеи Корсум
2025-08-18

Святая Месса в Кафедральном соборе под предстоятельством Архиепископа
2025-08-19 19:00 - 20:30, 2025-08-31 10:00 - 11:30

Св. Бернард: память
2025-08-20
Родился Бернар в 1090 году в замке Фонтэн недалеко от Дижона в знатной бургундской семье: его мать даже состояла в родстве с самим герцогом Бургундским. Если отец стремился воспитать его дворянином и рыцарем, то мать, после рождения многих детей обратившаяся к вере и ведшая монашеский образ жизни, мечтала увидеть сына служителем Господа. Так и случилось: Бернар рано осознал свое духовное призвание, и в 22 года, уже после смерти горячо любимой матери, вступил в недавно образованный цистерцианский монастырь в Сито.
Цистерцианцы представляли собой движение внутри бенедиктинского монашества, ратующее за «возвращение к истокам», за возрождение идеалов строгой монашеской жизни, как это было во времена самого святого Бенедикта. От прочих бенедиктинцев цистерцианцы отличались белым цветом своих одежд. К моменту прихода Бернара в этот орден, он был еще очень немногочисленным, и именно Бернару он обязан своей последующей известностью и авторитетом. Бернар стал как бы «лицом» и «визитной карточкой» этого ордена, так что даже монахов-цистерцианцев стали именовать «бернардинцами».
У Бернара уже с ранней юности обнаружился дар красноречия и убеждения, так что в монастырь в Сито он ушел не один, а в сопровождении 27 своих друзей и знакомых из благородных бургундских семейств, а также своих четырех родных братьев. Лишь самого младшего брата оставили дома – в утешение отцу. «Теперь ты стал единственным наследником всего имения», — сказали они ему. «Да, — ответил мальчик, — вы оставляете мне землю и сохраняете небеса себе. Вы называете это достатком?» Впоследствии и он тоже стал монахом в основанной старшим братом обители.
Новоначальный монах Бернар выделился на фоне прочей братии почти сразу: он обращал на себя внимание своими подвигами благочестия и умерщвления плоти, а также необычайным проповедническим даром. Бернар почти не спал, и любую свободную минуту проводил за изучением Священного Писания и чтением молитв. «Я иду из царства Неподобия в Царство Подобия Божия», — часто говаривал он. Монастырская братия пришла при виде такого подвижничества в трепетное недоумение, и, наверное, поэтому настоятель повелел юному иноку покинуть обитель и благословил его на создание нового монастыря. Этот монастырь был основан в Шампани, в местечке Клерво (Clara vallis – «ясная долина»), на диком лесистом берегу реки.
Так в 25 лет Бернар сам стал аббатом монастыря. Местность Клерво принадлежала его родному дяде, обладавшему громадным состоянием. А поскольку Бернар обладал несравненной силой воздействия на людей, дядя вскоре признал племянника своим духовным отцом и всецело подчинился ему. На его деньги и на его землях Бернар основал еще 66 дочерних обителей, став таким образом духовным наставником и руководителем целой сети монастырей. Уже в 30 лет он стал известен всей Европе, а в дальнейшем его авторитет как в духовных, так и в светских кругах только возрастал. Его духовный дар, подкрепляемый мистическими видениями и откровениями, реализовался как в написанных им текстах, так и в особенности в исполненных необычайной силы и красноречия проповедях, за что аббат из Клерво и был прозван современниками «медоточивым доктором».
Бернар активно включается в общественно-политическую жизнь Европы, стремясь привести всё и вся в послушание Христу так, как он это понимал. «Этот обаятельный аббат Бернар превращается прямо-таки в свирепого льва, когда публично защищает евреев от погромов или выступает против ересей», — говорили о нем современники.
Бернар активно защищал права Папы Иннокентия II против антипапы Анаклета II и осуждал сицилийского короля Рожера II, получившего корону от антипапы, но затем примирился с королем и переписывался с ним. Французский король Людовик VII также состоял в близком общении с Бернаром и находился под его влиянием.
Тысячи рыцарей, отправлявшихся в Палестину, в недавно образованное тогда, после Первого крестового похода, Иерусалимское королевство, считали своим долгом прежде заехать в аббатство в Клерво, чтобы испросить у его святого настоятеля благословение, а тот напутствовал их так: «Вы обязаны создать на Святой палестинской земле духовно-рыцарский орден Храма Господня». Таким образом было положено начало Ордену храмовников или тамплиеров. Под непосредственным руководством Бернара был составлен его Устав, а затем и принят на соборе в Труа в 1128 г. Первоначальной целью Ордена была защита и расширение завоеваний крестоносцев в Палестине. Однако вскоре тамплиеры распространились и во Франции, быстро набрав политическую силу. Среди членов Ордена или сочувствующих ему были герцоги и графы, епископы и аббаты, а своим духовным вождем тамплиеры считали Бернара Клервосского.
В начавшейся полемике со считавшимся в то время крупнейшим богословским умом Европы Пьером Абеляром Бернар бросил на чашу весов весь свой авторитет. Абеляр исповедовал богословский рационализм, его девизом было «понимаю, чтобы верить», и многие из церковных иерархов были его сторонниками и покровительствовали ему. Для Бернара, напротив, вера была прежде всего делом сердца, а не разума: абстрактными умствованиями Бога постичь невозможно, путь к Богопознанию открывают искренняя любовь и просвещение свыше. В конце концов, на Сансском соборе 1140 г. учение Абеляра было осуждено, а сам он ушел в монастырь. Но здесь Бернар проявил благородство, первым протянув руку поверженному противнику и помирившись с ним.
15 февраля 1145 года коллегия кардиналов избрала на Престол Святого Петра Бернардо Паганелли, принявшего имя Евгения III. Паганелли с юных лет был насельником в обители Клерво и прошел под руководством Бернара весь иноческий путь от послушника до настоятеля. Он на протяжении всей жизни сохранял со своим духовным наставником уникально тесные отношения. Бернар обратился к кардиналам по случаю избрания Папой своего воспитанника с письмом следующего содержания:
«Прости вас Бог за то, что Вы сделали!.. Вы превратили последнего в первого, и… его новое положение опаснее прежнего… По какой причине или по чьему совету… поспешили вы к простецу, отыскали его в его убежище, вырвали у него из рук топор, кирку или мотыгу и возвели его на престол?»
Но, так или иначе, общественно-политический вес Бернара, и так огромный, вырос с этим избранием еще, превратив его в главную фигуру европейской жизни. И в этот момент великий аббат стал пламенным протагонистом нового Крестового похода: Бернар считал, что воля Божия состоит в том, чтобы продолжить дело Первого крестового похода, вооруженной рукой защищая и развивая его пошатнувшиеся завоевания, полностью освобождая Святую Землю от ига «неверных». Бернар убедил Папу Евгения III объявить новый Крестовый поход, а сам разъезжал по всей Европе, лично агитируя европейских государей принять в нем участие и выступая с публичными проповедями в его пользу.
Однако Второй крестовый поход (1147 – 1149 гг.), возглавленный французским королем Людовиком VII и германским императором Конрадом III, окончился полным разгромом, что стало для святого Бернара страшным ударом: он воспринял это, да и не мог не воспринять, как жесточайшее личное поражение. Неужели святой муж мог так ошибиться в познании воли Божией? Мы не знаем, о чем и как молился святой в те годы, однако известно, что с тех пор он полностью отошел от общественно-политической жизни, полностью посвятив себя молитве и литературно-духовному творчеству. Письма и сочинения Бернара, превозносящие монашеский и аскетический образ жизни, распространялись по всей Европе, но главной темой его размышлений всегда оставалась безраздельная любовь к Богу.
Вот некоторые выдержки из его трудов.
Обращаясь к поступающим в монастырь: «Если Вы желаете войти сюда, оставьте за порогом тело, которое вы принесли из мира; здесь есть место только для вашей души».
«Любовь к Богу превыше всего. Причина этой любви – не корысть и не страх, а Сам Бог, бесконечно привлекательный для каждого живого существа. А желание даровать эту любовь человеку – одна из главных причин воплощения Христа».
Комментируя «Песнь Песней» Соломона, Бернард Клервосский сравнивает воссоединение души с Богом, эту высшую цель жизни человека, с супружеским союзом: «Через любовь ко Христу человек восходит к духовной любви к Святой Троице, и тогда всё у них становится общим, как у супругов, и душа решается произнести дерзновенные слова из “Песни Песней”: ‘Возлюбленный мой принадлежит мне и я Ему’».
Проповедуя смирение, Бернар Клервосский писал: «Бог стал послушен женщине, чистой и непорочной Деве Марии – смирение беспримерное! Женщина повелевает Богу – величие несравненное. Стыдись, гордый пепел! Бог смиряется, а ты превозносишься? Бог подчиняется людям, а ты, стремясь господствовать над людьми, ставишь себя выше Создателя своего?»
Пресвятую Богородицу святой Бернар почитал совершенно особым образом, посвятив Eй множество проповедей, духовных размышлений, гимнов и молитв. Он же ввел в богословский и литургический оборот само словосочетание «Нотр-Дам». В знак особой любви к Бернару и дабы удостоверить его усыновление Себе, Пресвятая Дева даже удостоила святого мистика особого видения: из Ее грудей на статуе в его уста упало несколько капель молока.
Свой земной путь Бернар закончил 20 августа 1153 г. в своей родной обители в Клерво.
Авторитет святого Бернара, сама его личность, оставались актуальными и спустя столетия после его смерти. Этот авторитет признавал даже ненавидевший католическое монашество Мартин Лютер, написавший следующее: «Если существовал когда-либо богобоязненный и набожный монах, то это был св. Бернард, которого одного я ставлю выше всех монахов и попов целого мира».
К лику святых Бернар был причислен уже вскоре после смерти – Папой Александром III в 1174 г., а в 1830 г. Папа Пий VIII провозгласил его Учителем Церкви.
Источник: Сибирская католическая газета

Св. Пий X - память
2025-08-21

Юбилейный визит Архиепископа в приходы Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии в Перми и Марии – Царицы мира в г. Березники Пермского края
2025-08-21 - 2025-08-24

Юбилейный визит Архиепископа в пастырский пункт и празднование 10-летия освящения храма Пресвятой Девы Марии Фатимской в пос. Рябинино Пермского края
2025-08-22

Пресвятая Дева Мария Царица
2025-08-22

Пастырская поездка вспомогательного епископа в Западный деканат
2025-08-23 - 2025-08-26

Св. Моника: память
2025-08-27
Удивительная женщина, образец матери-христианки, по словам её сына давшая ему жизнь дважды, святая Моника почитается как покровительница матерей.
Наверное, нет в мире такой матери, которая не знала бы, что такое молиться за своего ребёнка. В минуту, когда сыну или дочери угрожает опасность, любая женщина начинает молиться, инстинктивно ища защиты у Того, Кто Сам – Высшая Сила и Высшая Любовь, даже если в обычной жизни она никогда не думает о Нём.
О чём во все времена просят матери для своих детей? О безопасности, о долгой жизни, о счастье, любви, успехах. О решении всевозможных житейских проблем. Сын той, чью память мы отмечаем 27 августа, всё это имел – он был абсолютно успешным человеком, с точки зрения своих современников и, вероятно, с точки зрения большинства наших. Он получил прекрасное образование, пользовался известностью, как искусный оратор и преподаватель риторики, основал свою школу, наконец, из провинции был приглашён преподавать в столицу империи – Рим. И, тем не менее, его мать не переставала плакать о нём и молить за него Бога, потому что для неё – христианки, самым важным были не жизненные успехи, не материальное благополучие, не уважение людей и не научная репутация сына, главным, о чём она просила было его обращение – залог вечного спасения. Сегодня сын этой женщины известен всему миру как святой Августин Гиппонский, епископ и Учитель Церкви, богослов, чьи труды лежат в основе современного христианского богословия. Признательный матери за её молитвы и слёзы, благодаря которым он обрёл истину, святой Августин описал её жизнь в девятой главе своей «Исповеди».
Святая Моника родилась в 332 г. в Африке, в городе Тагасте, в состоятельной христианской семье. Вопреки обычаям тех времён, она получила образование, умела читать и хорошо знала Священное Писание, над которым с юности много размышляла. Наиболее серьёзное влияние оказали на неё не родители, а пожилая служанка, которой, благодаря её мудрости и опыту было поручено воспитание детей в семье. Эта женщина, нянчившая когда-то отца Моники, прививала детям привычку к скромности, рассудительности и умеренности, особенно стараясь предостеречь от привычки к вину. Несмотря на это, юная Моника, едва не превратилась в пьяницу, причём вовсе не потому, что ей нравилось вино, напротив, его вкус был ей неприятен, а скорее из-за подросткового стремления противоречить, желания доказать самой себе, что у неё есть собственные желания и собственная воля, «от избытка, кипящих сил, ищущих выхода в мимолетных проказах». Когда родители поручали ей принести из погреба вино для обеда, она всякий раз, преодолевая отвращение, выпивала по глотку, затем всё больше и больше, пока не начала пить неразбавленное вино целыми кубками. И так было до тех пор, пока одна из служанок не назвала её пьяницей, не из желания помочь ей исправиться, а чтобы уколоть побольнее и «вывести из себя». Будь Моника обычным упрямым подростком, она бы, скорее всего, не обратила на эти слова никакого внимания, но ей были свойственны умение слушать других и критичное отношение к себе – она оглянулась на себя, решила, что служанка права и немедленно отказалась от, казалось бы, укоренившейся привычки. На протяжении всей её последующей жизни, даже когда она, как принято было в Африке, во время посещения могил святых обходила могилы с кубком вина, совершая поминовение, она ограничивалась одним маленьким кубком, в котором было больше воды, чем вина.
Когда Моника достигла брачного возраста, родители выдали её замуж за римского гражданина по имени Патриций, бывшего, по свидетельству святого Августина, человеком «чрезвычайной доброты и неистовой гневливости». Сложный характер мужа ничуть не пугал Монику, она никогда не возражала ему, пока не проходил его гневный порыв, а затем терпеливо объясняла мужу свой поступок. Он её «любил, уважал и ей удивлялся» и ни разу за всю жизнь не поссорился с нею. Сумела она наладить хорошие отношения и со свекровью, вначале невзлюбившей невестку. Ещё одним даром по свидетельству Августина обладала его мать.
«Где только не ладили между собой и ссорились, там она появлялась – где могла – умиротворительницей. Она выслушивала от обеих сторон взаимные, многочисленные и горькие, попреки, какие обычно изрыгает душа, раздувшаяся и взбаламученная ссорой. И когда присутствующей приятельнице изливалась вся кислота непереваренной злости на отсутствующую неприятельницу, то мать моя сообщала каждой только то, что содействовало примирению обеих».
Хотя Патриций и считался оглашённым, он был далёк от христианства и скорее придерживался языческих обычаев, и главной целью Моники было «приобрести его для Господа», а также вырастить в вере своих детей, которых у неё было трое – два сына и дочь. О дочери, имя которой история не сохранила, известно, что, овдовев, она стала настоятельницей женского монастыря в Гиппоне. Патриций принял крещение за год до смерти, в 370 г., когда Монике было тридцать восемь лет. В тридцать девять она стала вдовой.
По свидетельству святого Августина он ещё в раннем детстве узнал о Христе от матери и когда мальчиком тяжело заболел, просил окрестить его, но прежде чем над ним совершили таинство, он выздоровел, и крещение отложили. В то время многие откладывали крещение до достижения зрелости, чтобы крестильные воды вместе с первородным грехом смыли и все остальные грехи, совершённые в течение жизни. Нередко, оглашённые крестились только на пороге смерти. Став старше, Августин забыл, к огорчению матери, о своей детской вере и о своём желании принять крещение. Отец поощрял желание Августина учится, и вскоре юноша, получив образование сначала в Тагасте, затем в Карфагене, стал преподавателем риторики в своём родном городе, а приобретя опыт и известность, открыл собственную школу в Карфагене. Ещё во время учёбы в Карфагене он примкнул к секте манихеев. Кроме того, он обладал страстной натурой, и плотские удовольствия влекли его с чрезвычайной силой. Он сошёлся с женщиной, на которой не мог жениться из-за того, что она была неравна ему по положению, и от этой связи родился ребёнок. Когда он нашёл в себе силы порвать с этой женщиной, то почти сразу же сошёлся с другой. Мать, тревожась за его душу, старалась посеять в нём добрые намерения, предостерегая от обольщений мира, но сыну, несмотря на уважение, которое он к ней питал, её слова казались «женскими уговорами». Спустя десять лет, несмотря на протесты матери, он уехал в Рим, обманув Монику, собиравшуюся ехать вместе с ним. Моника осталась оплакивать его «больше, чем оплакивают матери умерших детей». И в это трудное для неё время, когда её сердце разрывалось от боли и тревоги за сына, Бог послал ей в утешение сон, в котором она увидела, что стоит на деревянной доске и видит подошедшего к ней прекрасного юношу, который спрашивает её о причине её печали и, узнав, что она сокрушается о своём сыне, ласково убеждает её не горевать и быть уверенной, что сын её будет там же, где и она. И в ту же минуту она увидела сына, стоящим с нею рядом на доске. С этой минуты Моника твёрдо уверовала, что Бог услышал её молитвы, и сын её будет спасён.
Вновь мать и сын встретились в Медиолане (теперь Милан), куда Августин, уже разочаровавшийся в манихействе, был приглашён, чтобы возглавить там школу риторики. Оба они сблизились с епископом Медиолана Амвросием, к которому питали глубочайшее уважение. Выросший в семье манихеев Амвросий был уверен, что Августин обретёт истинную веру и однажды сказал Монике, настойчиво просившей епископа побеседовать с её сыном: «Сын таких слёз не может погибнуть».
В пасхальную ночь 387 г. Августин принял крещение. Его обращение было таким глубоким, что он решил, вернувшись в Африку, посвятить себя монашеской жизни. Моника приняла решение сына с радостью. Готовясь к отъезду, Моника и Августин приехали в Остию, откуда должно было начаться их путешествие. Здесь, в ожидании корабля, они провели несколько дней в сладостных беседах о вечном блаженстве и когда «…ничтожен за этой беседой показался … этот мир со всеми его наслаждениями», Моника сказала сыну: «В этой жизни мне уже всё не в сладость. Я не знаю, что мне здесь еще делать и зачем здесь быть; с мирскими надеждами у меня здесь покончено. Было только одно, почему я хотела еще задержаться в этой жизни: раньше чем умереть, увидеть тебя православным христианином. Господь одарил меня полнее: дал увидеть тебя Его рабом, презревшим земное счастье. Что мне здесь делать?» Через несколько дней после этой беседы Моника заболела лихорадкой и спустя девять дней 27 августа 387 г. «на пятьдесят шестом году жизни своей…эта благочестивая душа разрешилась от тела». Горе, которое, несмотря на твёрдую уверенность в том, что в смерти она обрела вечное блаженство, испытал святой Августин, удивило его самого. «Лишился я в ней великой утешительницы, – писал он, – ранена была душа моя, и словно разодрана жизнь…и захотелось мне плакать «пред лицом Твоим» о ней и для неё, о себе и для себя».
Её похоронили в Остии, где застала её смерть. Незадолго до смерти она отказалась от прежнего намерения быть похороненной вместе с мужем, сказав, когда её спросили не страшно ли ей будет остаться навсегда так далеко от родных мест: «Ничто не далеко от Бога и нечего бояться, что при конце мира Он не вспомнит, где меня воскресить». Здесь в Остии её мощи оставались до 1430 г, когда они были перенесены в Рим, в церковь св. Трифона (ныне св. Августина). Удивительная женщина, образец матери-христианки, по словам её сына давшая ему жизнь дважды, святая Моника почитается как покровительница матерей.
Анна Кудрик

Св. Августин: память
2025-08-28
Святой Августин (354 – 430 гг.) – один из величайших Отцов и Учителей Западной Церкви, выдающийся богослов и философ, оказавший решающее влияние на формирование средневековой Католической Церкви, на становление богословской науки в Западной Европе. Многие идеи св. Августина пережили не только его время и средневековье, но остаются актуальными и по сей день. К нему возводит себя и существующий по настоящее время ряд монашеских орденов и конгрегаций, объединенных общим именем «августинцы». Основные сведения о жизни св. Августина мы можем почерпнуть из его духовной автобиографии под названием «Исповедь».
Аврелий Августин родился 13 ноября 354 г. в городе Тагаста в североафриканской провинции Нумидия (ныне это территория Алжира) в римской по языку и культуре семье принадлежащей к среднему классу. Своим воспитанием он был обязан матери Монике, умной и благочестивой женщине, ревностной христианке, впоследствии причисленной к лику святых. Однако его отец носивший имя Патриций оставался язычником почти до конца своих дней. Вообще, в то время, хотя христианская религия стала в Римской империи «почти государственной», язычество всё еще имело в ее африканских провинциях сильное влияние, а кое-где язычники даже сохраняли большинство. Кроме того, конкуренцию Церкви составляли раскольники (как, например, донатисты, с которыми епископ Августин позднее много полемизировал), а также всевозможные еретические движения, секты и «новые религии», как, скажем, манихеи. Следует отметить, что Августин не был крещен, так как по обычаю того времени младенцев из христианских семей лишь символически принимали в катехумены, а Крещение откладывали на более поздний, «сознательный» возраст.
Именно под влияние манихейства попал молодой Августин, когда обучался в Карфагене, а потом преподавал в родной Тагасте и том же Карфагене. С 17-ти лет юный Августин имел связь с женщиной из низшего социального класса (на которой поэтому не женился), с которой он прожил 13 лет и от которой имел сына Адеодата.
Расстроенная образом мыслей своего сына Моника настойчиво просила епископа своего города повлиять на молодого человека, однако тот призывал ее к терпению, поскольку видел, что юноша слишком поглощен своими новыми убеждениями и очень любит спорить. «Оставь его там, где он есть, — говорил он, — только молись за него. Он сам обнаружит свои заблуждения и свое безбожие». Позднее тот же епископ сказал не знавшей покоя Монике слова, ставшие «крылатыми»: «Не может быть, чтобы сын таких слез погиб!»
В 383 г. молодой и талантливый преподаватель Августин перебирается в Рим, а затем – в Милан, где наносит «визит вежливости» уже тогда знаменитому местному епископу Амвросию. Это знакомство затем продолжилось и имело далекоидущие последствия: под влиянием проповедей Амвросия Медиоланского и принятой им экзегезы Священного Писания, чтения «Жития Антония Египетского», написанного Афанасием Александрийским, некоторых житейских событий, расцененных Августином в качестве «провиденциальных», он принимает католическое вероучение и обретает в себе ростки веры. К этому же времени относится знакомство Августина с философскими доктринами неоплатоников, что впоследствии оказало огромное влияние на его богословские умозрения. В Навечерие Пасхи 387 г. Августин принял св. Крещение от рук св. Амвросия Медиоланского вместе с группой друзей и 15-летним сыном Адеодатом в присутствии своей матери Моники, вымолившей у Бога это его обращение.
Похоронив в Италии вскоре скончавшуюся мать, Августин вернулся в Тагасту, где вместе с друзьями-единомышленниками и сыном основал монашескую общину. Ее члены раздали бедным свое имущество и проводили время в молитве, духовных беседах и написании книг, полезных для изложения и защиты христианской веры. Со своим энциклопедическим умом, обширными интересами и плодовитым пером, Августин получил широкую известность сначала у себя на родине, а впоследствии – и во всём латиноязычном мире. Когда в 391 г. он случайно оказался в городке Гиппоне близ Карфагена, куда пришел навестить друга, местный престарелый епископ Валерий, давно искавший себе помощника, почти насильно рукоположил его в пресвитеры, а в 395 г. возвел его в епископский сан. Вскоре Валерий умер, и Августин занял его кафедру, на которой оставался почти 35 лет, вплоть до смерти. Первым его делом после занятия епископской кафедры было написание «письма Богу» – книги «Исповедь», выдержавшей с тех пор бессчетное число изданий, издаваемой до сих пор и ставшей самым популярным сочинением всех времён и народов.
Будучи архипастырем, Августин стал широко известен своими богословскими произведениями, своей полемикой с раскольниками-донатистами, создавшими в Северной Африке свою «параллельную Церковь», и своим спором с монахом Пелагием, где речь шла о соотношении Божественной благодати и человеческих усилий в деле Спасения. За свои сочинения против пелагиан (всего их было 22) Августин получил почетное звание «доктора благодати».
Ужасной и шокирующей для всех граждан Великой Империи стала весть о взятии в 409 г. Рима варварами-вестготами. Африка тогда наводнилась толпами беженцев. Тогда-то Августин и приступил к написанию самого обширного из своих произведений – «О Граде Божьем», над которым работал 16 лет и в котором сделал попытку проникнуть в смысл всемирной истории, постигнутой в свете Христова Откровения. Св. Августин развивает в этом сочинении идеи линейного исторического времени и морального прогресса.
Богословские труды Августин продолжал писать вплоть до смерти, не откладывая в сторону перо и в тяжкие последние годы своей жизни, когда ему довелось стать свидетелем разрушения процветающих африканских провинций и их поместных Церквей варварами-вандалами. Осажденная вандалами Гиппона оставалась одним из трех пока еще не захваченных нумидийских городов, и в ней скопилось множество беженцев, бушевали голод и болезни. В молитвах и покаянии Августин отошел ко Господу 28 августа 430 г., в возрасте 76-ти лет.
Источник: Сибирская Католическая Газета

Возможность исповеди у архиепископа – 18:00; Святая Месса в Кафедральном соборе – 19:00
2025-08-28 18:00 - 20:30

Усекновение главы св. Иоанна Крестителя: память
2025-08-29
Усекновение главы Иоанна Крестителя — евангельское событие, особо отмеченное в церковном календаре как литургическая память. В основе церковного воспоминания об этом событии лежит рассказ в Евангелии от Марка 6, 14-29, где также говорится, что Ирод Антипа, тетрарх Галилеи, услышав о проповеди Иисуса и творимых Им знамениях, сказал: «Это Иоанн, которого я обезглавил; он воскрес из мертвых» (Мк 6, 16; ср. Мф 14, 2; Лк 9, 7-9).
Синоптические Евангелия видят причину Усекновения главы Иоанна Крестителя в том, что он обличал Ирода Антипу за беззаконный брак с Иродиадой, женой «Филиппа, брата своего» (см. Мф 14, 3). Такой брак закон Моисея рассматривал как кровосмешение (см. Лев 18, 16; 20, 21). Иоанн Креститель был заключен в темницу (см. Мф 14, 3-4; Мк 6, 17-18; Лк 3, 19-20). В Мк 6, 19-20 говорится, что Иродиада желала смерти Иоанна, тогда как Ирод Антипа «боялся Иоанна, зная, что он муж праведный и святой, и берег его, и с удовольствием слушал его». В Мф 14, 5 сказано, что Ирод Антипа хотел убить Иоанна, «но боялся народа, потому что его почитали за пророка». Далее описания события Усекновения главы Иоанна Крестителя в Мф 14, 6-12 и Мк 6, 21-29 сходятся, сводясь к следующему: на пиру в день рождения Ирода Антипы дочь Иродиады Саломея своим танцем привела в восхищение Ирода, и царь предложил ей: «… проси у меня чего хочешь», а та по наущению матери попросила голову Иоанна Крестителя. По приказу Ирода Иоанн Креститель был обезглавлен.
В исторической оценке этого евангельского повествования обращает на себя внимание явный анахронизм: Усекновение главы Иоанна Крестителя, произошедшее, если следовать евангельской хронологии (Лк 3, 1-3; Ин 2, 20; 3, 22-24), в конце 28 или в 29 н.э., мотивируется событием, произошедшим, согласно сообщению Иосифа Флавия, позднее, ок. 34 н.э., когда ради брака с Иродиадой Ирод Антипа оставил законную жену, дочь Набатейского (Аравийского) царя Ареты (Арефы) IV, также находившегося в вассальной зависимости от Рима (см. Иудейские древности XVIII, 5, 1 § 109). Иосиф Флавий сообщает, что ок. 36 н.э. Арета пошел войной на Ирода Антипу и разгромил его войско. Это событие в народном сознании и было воспринято как Божье наказание ему за смерть Иоанна Крестителя. При составлении Евангелий (60-80-е н.э.) одно событие накладывалось на другое, отражая устное предание, обогатившееся легендарными деталями: пляской девицы (этот немыслимый в еврейском быту эпизод был призван показать невиданное нечестие Ирода Антипы), обещание ей «до половины царства», требование принести на блюде голову Иоанна Крестителя. На самом деле Иоанн, характеризуемый Иосифом Флавием как «человек праведный, который убеждал иудеев вести добродетельный образ жизни, быть справедливыми друг ко другу и из благочестивых чувств к Богу собираться для омовения» (там же, 2 § 117), был заключен Иродом Антипой в крепости Махерон в Перее, а затем казнен (там же, § 119). Мотивацию казни Иосиф Флавий объясняет тем, что Ирод боялся, как бы влияние Иоанна не привело к смуте (там же, § 118). Вероятно, Ирод Антипа опасался именно проповеди Иоанна Крестителя о грядущем Мессии, поскольку в мессианских ожиданиях евреев римляне видели угрозу для своей власти.
День литургической памяти Усекновения главы Иоанна Крестителя в Католической Церкви и в Русской Православной Церкви отмечается 29 августа.
о. И. Павлов
Источник: рускатолик.рф

Встреча Архиепископа с участниками Юбилейного паломничества Неокатехуменального пути
2025-08-30

Святая Месса в Зеленогорске под предстоятельством вспомогательного епископа
2025-08-31 13:00 - 14:30
