Централизованная религиозная организация Римско-католическая Архиепархия Божией Матери в Москве

Успение Пресвятой Девы Марии: торжество
2020-08-15
«Пресвятая Дева Мария – первая из всего человечества свободная от первородного греха «…есть образ и начало Церкви, которая должна завершиться в будущем веке,… в ожидании наступления Дня Господня, Она уже сияет как знамение верной надежды и утешения странствующему Народу Божию».
Среди праздников Католической Церкви особое место занимают праздники, посвящённые Пресвятой Деве Марии. Церковь учит нас, что Пресвятая Дева Мария – первая из всего человечества свободная от первородного греха «…есть образ и начало Церкви, которая должна завершиться в будущем веке,… в ожидании наступления Дня Господня, Она уже сияет как знамение верной надежды и утешения странствующему Народу Божию».
15 августа Католическая Церковь и Поместные Православные Церкви, использующие григорианский календарь, отмечают один из самых древних праздников, относящихся к кругу Богородичных, т. е. посвящённых Пресвятой Деве Марии.
Из Нового Завета мы мало знаем о земной жизни Богородицы, особенно, относительно времени, последовавшего после Распятия и Воскресения Христа. Новый Завет говорит нам о том, что в согласии со словами «Се Матерь твоя», сказанными Иисусом на Кресте апостол Иоанн взял Её к себе (Ин. 19, 25-27). Знаем мы и о том, что Она была с Апостолами в горнице в день Пятидесятницы и вместе с ними получила дары Святого Духа. И это всё, что известно из Нового Завета о последнем периоде жизни Богородицы. Однако Церковь в передаче Откровения опирается не только на Священное Писание, но и на Предание – в том числе, на труды Отцов Церкви. Об обстоятельствах успения Богородицы рассказывали св. Дионисий Ареопагит, св. Мелитон Сардийский, св. Епифаний Кипрский и другие Отцы Церкви. Рассказывают, что Дева Мария была заранее извещена Архангелом Гавриилом и пожелала проститься с Апостолами. В день, когда Апостолы собрались в комнате Богородицы они увидели Христа, сходящего с Неба навстречу Своей Пречистой Матери с сонмами ангелов и архангелов.
Предание также говорит о том, что, когда погребальная процессия шла через Иерусалим, некий священник по имени Афония пытался опрокинуть носилки с телом Марии, но ангел, сошедший с неба, огненным мечом отсёк святотатцу руки. Этот эпизод вошёл в каноническое изображение Успения в византийской традиции. Апостол Фома, как говорит Предание, пришёл в Иерусалим на следующий день после погребения и пожелал в последний раз взглянуть на Пречистую Деву. Когда ученики открыли могилу, перед ними предстал пустой гроб и чудесно благоухающие пелены. В тот же день во время трапезы Богородица явилась Апостолам в окружении ангелов, обещая им, и через них всем людям Своё заступничество. Сегодня в Иерусалиме, в храме Успения Пресвятой Девы Марии на Сионе, построенном в V в. на месте, где происходила Тайная Вечеря, многократно разрушавшемся, но отстраивавшемся вновь, сохраняется реликвия – камень из дома, где почила Пречистая Дева.
В Иерусалиме празднование Успения Пресвятой Девы Марии 15 августа известно уже с V в.
В Папской книге праздник представлен под греческим названием – Успение. В Евангелиарии 740 г. он называется несколько иначе – Торжество отдохновения Святой Марии и связан с освящением храма Девы Марии по пути из Иерусалима в Вифлеем, который по преданию построила римлянка Икелия на месте, где Дева Мария останавливалась по пути в Вифлеем, куда шла вместе со св. Иосифом на перепись. Но очень скоро праздник изменил значение и стал праздником рождения Пресвятой Девы Марии для Неба. Такой же смысл праздник имел и в Византийской империи, где официально он был введён императором Маврикием между 582 и 602 годом. В Риме торжество празднуется с VII века, но уже в IX веке название его звучит как Принятие Марии на Небо. С VII по XVI века в Риме в этот день совершалась ночная процессия к храму Санта Мария Маджоре, во время которой икона Христа, несомая верующими из Латеранской базилики встречалась с иконой Богородицы из Санта Мария Маджоре, символизируя небесную встречу Матери и Сына. В некоторых странах, например в Испании, до сегодняшнего дня сохраняется традиция в этот день разыгрывать мистерию, изображающую события, связанные с Успением Пресвятой Девы Марии. Так как в это время уже происходит сбор урожая, цветов и лекарственных трав, в большинстве стран Европы в этот день освящаются хлебные колосья и травы.
В 1950 году Папа Пий XI провозгласил догмат о Телесном взятии Богородицы на небо, утвердив тем самым факт принятия Пресвятой Девы Марии на небо с телом и душой, как непреложную истину веры. Апостольская Конституция Lumen gentium (Свет народам) так говорит об этом событии: «Как на небе, где Она уже прославлена телом и душою, Матерь Иисуса есть образ и начало Церкви, которая должна завершиться в будущем веке, так и на земле, в ожидании наступления Дня Господня, Она уже сияет как знамение верной надежды и утешения странствующему Народу Божию…Наконец Пренепорочная Дева, предохраненная от всякой скверны первородного греха, завершив путь земной жизни, была взята телом и душой в небесную славу и возвеличена Господом как Царица вселенной, чтобы полнее уподобиться Сыну Своему, Господу господствующих и Победителю греха и смерти» (Свет народам 68-69).
Почти 150 лет назад в Торжество Успения Пресвятой Девы Марии святой Жан Мари Вианней, обращаясь к своим прихожанам, говорил: «Да, Мария – наша заступница; Она приносит Своему божественному Сыну все наши молитвы, наши слезы и стенания; Она низводит на нас благодать, необходимую для нашего спасения. Святой Дух говорит нам, что Мария среди всех творений – Чудо величия, Чудо святости и Чудо любви. Какое счастье для нас, братья мои, какая надежда на спасение! Доверимся еще больше этой доброй и нежной Матери, думая, во-первых, о Ее величии; во-вторых, о Ее ревности о нашем спасении, и, в-третьих, о том, что мы должны делать, чтобы угодить Ей и заслужить Ее покровительство». И сегодня, молясь во время литургии в Торжество Успения Пресвятой Девы Марии, христиане всего мира также обращаются к заступничеству Матери Иисуса и исполняются надежды на Её помощь на пути к вечному спасению.
Анна Кудрик

Св. Максимилиан Мария Кольбе: память
2020-08-14
Он отдавал страдающим узникам свою жизнь понемногу в ожидании той минуты, когда понадобится отдать её всю.
«Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих». Эти слова Спасителя с детства знакомы каждому христианину, и, наверное, никто никогда даже и не пытался их опровергать – для каждого, в том числе и для язычника во времена античности или для атеиста в наше время очевидно, что самое высокое проявление любви – это жертвование собой во имя того, чтобы жил тот, кого мы любим. И можно было бы утверждать, что в этих словах вообще не было ничего нового и ничего специально христианского, если бы не то, что для христианина понятие «друга», «ближнего», за которого можно умереть, включает в себя, практически всё человечество. Но в таком случае возможно ли вообще следовать этому евангельскому совету? Жизнь святого Максимилиана Марии Кольбе, «мученика милосердия», францисканца, добровольно пошедшего на смерть вместо незнакомого ему человека, ещё раз подтверждает – иго Христа – благо и бремя Его легко, и в каждую эпоху в мир приходят те, кто готов буквально следовать Евангелию, свидетельствуя о том, что христианское учение это не утопия и не притча, а руководство к повседневной жизни. Мир считает их безумцами, но они знают, что только они и разумны по настоящему, потому что временному предпочитают вечное, избирая благую часть, которая у них не отнимется.
Раймунд Кольбе, впоследствии принявший имя Максимилиан Мария, появился на свет в семье Юлиуша и Марии Кольбе 7 января 1894 г. в городе Здунска Воля, входившем в то время в состав Российской империи. Он был вторым ребёнком в семье, в которой из шести детей выжили четверо. Семья была очень религиозна – Мария в юности мечтала о монастыре (позже, вырастив детей, с согласия мужа она удалится в монастырь бенедиктинок), оба они – Юлиуш и Мария были францисканцами-терциариями. Они были небогаты, даже бедны, но это не огорчало их – ведь они дали обещание следовать примеру святого Франциска, а он любил бедность. Оба, и муж, и жена много трудились для того, чтобы прокормить сыновей и дать им образование, что было вдвойне трудно – из-за отсутствия средств и из-за того, что преподавание велось только на государственном языке и для того, чтобы поступить в реальное училище или гимназию необходимо было прежде выучить русский. Вскоре после рождения второго ребёнка, семья переехала в Пабянице, где была ткацкая фабрика, на которой получил работу Юлиуш. Мария вначале пыталась открыть бакалейную лавку, но так как она, следуя евангельским словам «…просящему дай и от хотящего занять у тебя не отвращайся» с готовностью давала продукты в долг и не требовала, чтобы счета оплачивались в срок, лавка не приносила дохода и вскоре её пришлось закрыть. Средств не хватало на самое необходимое, и Мария также поступила на фабрику. Обязанность вести хозяйство и заботиться о младших легла на старших сыновей, но они получили важнейший жизненный урок – ещё раз увидели, что для отца и матери следование евангельским советам важнее достатка в семье и коммерческого успеха. На взгляд многих сегодняшних родителей, дети в семье Кольбе воспитывались чрезвычайно строго – старшие дети, в сущности, ещё сами очень маленькие, присматривали за двумя маленькими, убирали комнату, готовили скромную еду к приходу родителей, работали на огороде. Не всегда у них было время поиграть со сверстниками, прежде всего, нужно было исполнять свои обязанности. Однако, в детстве мальчиков Кольбе было самое главное – они знали, что хорошо, а что неправильно, видели, что родители никогда не поступают против совести и всегда следуют тому, во что верят, и это давало им твёрдую опору в жизни. Родители были дружной, любящей парой и хотя не могли проводить много времени с детьми, по-настоящему любили их. Каждый вечер вся семья молилась вместе. Юлиуш и Мария мечтали, что их первенец – Франтишек когда-нибудь станет священником. Между тем, маленький Раймунд также мечтал о священстве и даже начал заниматься латинским языком, сначала с аптекарем, вызвавшимся помочь способному мальчику, потом с приходским священником. Для мальчика из рабочей среды, и без того почти не имевшего времени для игр и к тому же наделённого от природы живым нравом эти занятия были серьёзной жертвой, указывавшей на призвание и сильную волю. Когда в 1907 г. появилась возможность определить одного из мальчиков в малую семинарию францисканцев конвентуальных во Львове, Юлиуш и Мария Кольбе решили, что учиться поедет старший сын, а Раймунд останется с родителями и будет помогать по дому и смотреть за младшим братом, но мальчик так упрашивал их отпустить и его, что усмотрев в этих его мольбах знак свыше, они уступили и отдали Богу и этого сына, хотя без его помощи им и пришлось нелегко. Осенью 1907 г. Юлиуш Кольбе с двумя старшими сыновьями нелегально пересёк границу, спрятавшись в возу с сеном, а потом таким же путём вернулся назад в Пабянице.
Учился Раймунд хорошо, считался в монастыре одним из лучших послушников, и в 1911 г. принёс первые монашеские обеты. В 1912 г. его направили в Италию для продолжения учёбы в Папском Григорианском Университете. Исполненный глубокого волнения юноша прибыл в Рим – сердце и колыбель христианской Европы и здесь, вероятно, впервые в жизни молодой польский монах, выросший в глубоко религиозной среде, столкнулся с широким антиклерикальным движением. Это было не пренебрежение воскресной мессой, не падение нравов, не подростковый протест и не сыновний бунт против слишком строгой матери – Церкви – такое он видел и прежде. Здесь, в Риме, это было хорошо организованное движение образованных и интеллигентных людей, открыто объявлявших себя врагами Церкви, утверждавших, вслед за Ницше, что Бог умер и призывавших отвергнуть веру, как нечто устарелое и мешающее человечеству развиваться и идти вперёд. Брат Раймунд понял, что мир нуждается в новой проповеди Христа и именно в осуществлении этой задачи состоит его личное призвание. В 1915 г. он защитил диплом по философии, затем по богословию, а в 1916 г. принял вечные обеты, взяв имя Максимилиан Мария, так как был глубоко предан Деве Марии и своё служение решил начать, заручившись Её особым покровительством. Он считал, что в мире наступает «время Непорочной», заступничеством Которой будет, как предсказано в Библии, побеждён сатана. Подобно святому Франциску, объявившему своей Прекрасной Дамой евангельскую Бедность, он также выбрал себе Даму, которой служил со всем пылом и всем почтением, на какое было способно его сердце священника и рыцаря – Богоматерь, Непорочную Деву. Он верил, что только Она – Та, Которой Христос , умирая на Кресте, вручил всё человечество, может помочь смягчить сердца врагов Церкви и грешников и вновь завоевать мир, охваченный ненавистью, для любви и милосердия и потому основал Воинство Непорочной Девы – религиозное движение, в которое входили как монашествующие, так и миряне, готовые трудиться и молиться ради того, чтобы мир вновь услышал о Христе. Приближался день, когда, став священником, Максимилиан сможет начать путь к намеченной великой цели – обращению всего человечества. Однако в Риме с ним случилась беда – в нездоровом климате он заболел туберкулёзом, что в то время, до начала эпохи антибиотиков было почти равносильно смертному приговору.
28 сентября 1918 г. он был рукоположен во священника и вернулся в Польшу, в Краков. Церковное начальство посчитало, что тяжелобольной священник не может быть направлен в приход, но оказавшись не занятым, он не стал заботиться о своём слабом здоровье. У него были другие планы, и все свои силы он направил на их осуществление. Необходимо было использовать для проповеди новые возможности, которые давали современные технические средства. С помощью монахов и мирян, входивших в новое движение, он начал выпускать журнал, тираж которого вскоре достиг 45 000. В монастыре в Гродно ему позволили использовать старую типографию с безнадёжно устарелым оборудованием. За короткий срок ему удалось наладить там работу, обновить техническую базу с помощью жертвователей, начать выпуск книг и периодических изданий религиозного содержания. Это был успех. Но он мечтал привести к Богу весь мир, и для этого одной маленькой, хотя и успешной типографии было недостаточно.
Под Варшавой, практически, в чистом поле, на землях, подаренных графом Любецким, не имея никаких средств для осуществления своего грандиозного замысла, кроме чистого сердца, полного веры, он основал город-монастырь, который назвал Непокалянов – город Непорочной. Считая, что для того, чтобы вновь обратить мир к Богу, надо использовать все самые современные средства – радио, кино, печать, он день и ночь работал для того, чтобы в Непокалянове было всё, необходимое для осуществления этого плана – семинария, типография, радиостанция, всевозможные мастерские. Казалось, воплотить всё это в жизнь было невозможно, но всему, за что брался о. Максимилиан сопутствовала удача – в считанные годы возле столицы независимой Польши вырос огромный монастырь, в котором к 1936 г. было более 700 братьев. Отсюда распространялись газеты и журналы христианского содержания, достигавшие миллионных тиражей, велось радиовещание, здесь снимались фильмы и печатались книги. Все братья имели различные «гражданские» специальности, позволявшие выполнять собственными силами все необходимые работы. Вместе с монашествующими для достижения общей цели трудились и миряне – рыцари Непорочной.
Во всём, что делал будущий святой, ему сопутствовала удача. Он понял, что в сражении, которое он вёл за души людей, нельзя ограничиваться только Европой и предпринял ряд миссионерских поездок. В 1930-е гг. он посетил Японию, где основал монастырь и семинарию в честь Непорочной в Нагасаки и наладил издание христианской газеты на японском языке, Китай, Индию, где также основал монастырь. Этот успех нельзя было объяснить ничем, кроме чуда – нищий, больной туберкулёзом, дышащий одним лёгким монах в заплатанном хабите и потёртом старом пальто, которое днём защищало его от холода, а ночью служило одеялом, путешествовал по миру, строил монастыри, создавал общины, печатал книги, проповедовал и разъяснял, вдохновлял и ободрял, месил раствор и укладывал кирпичи. По всем законам экономики, логики и даже медицины он должен был проигрывать, но он побеждал.
Вторая мировая война остановила миссионерскую деятельность о. Максимилиана. 1 сентября 1939 г. немецкие войска вторглись в Польшу. 19 сентября 1939 г. о. Максимилиан и несколько других братьев были арестованы и помещены в лагерь, однако 8 декабря их неожиданно освободили, и они вернулись в Непокалянов. Большинство монастырей было закрыто оккупационными властями, а монахи распущены по домам. В Непокалянове осталось только сорок братьев, но и с их помощью можно было сделать многое. Монастырь превратился в лагерь для беженцев, где получили кров, медицинскую помощь и еду 3500 человек, примерно треть из которых были евреями, скрывавшимися от нацистов. Но здесь не только помогали жертвам войны, здесь и боролись с оккупантами – не зря его братья считали себя не только монахами, но и рыцарями. Отсюда с монастырской радиостанции велось подпольное вещание, обличающее преступления фашистов, здесь печатали листовки и воззвания. По непонятным причинам, возможно, благодаря тому, что отец святого был этническим немцем, в течение почти двух лет ему удавалось избегать преследований, но 17 февраля 1941 г. он был арестован и после нескольких переводов из тюрьмы в тюрьму в мае того же года отправлен в концентрационный лагерь Освенцим. Казалось, что это поражение, но это было начало победы, той победы, которая, по словам Папы Иоанна Павла II, стала «победой, совершённой любовью и верой в месте, построенном для отрицания веры в Бога и в человека».
В лагере о. Максимилиана, как священника особо ненавидимой нацистами Церкви, отправляли на самые тяжёлые работы, которые сами по себе должны были бы убить его, даже если бы не было голода, холода, регулярных жестоких избиений, но он не только выдерживал всё, что приходилось на его долю, но и поддерживал тех, кто оказался слабее его, в первую очередь, слабее духом. Он отдавал свою еду другим, занимал самое худшее и неудобное место в бараке, он лечил и утешал, исповедовал и молился и, если каким-то чудом удавалось добыть муку и приготовить облатку, шёпотом служил мессу. Он отдавал страдающим узникам свою жизнь понемногу в ожидании той минуты, когда понадобится отдать её всю.
В июле 1941 г. из блока № 14, куда за несколько дней до происшествия перевели о. Максимилиана бесследно исчез один из заключённых. Предположили, что ему удалось бежать. В наказание весь блок выгнали на плац и держали на солнце без еды и воды до позднего вечера, когда пред всем лагерем стали отбирать по жребию десятерых человек, которые должны были быть брошены в карцер и уморены голодом и жаждой, чтобы устрашить всех остальных. Один из смертников, Франтишек Гайовничек, отец большого семейства, в отчаянии вскричал: «Неужели я больше не увижу жену и детей?». И тогда из строя вышел заключённый № 16670 и, обращаясь к начальнику лагеря оберштурмфюреру СС Карлу Фрицшу, сказал: «Я – католический священник, и я хочу умереть вместо него, я стар, а у него есть дети» и случилось чудо – начальник лагеря, фашист, отрицавший Христа, ненавидевший священников, считавший милосердие слабостью и доброту признаком отсутствия воли, согласился принять эту жертву.
Заложники были брошены в подвал, где им предстояло умереть медленной и мучительной смертью. Их агония длилась долго. Каждый день палачи приходили пересчитать узников и убрать тех, кто умер. И каждый день весь лагерь, затаив дыхание следивший за происходящим, слышал молитвы и пение псалмов, доносящиеся из бункера. Ободряемые о. Максимилианом заключённые умирали, но умирали, оставаясь людьми. Спустя три недели четверо из осуждённых, среди которых был и № 16670, всё ещё пели и молились. 14 августа, священник Максимилиан Кольбе и трое других, остававшихся в живых заключённых блока № 13, были умерщвлены фашистскими палачами при помощи инъекции фенола. Был канун Торжества Успения Пресвятой Девы Марии. Всю жизнь рыцарски служивший Непорочной, и в смерти святой Максимилиан оказался близок к Ней. Тело его было сожжено в печах Освенцима, а прах развеян.
Человек, которого он спас, заняв его место среди смертников, прошёл через все ужасы концлагеря и вернулся домой к жене и детям. Он прожил долгую жизнь и успел стать свидетелем того, как 10 октября 1982 г. Папа Иоанн Павел объявил о. Максимилиана Кольбе, положившего жизнь за друзей своих, святым. Сегодня святой Максимилиан Кольбе – небесный покровитель издателей, журналистов и политических заключённых.
Анна Кудрик

Св. Клара Ассизская: память
2020-08-11
В начале 13 века, когда властвовали роскошь и чувственность, возникает образ святого Франциска, давшего мужчинам пример жизни в бедности и покаянии. Но Господь также пожелал дать пример пренебрежения к суете мира женщинам того времени, тщеславным и зависимым от удовольствий. Для этой миссии Он выбрал Клару, девушку из известного дворянского рода, появившуюся на свет 20 января 1194 года. Её отец Фавароне ди Оффредуччо был дворянином, а мать, раба Божия Ортолана, умерла в ореоле святости.
Ещё до рождения ребёнка матери было открыто, что её дитя станет ярким светом миру. Этот свет мать замечала в своей дочери с ранних лет. Помимо внешней красоты, Клара обладала обаянием и редкими качествами ума. Она была любимицей семьи, и едва расцвела её женственность, несколько женихов уже искали её руки.
Но её добродетели превзошли многочисленные дары природы. Она интересовалась жизнью бедняков и часто отказывала себе в каких-то вещах, чтобы поделиться ими с более бедными членами Христовыми. Она любила молитву, это был сладчайший восторг для неё – отдать своё сердце чувству пылкой преданности Христу в Пресвятых Дарах. Под своими красивыми одеждами она носила власяницу, чтобы почтить страдания Христа и сохранить целомудрие ради Него.
Ей было 18 лет, когда она услышала проповедь святого Франциска в кафедральном соборе Ассизи во время Великого поста 1212 года. Его слова о пренебрежении к миру и о покаянии, в частности, его святой пример, так сильно влияют на Клару, что она примеряет его на себя и вскоре осознает, что Господь призывает её, чтобы, подобно ему, вести жизнь в уединении монастыря. Не колеблясь, она выполняет Божьи планы. Понимая, что её семья, желающая ей блестящего будущего в миру, будет возражать против её призвания, она тайно сбегает из дома.
В Вербное воскресенье Клара отправилась в церковь на богослужение в богатых одеждах. В ту ночь в сопровождении пожилого родственника она пришла к маленькой часовне Матери Божией Ангельской, где её встретили святой Франциск и его братья с зажженными свечами в руках. Перед алтарем она сняла свой красивый головной убор, и святой Франциск обрезал ей волосы и покрыл голову вуалью из простого льна. Вместо дорогих одежд она получила грубое покаянное вретище и была опоясана белым шнуром. Таков был путь, на который мать и основательница Бедных Кларисок вступила 18 марта 1212 года. До поры до времени святой Франциск отправил её в монастырь сестер-бенедиктинок.
Когда Клара успешно преодолела сопротивление своей семьи, которая намеревалась заставить ее вернуться домой, ее сестра Агнес присоединилась к ней в ее жертве. Святой Франциск устроил маленький монастырь для них недалеко от церкви святого Дамиана. Там количество посвященных Богу дев вскоре увеличилось. Они служили Богу в большой бедности, строгом покаяния и полном уединении от мира в соответствии с правилом, которое дал им святой Франциск. Клара была обязана в послушании принять должность настоятельницы в 1215 году и исполнять эти обязанности на протяжении 38 лет, до самой смерти. Но ее любовь к смирению находила компенсацию в исполнении самой тяжелой работы для своих сестер. Несмотря на огромные физические страдания, она стала для них ярким примером рвения в покаянии и молитве.
В 1240 году армия сарацин, бывших на службе императора Фридриха II, приблизилась к Ассизи. Они атаковали небольшой монастырь Сан-Дамиано, лежавший за пределами города, и уже взобрались на его стены. В смертельном страхе сестры прибежали к настоятельнице, которая лежала больная в постели.
Святая, неся дарохранительницу с Пресвятыми Дарами, подошла к окну монастыря. Там она горячо умоляла Господа небес словами псалмопевца (Пс 73:19): «Не предай зверям душу горлицы Твоей; собрания убогих Твоих не забудь навсегда». Таинственный голос с небес сказал: «Я всегда буду присматривать за тобой». Тотчас паника охватила осаждающих. Луч яркого света, который исходил от Святого Причастия, ослепил их. Они упали со стен и бежали прочь. Монастырь был спасен и город Ассизи был избавлен.
После на протяжении 30 лет Клара страдала от серьезной болезни и чувствовала, что ее конец приближается. После того, как она получила последние таинства, она и одна из ее сестер увидели Царицу девственниц, идущую с большим эскортом, чтобы встретить ее, супругу Иисуса Христа. 11 августа 1253 года она вошла в вечную радость, ее тело было погребено на следующий день. Папа Александр IV канонизирован ее уже в 1255 году, а в 1958 – она была выбрана в качестве всемирной покровительницы телевидения.
Источник: Портал францисканцев

Св. Лаврентий: память
2020-08-10
Мужество святого Лаврентия и его мученическая смерть, по свидетельству Пруденция, парадоксальным образом повлияли на современников – те, кого палачи рассчитывали запугать и отвратить от христианства, воспламенились духом, и количество христиан не уменьшилось, а увеличилось.
В 253 г. от Рождества Христова Публий Лициний Валериан, бывший консулом в правление Александра Севера, военачальник и политический деятель был провозглашён императором. Своим соправителем он назначил своего сына Галлиена и провозгласил себя, сына, а также своих жену Мариниану и невестку Корнелию Салонину равным богам. Но это не помогло ни ему, ни стране. Равные богам правители не смогли справиться ни с германскими племенами, разорившими Фракию и проникавших во время своих набегов вглубь империи, ни с внутренними распрями, ни с голодом, ни с чумой, свирепствовавшей в провинции. Назревало недовольство властью, которое могло оказаться роковым. Император Валериан был опытным политиком, и ему было известно, что для успокоения поданных не обязательно устранять причину недовольства – достаточно обвинить кого-то во всех неприятностях, создать образ врага, борясь с которым поданные забудут о реальных проблемах и неудачах власти. Таким врагом в 257 г. , как уже не однажды бывало, оказались христиане.
В течение двух лет вышли два эдикта, открывших новый этап гонений христиан. Эдикт 257 г. предписывал ссылать и заключать в тюрьмы священнослужителей, христианам было запрещено собираться для молитвы. В 258 г. последовал второй эдикт, повелевавший казнить священнослужителей, христиан, принадлежавших к высшим классам, обезглавливать мечом, знатных женщин ссылать в заточение, придворных, лишив прав и имений, отправлять на работы в царские поместья.
Одной из жертв этих непродолжительных по времени, но от этого не менее кровавых гонений стал святой Лаврентий, диакон святого Папы Сикста II, мученик, память которого Церковь празднует 10 августа.
О святом Лаврентии известно немногое. Его ранние жития, составленные, очевидно, вскоре после принятия им мученического венца, на которые позже ссылались многие его биографы, например, Пруденций, были утрачены, и самое раннее по времени его жизнеописание известное сегодня относится к IV веку. Тем не менее мы знаем, что Лаврентий родился в городе Оска в Испании ок. 225 г. и происходил из семьи христиан. В одном из его позднейших жизнеописаний воспроизводится его диалог с Валерианом, в котором он говорит, что с младенчества научен поклоняться истинному Богу. Он был учеником архидиакона Сикста, и при избрании Сикста Епископом Рима (после того как принял мученическую смерть Папа Стефан) был рукоположен в диаконы. При Сиксте он исполнял обязанности архивариуса и казначея, а также, в соответствии с обязанностями диаконов в древней Церкви заботился о бедных и занимался раздачей милостыни.
В августе 258 г. был арестован и почти немедленно казнён Папа Сикст II. Святой Амвросий Медиоланский, ссылаясь на ныне утраченный источник, так описывает встречу и беседу уже пленённого Сикста и ещё остающегося на свободе Лаврентия. «Когда святой архидиакон Лаврентий встретил Папу Сикста, которого вели в темницу, он со слезами воскликнул: “Куда ты, отче, грядешь? Зачем оставляешь своего архидиакона, с которым всегда приносил Бескровную Жертву? Возьми своего сына с собой, чтобы и я был общник тебе в пролитии крови за Христа!” Святой Сикст отвечал ему: “Не оставляю тебя, сын мой. Я старец и иду на легкую смерть, а тебе предстоят более тяжкие страдания. Знай, что через три дня после нашей смерти и ты пойдешь за мной. А теперь пойди, продай церковные сокровища и раздай гонимым и нуждающимся христианам”. Святой Лаврентий с усердием исполнил завет святителя».
Хотя многие современные исследователи считают этот эпизод художественным вымыслом, никак не подтверждённым исторически, он всё же очень убедителен – в исполненном веры и жажды мученичеством подтвердить свою верность Христу диалоге Лаврентия он предстаёт перед нами именно тем, кем вошёл в историю Церкви – христианином, верным до смерти. И если даже нет уверенности в том, что приведённые святым Амвросием слова были действительно сказаны Лаврентием, то в том, что он сделал то, о чём говорил – умер за Христа – сомневаться не приходится.
Предание говорит, что во время казни Сикста, Лаврентий сокрушался о том, что умирает за Христа не он, а Сикст, утешая его, говорил, что вскоре они встретятся у Престола Бога. В тот же день Лаврентий был арестован и помещён в тюрьму. Здесь был некий грек Луциллий, находившийся в тюрьме так давно, что «от слёз ослеп». Так как он давно желал креститься, Лаврентий крестил его и слепой прозрел. Другие узники также стали подходить к Лаврентию, и он исцелял их. Начальник тюрьмы Ипполит, бывший свидетелем этих чудес, поражённый происходящим, также пожелал креститься, и был крещён вместе со всем своим домом. Совершилось чудо более удивительное, чем чудо физического исцеления – исцеление души, которое не несло обращённым никакой зримой выгоды, более того, подвергало их смертельной опасности. Однако желание обрести спасение и жизнь вечную было сильнее естественного страха смерти.
Между тем, римские власти, знавшие о том, что Лаврентий был распорядителем имущества Церкви, потребовали, чтобы он отдал «сокровища христиан» в распоряжение императора. Лаврентий согласился с тем, что у Церкви и в самом деле есть сокровища, но попросил дать ему три дня, чтобы собрать их и доставить императору. Его отпустили. Спустя три дня, раздав всю собственность Церкви бедным, он собрал нищих, калек, вдов и сирот и привёл их к префекту. «Вот, – сказал он, – настоящее сокровище Церкви, и тот, кто вкладывает своё имение в них, обретёт сокровище на небесах».
Разгневанный префект приказал бить святого железными палками с крючками на концах, требуя от него отречения от Христа и принесения жертвы языческим богам, но тот оставался твёрд и благодарил Бога за то, что удостоился быть соучастником Его страданий и страданий мучеников даже тогда, когда земля под ним вся пропиталась его кровью. Во время истязаний Лаврентия один из присутствовавших при этом римских воинов по имени Роман, удивлявшийся стойкости диакона, внезапно увидел прекрасного, светящегося неземным светом юношу, отирающего кровь с израненного тела Лаврентия. Когда палачи, утомившись, отвели мученика назад в темницу, воин пришёл к нему и просил крестить его, ибо уверовал. Приняв крещение, он немедленно объявил себя христианином и был казнён.
Предание говорит, что, надеясь сломить дух Лаврентия, его палачи придумали для него особенно мучительную смерть – уложили его на металлическую решётку и развели под ней огонь, так, чтобы он умирал, медленно поджариваясь. Легенда рассказывает, что удивительная стойкость и своеобразное чувство юмора не оставили Лаврентия и здесь, и что, обращаясь к мучителям, он сказал: «Переверните меня, с этой стороны я уже зажарился». Наконец, перенеся все муки и молясь об обращении языческого Рима, он вслед за своим учителем Сикстом, диаконами Феликиссимом и Агапитом и своим крестником, римским воином Романом, взошёл к Престолу Творца. Свидетели его казни были поражены покоем и сиянием, исходившими от его мёртвого лица. Через три дня был убит и воскрес к вечной жизни крещённый им святой Ипполит. Мужество святого Лаврентия и его мученическая смерть, по свидетельству Пруденция, парадоксальным образом повлияли на современников – те, кого палачи рассчитывали запугать и отвратить от христианства, воспламенились духом, и количество христиан не уменьшилось, а увеличилось.
Святого Лаврентия погребли, отслужив над его телом Божественную литургию, на кладбище в Кампо Верано на Виа Тибуртина. Сегодня на этом месте возвышается церковь святого Лаврентия-за-Стенами, возведённая над его могилой в 580-е годы. В Риме, покровителем которого он почитается, ещё пять церквей воздвигнуты в его честь. Его почитают как покровителя диаконов, библиотекарей, школьников, студентов, оружейников, пивоваров, кондитеров, поваров и прачек. Его святому покровительству приписывают по крайней мере две крупные победы христианских армий – в 955 г. при Лихфельде и в 1557 г. при Сен-Квентине.
Некоторые агиографы считают, что в описание смерти святого Лаврентия вкралась ошибка – из-за пропущенной буквы «passus est» «пострадал», превратилось в «assus est» «зажарился», и придерживаются мнения, что диакон Лаврентий был казнён мечом, как Папа Сикст, но для нас сегодня важны не эти детали. Подлинность существования, как и подлинность мученичества святого Лаврентия не вызывает сомнений даже у историков нехристиан, как не вызывает сомнения и то главное чудо, которое совершилось по его предсмертной молитве – чудо обращения Рима.
Анна Кудрик

Св. Тереза Бенедикта Креста: память
2020-08-09
«”Науку Креста” можно постичь только тогда, когда чувствуешь бремя креста во всей его полноте. Я была в этом убеждена с самого первого момента и от всего сердца сказала: “Ave crux, spes unica” (Радуйся, о Крест, единая надежда)”».
«Стремление к истине было моей единственной молитвой (…). Кто ищет истину – ищет Бога, даже если не сознает этого», так писала о себе и о своём пути к Богу святая Тереза Бенедикта Креста, в миру Эдит Штайн, доктор философии, любимая ученица «отца» феноменологии знаменитого Эдмунда Гуссерля, мученица, погибшая в печах Освенцима в 1942 г.
Эдит Штайн родилась в г. Бреслау (сейчас Вроцлав) в дружной и верующей еврейской семье, где кроме неё, младшей, было ещё 10 детей, шестеро из которых умерли, не достигнув взрослого возраста. Эдит было два года, когда умер её отец, и все заботы по воспитанию детей легли на плечи матери. Это была мудрая и любящая женщина, которая не только справилась с управлением семейным предприятием (небольшой лесоторговой фирмой), но и дала детям прекрасное воспитание и образование, а главное, создала для них спокойный и надежный дом и тёплую семейную атмосферу, где царили взаимная любовь и уважение. Именно эти любовь и уважение, которые Августа Штайн питала к своей дочери, впоследствии помогут ей пережить не только отход дочери от веры предков, но и обращение в христианство и уход в монастырь. Решение Эдит причинит матери боль, но не разрушит их отношения – до самой смерти матери они останутся нежными и доверительными.
Будучи ещё совсем юной, больше всего Эдит ценила и уважала свободу. Показательно, что восемнадцати лет она, по её собственному свидетельству «… начала избегать даже капли спиртного, чтобы по собственной вине не утратить свободы духа и человеческого достоинства». Много позже, уже став монахиней она напишет: «Я чувствую, что чем больше я повинуюсь, тем свободней моя душа».
В 1910 г. Эдит поступила в Университет в своём родном городе, где сначала изучала психологию, а затем философию. Тогда общественное мнение склонялось к тому, что женщины не нуждаются в серьёзном образовании – на философском факультете она была единственной девушкой. Спустя два года Эдит продолжила образование в Геттингенском Университете, где преподавал Эдмунд Гуссерль. Её живо интересует новое направление – феноменология, которое развивает этот великий философ современности. Вскоре она становится одной из лучших и любимых учеников Гуссерля, а затем и его ассистенткой. Начинается Первая мировая война, и на пять месяцев прерываются научные занятия Эдит – она служит сестрой милосердия в военном госпитале в Моравии и возвращается к учёбе только в 1916 году, вслед за Гуссерлем перебираясь во Фрайбург. Она блестяще защищает диплом, получив высший балл. И всё это время уверенно считает себя агностиком. Уже в пятнадцать лет, по её собственному свидетельству, она отходит от веры своих предков и не приобретает никакой другой. И это совсем не бунт подростка, знакомый многим верующим семьям, направленный, прежде всего, на отказ от опыта старших – это сознательный выбор человека пусть очень юного, но ищущего во всём логики и смысла. Ей кажется, что в вере окружающих её иудеев недостаёт чего-то очень важного. Немного позднее она понимает, что эта недостающая часть – вера в вечную жизнь; она считает, что даже самые верующие и набожные из её близких стремятся только к «освящению своей земной жизни». Когда она станет христианкой, то придёт к выводу, что утрата веры в вечность – результат того, что иудеи отказываются считать Христа Мессией.
Однако вначале христианство интересовало её, прежде всего, с научной точки зрения, как один из «феноменов». Невозможно не упомянуть об эпизоде, произошедшем с ней, когда она посетила в научных интересах одну из католических церквей Фрайбурга. Службы не было, но какая-то женщина с хозяйственной сумкой просто зашла в церковь на несколько минут и стала молиться перед алтарём. “Мне это показалось странным, – вспоминала она позднее, – В синагоги и в протестантские церкви, куда я заходила, можно было входить только во время богослужения. То, что люди могут войти в церковь на минутку, как будто по привычке или для непринужденной беседы, так меня поразило, что забыть эту сцену я уже не смогла никогда”.
Первым толчком к обращению стала смерть близкого друга Эдит, молодого учёного-философа Адольфа Рейнаха. Вдова Адольфа – Анна обратилась к Эдит с просьбой помочь ей разобрать бумаги покойного мужа, и та, не решаясь отказать, всё же очень не хотела возвращаться в некогда весёлый и гостеприимный дом Рейнахов, который, как она полагала, теперь охвачен скорбью и безысходностью. Молодая вдова поразила её своим спокойным мужеством, приветливостью и внутренним светом. Её тихая печаль по погибшему не имела ничего общего с тем непроглядным мраком, встретить который ожидала Эдит. Это было то упование на вечную жизнь, которого не хватало Эдит в вере её предков. Позднее она назовёт этот опыт первой встречей с Крестом.
И наконец, летом 1921 года, гостя в семье друзей Эдит случайно взяла с полки книгу, чтобы почитать её перед сном. Это было «Жизнеописание Терезы Авильской, составленное ею самой». Книга так увлекла её, что она, не отрываясь, читала всю ночь, пока не дочитала до конца, а прочитав, сказала: «Вот истина». Решение было принято. 1 января 1922 года Эдит Штайн крестилась, приняв имя Тереза. Уже тогда она решила вступить в орден кармелиток, но между решением и первыми обетами прошло 11 лет. Пока же новообращённая Тереза преподавала в женском Доминиканском колледже, продолжала научную деятельность, переводила на немецкий язык труды св. Фомы Аквинского и кардинала Ньюмена. В 1932 году её пригласили преподавать в высшем педагогическом институте Мюнстера. В 1933 к власти в Германии пришли нацисты, и евреям было запрещено занимать любые общественные посты.
В сентябре 1933 г. Эдит Штайн принесла свои первые обеты в монастыре босых кармелиток в Кёльне. К своему монашескому имени – Бенедикта – она пожелала присоединить имя Тереза и имя Креста, удивительным образом предчувствуя свою будущую судьбу. В первый год своей жизни в монастыре, размышляя о Страстях Христовых, она пережила мистическое откровение, о котором писала: «Я обратилась к Искупителю и сказала Ему, что хорошо понимаю, что Его Крест ложится в этот час на плечи еврейского народа. Большая часть его не могла этого понять, но те, кому дана была благодать это уразуметь, должны были принять этот крест добровольно от имени всех. Я чувствовала, что готова сделать это, и только просила у Господа, чтобы Он указал мне, как я должна поступить. По окончании бдения я была глубоко убеждена, что моя молитва исполнена, хотя еще не знала, в чем будет состоять тот крест, который ляжет на мои плечи».
В монастыре, по настоянию начальства она продолжала свою научную деятельность. Здесь она перерабатывает и дополняет свою главную работу «Конечное существо и вечное Существо», а затем уже находясь в монастыре в Эхте, пишет свою лучшую работу «Наука Креста» о великом испанском мистике и святом Иоанне Креста. Между тем, преследования евреев в Германии принимают всё больший размах. В 1938 году сестру Терезу Бенедикту Креста переводят в Голландию, в Эхт, в надежде таким образом уберечь её. Вместе с ней едет и её сестра Роза, готовящаяся к своим первым обетам. Некоторые из родственников сестёр считают, что уход в монастырь и даже собственно обращение в христианство не что иное как попытка спасти свою жизнь. Такие высказывания ранят сестру Терезу. Она не только не пытается бежать, но, напротив, как никогда ощущает свою близость к своему народу, как никогда христианство для неё естественное продолжение иудаизма. И именно так воспринимает христианство нацистский режим, называя Римско-католическую Церковь одним из своих главных идейных противников.
В 1942 году Конференция Католических Епископов Голландии высказывается против преследований евреев. 20 июля обращение голландских Епископов, осуждающее нацизм, зачитывают во всех католических церквах страны. Ответом на это становится кампания по уничтожению евреев, обратившихся в христианство. 27 июля гестаповцы выводят за ворота монастыря сестёр Терезу Бенедикту и Розу. «Пойдём же за наш народ» – говорит святая, обращаясь к своей сестре. Последнее известие от неё – записка, в которой она просит не пытаться спасти её: «я бы в этой ситуации уже ничего не предпринимала. Я всем довольна. “Науку Креста” можно постичь только тогда, когда чувствуешь бремя креста во всей его полноте. Я была в этом убеждена с самого первого момента и от всего сердца сказала: “Ave crux, spes unica” (Радуйся, о Крест, единая надежда)”.
Последние свидетельства земного пути сестры Терезы Бенедикты – воспоминания чудом уцелевшего узника пересыльного лагеря в Вестерброке о том, что среди царивших вокруг отчаяния и ужаса она была как ангел, утешала несчастных, обречённых на смерть, особенно заботясь о маленьких детях.
Между 7 и 11 августа 1942 года святая Тереза Бенедикта Креста соединила свою жертву с жертвой Христа, исполнив решение, принятое ещё в 1939 году в Праздник Тела и Крови Христа, которое в своём духовном завещании обозначила так: «Я уже теперь принимаю смерть – такую, какую предназначил для меня Бог. Я отдаю себя Его воле с большой радостью. Я прошу Господа, чтобы Он принял мою жизнь и смерть для своей славы, за все дела Святейшего Сердца Иисуса и Марии, за святую Церковь, за то…, чтобы Господа принял Его народ, чтобы наступило Его славное Царство, чтобы Германия была спасена и в мире наступил мир, и, наконец, за моих близких, живых и умерших, за всех, кого Бог мне дал, чтобы никто из них не погиб навеки».
Символическая могила святой находится в её родном городе – Вроцлаве, недалеко от дома, где она родилась и выросла. Здесь, под полом церкви Святого Михаила покоится горсть смешанной с пеплом сотен тысяч жертв нацизма земли из Освенцима.
Святая Эдит Штайн, сестра Тереза Бенедикта Креста, канонизирована папой Иоанном Павлом II в 1998 г. Вместе со святыми Екатериной Сиенской и Бригиттой Шведской эта святая наших дней является покровительницей Европы.
Анна Кудрик

Преображение Господне: праздник
2020-08-06
Фаворский свет, исходящий от преображённого Тела Христа, несёт надежду на спасение, на победу над грехом и вечную жизнь во Христе каждому из нас. Путь к исполнению этой надежды – следование за Ним – лёгок и одновременно прост: «Итак… снимем с себя нечистые одежды, – говорит святой Иоанн Златоуст, – облечемся в оружие света, – и слава Божия осенит нас».
«Нынешний день на Фаворе очами человеческими было видено невиданное: видено было тело земное, сияющее Божественным светом, — тело смертное, источающее славу Божества. Ныне слухом человеческим слышано было неслыханное: поелику Тот, Кто являет Себя человеком, объявляется от Небесного Отца Сыном Божиим, единородным, возлюбленным, единосущным. Ныне Творец и Господь всего из снисхождения к рабам облекшийся во образ раба и ставший по естеству и по образу человеком, — ныне именно являет в сем образе красоту Свою. Приидите же, поревнуем и мы послушанию апостолов, последуем с готовностью на голос Христов, исповедаем непостыдно Сына Бога живаго, взойдем на гору добродетелей — и мы узрим славу и услышим неизреченные тайны: ибо воистину блаженны очи, которые видят, и уши, которые слышат то, что многие пророки и цари желали видеть и слышать, но не получили желаемаго (Мф. 13, 16–17)» – так говорил о празднике Преображения Господня святой Иоанн Дамаскин.
Событие Священной истории, лежащее в основе этого праздника, описано в трёх синоптических Евангелиях с очень незначительными расхождениями в тексте. Во всех трёх описанию Преображения предшествует рассказ об исповедании Петром Христа Сыном Божиим. Везде говорится о том, что с того момента, когда Пётр на вопрос Учителя: «А вы за кого почитаете Меня» ответил: «Ты Христос – Сын Бога Живого» до того, когда Христос повёл трёх своих учеников – Петра, Иакова и Иоанна на гору прошло около недели (шесть дней в Евангелиях от Матфея и Марка, восемь у Луки). И там свет осиял Его, и ученики увидели Илию и Моисея, склонившихся перед Христом и беседующих с Ним. Матфей и Марк содержания этой беседы не передают, Лука говорит, что, «…Они говорили об исходе Его, который Ему надлежало совершить в Иерусалиме» (Лук. 9:31). Все трое рассказывают о простодушном порыве Петра, о его желании остаться навсегда здесь, в сиянии неземного света рядом с пророками и любимым Учителем, и о том, как на возвратном пути облако осенило их, и из него послышался глас: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение; Его слушайте». Есть в Новом Завете и свидетельство самого Петра: «Ибо мы возвестили вам силу и пришествие Господа нашего Иисуса Христа, не хитросплетенным басням последуя, но быв очевидцами Его величия. Ибо Он принял от Бога Отца честь и славу, когда от велелепной славы принесся к Нему такой глас: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение. И этот глас, принесшийся с небес, мы слышали, будучи с Ним на святой горе» (2 Петр. 1:16-18).
Место, где происходило Преображение во всех синоптических Евангелиях названо одинаково – «гора». Матфей и Марк называют эту гору «высокой», а Пётр, непосредственный участник события «святой». Ни один из апостолов не называет ни имени этой святой и высокой горы, ни её местоположения. Древняя церковная традиция считает местом Преображения гору Фавор. Евсевий Кесарийский, толкуя 13 стих Псалма 88 «…Фавор и Ермон о имени Твоём радуются», пишет: «Думаю, что эти горы – место Преображения нашего Господа и Спасителя». Ориген (182-154 гг) уверенно называет гору Фавор горой Преображения, в следующем столетии святой Кирилл Александрийский также называет Фавор местом Преображения. Святой Иероним Стридонский, описывая маршрут паломничества по святым местам своей духовной дочери, благочестивой римлянки Паулы, говорит, что она поднималась на гору Фавор, где произошло Преображение Господне. Святая Елена в числе других храмов на Святой Земле основала и храм во имя Иисуса и святых апостолов Петра, Иакова и Иоанна на горе Фавор в память явленного там чуда Преображения. Безымянный паломник из Пьяченцы, посетивший Фавор в 570 г. описывает три святилища, находившиеся там в память о Преображении, другой паломник повествует о множестве монахов, живших на святой горе и также называет её местом Преображения.
В наше время некоторые богословы склоняются к мнению, что горой Преображения следует считать не Фавор, а Ермон. Это мнение основывается на том, что Фавор значительно ниже Ермона – всего 588 м. над уровнем моря, что сравнение блистающих одежд Иисуса и пророков со снегом (Мк 9:3) могло быть вызвано покрытой снегом вершиной горы, а снег покрывает только вершину Ермона и никогда – Фавора, наконец, что гора Фавор не была уединенным местом, а на её вершине находилась римская крепость, поэтому едва ли она могла быть выбрана как подходящее место для молитвы. Однако, всё же гора Фавор достаточно высока, чтобы быть названной «высокой горой», а возможная ассоциация со снегом на вершине горы только предположение. Что касается крепости у горы Фавор, она была построена в 67 г. во время Первой Иудейской войны.
Первые косвенные упоминания о празднике в честь Преображения Господня относятся к IV в. Считается, что в это время праздник начали отмечать в Армянской Церкви. Армянский епископ Григорий Аршаруни описал праздник, введенный святым Григорием Просветителем (ок. 252-356) в память этого события вместо языческого праздника в честь богини любви Астхик, носившего название Вардавар (цветущая роза), поскольку на горе Фавор была, подобно раскрывающейся розе, открыта Слава Христова. До сегодняшнего дня этот праздник отмечается в Армянской Церкви на седьмое воскресенье после Пятидесятницы, оставаясь здесь одним из главных и любимых. На Востоке праздник возник в Восточной Сирии (первые свидетельства об этом относятся к VI в.) и к VII распространился по всему христианскому Востоку. В Греческой и Русской Православной Церкви Преображение входит в число двунадесятых праздников и имеет собственную вигилию. Несмотря на то, что само событие Преображения произошло в феврале, память о нём празднуется 6 августа по Юлианскому календарю. Большинство богословов и историков считают, что при выборе даты празднования был избран день освящения храма Преображения Господня на горе Фавор, воздвигнутого по повелению святой Елены. В Западной Церкви праздник Преображения отмечался сначала в отдельных епархиях и к IX в. уже был довольно широко распространён. Во многих случаях датой праздника было 6 августа, однако, например, в Галлии и Англии праздник приходился на 27 июля, в Мейсене на 17 марта, в Альберштадте на 3 сентября. В 1457 г. Папа Калликст III, каталонец по происхождению, вёдший активную борьбу с турками, в благодарность за дарованную победу над ними в битве при Белграде распространил его на всю Церковь, сделав 6 августа, день, когда известие о победе достигло Рима, единым для всех днём празднования.
На древность праздника указывает и то, что с празднованием Преображения связано множество народных обычаев, воспринятых из иудейской традиции, или даже имеющих языческие корни, но получивших новый христианский смысл и вошедших в литургическую практику. Так, в Греции в этот день освящается виноград, а в Русской Православной Церкви – яблоки. В некоторых местностях Италии сохранилась традиция в этот день выжимать первый сок из гроздей красного винограда и соединять его с вином для мессы в память о том дне, когда прославленное Тело Спасителя было озарено светом Преображения и три апостола смогли своими глазами увидеть иную, чем они видели прежде, божественную природу Христа.
Во все периоды существования Церкви Преображение было и остаётся одним из важнейших событий нашего Спасения. Проповеди и толкования, посвящённые этому эпизоду Священной истории есть в творениях многих отцов Церкви, которые, обращая внимание на разные аспекты чудесного события на горе Фавор, единодушны в одном – Фаворский свет, исходящий от преображённого Тела Христа, несёт надежду на спасение, на победу над грехом и вечную жизнь во Христе каждому из нас. Путь к исполнению этой надежды – следование за Ним – лёгок и одновременно прост: «Итак… снимем с себя нечистые одежды, – говорит святой Иоанн Златоуст, – облечемся в оружие света, – и слава Божия осенит нас».
Анна Кудрик

Св. Иоанн Мария Вианней: память
2020-08-04
Поэт Анри Геон, написавший биографию Арского пастыря, сказал о нём: «Он обращал всех, кто приходил к нему и, если бы не умер, то обратил бы всю Францию».
Хотим мы этого или не хотим, но в жизни всех нас, если мы практикующие христиане, обязательно есть человек, призванный играть в нашей жизни особую роль – этот человек – приходской священник. Мы можем видеть в нём отца и духовного руководителя и ловить каждое его слово, можем не соглашаться с ним и возражать всегда и во всём, критиковать его проповеди, обижаться на него и даже злиться, но приходится признать, что этот человек необходим нам. Катехизис Католической Церкви говорит, что «Никто, будь то человек или община, не может самому себе проповедовать Благую Весть» (ККЦ 875), а человек, утверждающий, что может говорить с Богом напрямую, без посредников рано или поздно обнаружит, что, по меткому выражению одного священника, говорит сам с собой.
4 августа Церковь отмечает день святого покровителя всех приходских священников – пастыря из Арса, святого Иоанна Марии Вианнея, сельского священника, более сорока лет бывшего настоятелем крошечного деревенского прихода, крестьянина по происхождению, как и большинство его прихожан, говорившего со своими духовными детьми на ясном и простом языке, учившего их и их детей катехизису на понятных им примерах и бывшего для них примером святости и образцом подлинной христианской жизни.
Святой Иоанн Мария Вианней родился 8 мая 1786 г. в деревне Дардийи недалеко от Лиона в крестьянской семье. Родители его были очень набожны – каждый день семьи был разделён на периоды, связанные с определённой молитвой. Легенды, сегодня окружающие жизнь и биографию Арсского пастыря, рассказывают о том, что ещё младенцем он, прежде чем взять материнскую грудь, ждал, чтобы его перекрестили. На самом ли деле это было так, теперь не скажет никто, но поневоле вспоминается, как, узнав, что жители Арса показывают паломникам то место, где по пути в Арс, будущий настоятель встал на колени и молился за его жителей, после чего они и обратились, святой с усмешкой сказал: «Неплохо придумано».
Иоанн Мария очень рано почувствовал желание стать священником. Сам он вспоминал, что это желание стало непреодолимым тогда, когда он понял, что стать священником значит быть всегда готовым умереть за веру. В то время во Франции смерть за веру была повседневной реальностью – Иоанну Марии было всего семь лет, когда начался террор, он видел войска революционной армии, проходившие через Дардийи, знал, что приходской священник согласился принести присягу новой власти, чтобы уцелеть, и теперь прихожане считают его отступником, слышал от родителей и соседей, что те священники, которые отказались это сделать, в буквальном смысле слова, лишились головы. Его собственные родители прятали у себя в доме священника, не присягавшего якобинцам (именно этот священник – о. Гробо принял первую исповедь Иоанна Марии). По всей Франции безбожная власть преследовала и убивала священников и монашествующих, стремясь разрушить веру в сердцах людей. Отступничество настоятеля Дардийи не защитило деревенской церкви, несмотря ни на что она была закрыта. Когда в 1799 году мальчику пришла пора принимать первое Причастие, это возможно было сделать только тайно. Для того, чтобы скрыть происходящее от возможных соглядатаев, к окну комнаты, в которой совершалась Евхаристия, поставили телегу, нагруженную сеном. Но не только политическая обстановка в стране лишала мальчика надежды стать священником – из-за того, что якобинцы закрыли не только церкви, но и школы, он не мог научиться писать и читать даже на родном языке, не говоря уже о латыни, на которой велось преподавание в нескольких семинариях, действовавших подпольно. Когда Иоанн Мария, наконец, смог учиться, ему было уже семнадцать лет. Учёба давалась юноше очень трудно, латинские слова, по его собственным воспоминаниям, не удерживались в голове, несмотря на старания и всяческую поддержку приходского священника из соседней деревни Экюли о. Балле, вызвавшегося давать уроки юному крестьянину и считавшему, что у того и в самом деле есть призвание к священству. С огромным трудом молодому человеку удалось, наконец, поступить в семинарию, но вскоре его отчислили за неуспеваемость, и ему пришлось поступать туда снова. Несмотря на трудности в учёбе, стремление Иоанна Марии к священству, его глубокая вера, свойственный ему аскетизм и высокое мнение о нём о. Балле убедили епископа в том, что призвание молодого человека подлинное, и 13 августа 1815 г. в Гренобле он был рукоположен во священника и назначен викарным к своему наставнику, а после смерти о. Балле его направили в маленькое селение Арс, где было всего 270 жителей, которых, по неприязненному отзыву предыдущего священника, отличало от зверей только то, что они были крещены. В селе не было школы, зато было четыре кабака, которые посещались жителями гораздо усерднее, чем церковь.
Новый настоятель прихода, возможно, как язвительно сказал о нём один из окрестных священников, не был блестящим богословом и уж конечно он не блистал ораторским искусством, в том смысле, как это было принято понимать во Франции в начале XIX века, но он говорил с прихожанами на их языке и объяснял им основы веры так, что они легко понимали его. Он плакал над их грехами в исповедальне, если видел, что сами они исповедуются формально, не испытывая сокрушения, назначал им небольшие епитимии, считая, что сам должен нести покаяние за грехи своих прихожан и в покаяние за их грехи отказывался от самого необходимого – почти не ел и спал на голых досках. Он стремился к тому, чтобы их формальная вера, вера «по привычке», стала живой и глубокой. Предостерегая их от теплохладности, от механической молитвы и присутствия на литургии потому, что «так принято» он говорил: «Сколько людей, присутствующих в церкви как будто только чтобы оскорблять Бога! Они занимаются тысячью дел, постоянно отвлекаются… А на престоле Сам Христос, протягивает Свои руки, исполненные благодати, и не знает кому ее дать. Он как будто говорит им: «Просите же Меня, и Я исполню ваше прошение». А они, несмотря на такое богатство благодати, выходят из церкви такими же бедными, как и вошли, потому что пришли туда без определенной цели, потому что не высказали определенной просьбы, не приняли никакого твердого решения». Он всегда советовал им в любой момент жизни, при принятии любых решений исходить из любви к Богу и стремления к вечному спасению.
И, самое главное, ежедневно давал им пример веры и подлинно христианской жизни.
Как и жизнь многих святых, его жизнь была полна особым почитанием Евхаристии. «Влюблённый в Евхаристию», как назвал его Папа Бенедикт XVI, он хотел, чтобы его прихожане в полной мере могли насладиться этим бесценным даром, не принимали его равнодушно, но и не отказывались от причастия из-за неправильно понимаемого смирения. В одной из своих проповедей он говорил: «Иногда говорят: «Но я недостоин причащаться…» Что за глупость! Ну конечно же, вы недостойны этого; Пресвятая Дева была недостойна принять Бога, и ни одна тварь не может быть достойной этого. Но так как Бог нисходит к нашему ничтожеству, мы должны приложить все старания, чтобы заслужить ежедневное причастие».
Постепенно молитвы и труды молодого настоятеля стали приносить плоды. Всё больше и больше жителей деревни стали участвовать в мессе и приступать к таинствам исповеди и причастия. В Арсе возникли братство Святого Розария и братство Святых Даров, объединяющие мирян. В 1824 г. удаётся открыть школу-пансион для девочек, которая получает имя «Провидение», и средства на содержание которой возникают почти чудесным образом из ниоткуда, оправдывая её название. Рассказывают о случаях, когда малым количеством имеющихся продуктов удаётся накормить досыта всех учениц школы или в пустой кладовой вдруг обнаруживаются съестные припасы. Преподают в школе и руководят ею крестьянские девушки, обученные и подготовленные настоятелем.
Слух о замечательном священнике из маленького селения распространяется повсюду, и в Арсе появляются паломники, желающие послушать его проповеди, поговорить с ним, исповедаться ему.
Говорили, что нередко он знал грехи кающегося прежде, чем тот приступал к исповеди. Однажды, когда к нему подошла вдова самоубийцы, горячо любившая мужа и страдавшая от мысли, что его душа навек погублена, прежде, чем она успела что-то сказать, святой обратился к ней со словами: «Не плачь, между мостом и водой твой муж раскаялся». Не все приезжали в Арс с благочестивыми целями, некоторые хотели посмеяться над сельским священником и его паствой «полной предрассудков», но услышав проповеди о. Вианнея многие из этих насмешников были обращены против своей воли. Удивительным было и то, что хотя церковь не могла вместить всех желающих слушать проповедь и части паломников приходилось стоять снаружи, они прекрасно слышали голос священника, от природы высокий и слабый, при том, что никаких специальных средств для усиления звука не было.
Вскоре паломников стало так много, что власти Лиона открыли специальное железнодорожное сообщение по маршруту Лион – Арс. В кассе продавали билеты в оба конца, действительные в течение восьми дней, потому что тем, кто желал исповедаться, приходилось ожидать своей очереди неделю. Именно тогда о. Вианнея, начинавшего исповедовать летом в два часа ночи, а зимой в четыре и стали называть узником исповедальни. Не все кающиеся были готовы терпеливо ожидать своей очереди. Однажды один важный господин, не решаясь нарушить очередь, всё же с возмущением сказал: «На прошлой неделе я обедал с императором, а Вы заставляете меня стоять здесь», на что о. Вианней тотчас же ответил: «Ну что ж, а я каждый день обедаю с Господом».
Весь приход считал своего пастыря святым, его заслуги были признаны гражданскими властями, он был награждён орденом Почётного Легиона, но слава и признание тяготили его. Он даже не хотел принимать награду, говоря, что боится предстать перед Господом «со всей этой ерундой» и услышать от Него, что свою награду он уже получил. Он считал себя недостойным быть настоятелем прихода, неспособным к тому, чтобы нести ответственность за доверенных ему овец, стремился уйти в уединённую обитель, чтобы в молитве и созерцании подготовиться к смерти, в которой видел встречу с Богом. Слава святого и великого исповедника заставляла его страдать и чувствовать себя обманщиком, он искренне считал, что только недоброжелатели «сумели правильно его понять».
Много раз он обращался к епископу с просьбой об отставке, трижды пытался покинуть приход, и это было похоже на бегство, но всякий раз прихожане возвращали его, умоляя не оставлять их и обещая, что если они своими грехами и неправильным поведением огорчили своего наставника, то готовы каяться и исправляться. Без этого маленького священника, исполненного нежного сочувствия к грешникам, но непримиримого ко греху они чувствовали себя детьми, которых бросает отец, и он остался со своими прихожанами, больше не предпринимая попыток уйти.
Он умер 4 августа 1859 года. Ухаживавший за ним во время болезни монах вспоминал, что, когда в день смерти он принял Христа в Евхаристии, глаза его были полны слёз, и он сказал: «Грустно причащаться в последний раз», но умирая, он был полон веры и счастья.
Десять дней верующие Франции прощались со своим святым.
Поэт Анри Геон, написавший биографию Арского пастыря, сказал о нём: «Он обращал всех, кто приходил к нему и, если бы не умер, то обратил бы всю Францию». Но священник из Арса и сегодня обращает людей, тысячи паломников уже не только из Франции, но и со всего мира стекаются в Арс, чтобы просить о заступничестве св. Иоанна Марию Вианнея, «скромного приходского священника … времен французской революции», которому, по словам Папы Бенедика XVI, «…Святостью своей жизни и пастырским рвением … удалось сделать из этого небольшого селения образец христианской общины, вдохновляемой Словом Божиим и Таинствами».
Анна Кудрик

Св. Марфа: память
2020-07-29
Марфа (из Вифании) – одна из первых учениц Иисуса Христа, в ее (вместе с братом Лазарем и сестрой Марией) доме любил останавливаться Господь. Имя «Марфа» – арамейского происхождения, означающее «хозяйка», «госпожа».
Упоминания о Марфе имеются в двух Евангелиях: от Луки и от Иоанна.
В Евангелии от Луки (Лк 10,38-42) Марфа с сестрой Марией проживает в неком неназванном по имени селении и принимает у себя в доме странствующего по дорогам Палестины Иисуса. Марфа хочет встретить гостя с честью и заботится о большом угощении, в то время как ее сестра Мария, сидя у ног Учителя, слушает Его наставления. Такое поведение, вообще говоря, противоречило нормам поведения женщины в иудейском мире, и Марфа просит, чтобы Иисус призвал ее сестру заняться хлопотами по хозяйству. В ответ Иисус заявляет, что Мария «избрала благую часть, которая не отнимется у нее», а суетиться сверх меры не нужно.
В Евангелии от Иоанна (Ин 11,1-45) Марфа, ее брат Лазарь и сестра Мария живут в Вифании близ Иерусалима. Они – близкие друзья Иисуса, Который питает к ним особое расположение. Лазарь тяжело заболевает, а Иисус как бы нарочито медлит прийти, так что Лазарь в конце концов умирает. Наконец, появляется Иисус. Активная Марфа тут же устремляется Ему навстречу, в то время как Мария остается дома. Марфа выказывает свою сильную веру, говоря: «Господи! если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой. Но и теперь знаю, что чего Ты попросишь у Бога, даст Тебе Бог». И затем: «Господи! я верую, что Ты Христос, Сын Божий, грядущий в мир!»
Эпизод заканчивается воскрешением Лазаря, и Иисус говорит Марфе: «Не сказал ли Я тебе, что, если будешь веровать, увидишь славу Божию?»
В еще одном эпизоде из Евангелия от Иоанна (Ин 12,1-3) Иисус за шесть дней до Своей последней Пасхи вновь гостит в доме Марфы, Марии и Лазаря, причем Марфа по обыкновению прислуживает за столом, а Мария помазывает ноги Спасителя миром и отирает их своими волосами.
Источник: Сибирская Католическая Газета

Св. Владимир: память
2020-07-28
Будучи младшим сыном Киевского князя Святослава и рабыни Малуши, Владимир стал в 969 году князем Новгородским, а после смерти отца, победив брата Ярополка в 980, взошёл на киевский великокняжеский престол. Усилия Владимира были направлены на объединение и реформирование древнерусского государства, вступившего при нём в период расцвета. Вначале Владимир реформировал языческий культ, создав официальный пантеон во главе с Перуном, но вскоре осознал необходимость выбрать одну из монотеистических религий. Заключив военно-политический союз с византийским императором Василием II Болгаробойцей, добился руки его сестры Анны и в 988 вместе с дружиной принял в Киеве крещение. После этого греческими и болгарскими священниками была крещена значительная часть населения древнерусского государства.
В 991-996 Владимир построил в Киеве Десятинную церковь Богородицы, которой предоставил десятую часть всех поступлений в казну. В Десятинной церкви Владимир положил часть мощей св. Климента I, Папы Римского, который стал первым небесным покровителем Древней Руси. Владимир основывал монастыри, открыл в Киеве школу для юношей. Строитель городов и военных укреплений, Владимир вёл успешную борьбу с печенегами. В 1006-1007 у Владимира гостил Бруно Кверфуртский, ехавший к печенегам с проповедью Евангелия. Долгое время у Владимир служил Олав Трюггвасон, впоследствии норвежский король. Согласно Никоновской летописи (XVII в.), Владимир поддерживал активные контакты с Апостольским Престолом.
Уже в XI в. Создавались литературные памятники, прославляющие Владимира как “второго Константина”. В фольклоре “Владимир Красное Солнышко” приобрёл черты идеального правителя, наделённого “солнечным” нравом, собиравшего вокруг себя всю Древнюю Русь.
Владимир канонизирован Русской Православной Церковью между 1240 и 1263 годами. В Русской Православной Церкви и в Католической Церкви память Владимира 15 июля, в Католической Церкви в России — 28 июля (для соответствия дня празднования 15 июля по юлианскому календарю).
Источник: Католическая Энциклопедия

Св. Ольга Киевская: Память
2020-07-24
С 24 по 28 июля Католическая Церковь особым образом молится о Церкви в России, препоручая её заступничеству святых Ольги и Владимира — бабушки и внука, память которых почитается в эти дни и Русской Православной Церковью.
С 24 по 28 июля Католическая Церковь особым образом молится о Церкви в России, препоручая её заступничеству святых Ольги и Владимира — бабушки и внука, память которых почитается в эти дни и Русской Православной Церковью. Благодаря двум этим святым, более тысячи лет назад народы, населявшие тогдашнюю Киевскую Русь, стали христианами, и если честь именоваться крестителем Руси принадлежит святому Владимиру, всё же не будет преувеличением сказать, что истоки русского христианства надо искать в его бабушке – княгине Ольге, первой представительнице киевского княжеского рода, принявшей христианство.
Первые сведения о жизни княгини Ольги можно найти в «Повести временных лет», датируемой началом XII в. Безусловно, они не могут претендовать на абсолютную историческую точность хотя бы потому, что святую и её первого биографа разделяют около ста пятидесяти лет.
Дата рождения Ольги неизвестна. Нестор-летописец, составивший «Повесть временных лет» говорит, что Ольга была просватана за князя Игоря в 903 г., когда ей было десять лет, однако, по ряду причин, эта дата не может считаться сколько-нибудь достоверной — в этом случае, пришлось бы считать, что княгиня родила первого ребёнка, Святослава, в 49 лет, что представляется очень сомнительным. Местом рождения её считается посёлок Выбуты, стоящий и сегодня на берегу реки Великой возле Пскова, где отец Ольги, варяг на службе русского князя, начальствовал над переправой через реку. Предание говорит, что князь Игорь, проезжая через те места попытался соблазнить красивую девушку, но Ольга, хотя и была, как утверждает летописец «…роду варяжского, незнатна», не пожелала стать княжеской наложницей, но стремясь сохранить девическую чистоту, устыдила его. Полюбив гордую и неприступную красавицу, князь, спустя год, женился на ней.
Спустя всего два года после рождения у княжеской четы первенца, князь Игорь был жестоко убит древлянами, возмутившимися попыткой собрать с них дополнительную дань — его привязали за ноги к верхушкам двух наклонённых берёз и затем отпустили деревья, разорвав тело князя на куски. Останки убитого были зарыты без соблюдения каких-либо обрядов (тем более без княжеских почестей), что в языческом мире считалось вопиющим оскорблением, взывающим к мести.
Расправившись с мужем Ольги, князь древлян Мал в полном соответствии с тогдашними представлениями о праве победителя и месте женщины в языческом обществе посватался к вдове поверженного врага. Месть Ольги, тогда ещё язычницы, даёт представление и о её темпераменте, и об уме, и о силе её любви к погибшему мужу, и о том, какой страшной может быть любовь, если она не озарена светом Христа. Первая группа сватов была зарыта заживо в землю вместе с ладьёй, которую предполагаемая вдова-невеста потребовала принести ей по земле, вторая — сожжена в бане, после чего Ольга с дружиной пришла в столицу древлян Искоростень и, усыпив бдительность врагов обманным обещанием выйти замуж за Мала, приказала перебить древлян, а затем, осадила и сожгла город. Все этапы её мести имитировали языческий обряд похорон князя — от похоронной ладьи и бани, где обмывали покойника, до поминального костра. Над могилой мужа она распорядилась насыпать высокий курган. Вдова осталась победительницей, которой предстояла долгая борьба за сохранение княжеского престола для своего маленького сына.
Сегодня можно часто услышать сомнения в святости Ольги именно из-за этого страшного эпизода её биографии, и, действительно, если считать, что святые рождаются в этот мир уже в нимбе вокруг головы, то её поведение не соответствует той славе и почитанию, какими она пользуется в Церкви. Но история христианства знает множество людей, которые сумели услышать голос Бога, и последовать за Ним, находясь на ложном пути, часто на самом, казалось бы, дне нравственного падения. Княгиня же Ольга в этот период своей жизни ещё не знала законов Божественной любви и жила по иному закону — закону справедливости, как её понимали тогда её соплеменники.
Когда произошло обращение княгини Ольги неизвестно. Вероятно, оно не было одномоментным. В её окружении было много христиан, которые могли рассказать ей о вере в Единого Бога, Бога любви, смягчающего жестокие сердца, не приемлющего мести, молившегося на кресте за своих убийц. Её взор обратился к Византии, откуда она получила сведения об иной, чем язычество вере и об ином Боге, чем те боги, которым поклонялись многие и многие вокруг неё. Первым её шагом на пути к Богу было установление мира с Константинополем, прежде бывшем целью военных набегов русских дружин. Долгое время считалось, что путешествие в Константинополь княгиня совершила в царствование императора Константина VII Багрянородного, и тогда же приняла крещение. Однако многие современные историки склоняются к тому, что путешествие, во время которого произошло крещение Ольги, состоялось раньше, при императоре Романе I Лакапине. В пользу этого мнения говорит и то, что летописи говорят о желании императора жениться на Ольге. Император Константин был женат, значит, будучи христианином, не мог иметь такого намерения, в то время как его предшественник Роман был вдовцом, и брак с Ольгой был не только возможен с точки зрения Церкви, но и желателен, как политически выгодный. Некоторые исследователи, ссылаясь на летописи, считают, что, не желая вступать в новый брак, но вместе с тем стремясь упрочить отношения с Византией, Ольга попросила императора Романа стать её восприемником. В крещении она получила имя Елена и уже христианкой возвратилась в Киев. Путешествие в Константинополь ко двору императора Константина, описанное в византийских летописях, вероятно, было вторым путешествием княгини в Царьград.
Некогда яростная мстительница, став последовательницей Христа, она превратилась в мудрую и заботливую правительницу, настоящую мать для своих подданных. О силе народной любви к ней говорит множество легенд, сохранившихся в народной памяти, традиций, связанных с её именем, большое количество освящённых ей церквей и даже само широкое распространение в нашей стране имени Ольга, некогда варяжского, а теперь воспринимаемого во всём мире как типично русское. Она не настаивала на крещении своих подданных, но заботилась об их просвещении, и, если кто-то из них решал принять христианство, поощряла это намерение, действуя по-матерински мягко.
Её стараниями было построено немалое количество церквей. О строительстве одной из них — Троицкого собора на берегу реки Великой в её родных местах, сохранилось предание, повествующее о том, что на месте будущего собора Ольге явились три сходящих с неба луча небывалой красоты, и она, поняв, что эти три луча — Пресвятая Троица, построила здесь церковь во имя Святой Троицы, сначала деревянную, на месте которой позднее был возведен каменный собор, в перестроенном и значительно изменившемся виде дошедший до наших дней. Иоакимовская летопись называет её основательницей Пскова «Олга… повелела построить град на берегу Великой реки, и нарекши его Плесков, населить людьми, отовсюду призывая». Хотя известно, что поселение на месте нынешнего Пскова возникло задолго до рождения Ольги, всё же есть основания считать её основательницей Пскова, поскольку её стараниями Псков стал крупным торговым городом, украшение и процветание которого было постоянной её заботой. В числе основанных святой Ольгой церквей также Воскресенский собор в Великих Луках и храм Святой Софии Киевской. Некогда яростная мстительница, она заботилась о сохранении мира, и её правление прославилось отсутствием вооружённых столкновений и бунтов. Она заботилась о разумном устроении княжества, провела административную реформу, разделив Новгородские земли на погосты — территории, объединяющие несколько поселений и установила для них уроки — фиксированный объём повинностей. Она заботилась о развитии земледелия и садоводства. От неё, с устроенных ею «княжеских раздач», ведёт начало отечественная традиция благотворительности. Умирая, она, завещавшая значительные средства на поддержание построенных ею церквей, не забыла и о бедняках, оставив деньги на продолжение начатой ею благотворительной деятельности.
Спустя двадцать пять лет после смерти Ольги её внук князь Владимир перенёс её нетленные мощи в Десятинную церковь во имя Успения Пресвятой Богородицы. В XIV веке они были утрачены, во время разорения церкви монголо-татарскими кочевниками.
Несмотря на то, что официально княгиня Ольга была признана Православной Церковью святой только на рубеже XIII-XIV веков, в народе она почиталась святой издревле. Народная память сохранила множество свидетельств об исцелениях тех, кто искал её заступничества, особенно при глазных болезнях. Воды ключа в Выбутах, в котором, по преданию, умывалась юная Ольга, считались чудотворными; долгое время после смерти святой благоговейно сохранялись сани, в которых она объездила всё своё княжество, укрепляя и обустраивая его во славу Божию. Но, пожалуй, самое прекрасное из всех преданий о святой княгине рассказывают на Волыни потомки древлян, вступивших некогда в смертельную схватку с Ольгой. Это предание говорит, что став христианкой, Ольга вернулась в разорённый её местью край и просила прощения у убийц своего мужа. Здесь, на этой земле, сегодня воздвигнут памятник в её честь.
Анна Кудрик

Св. Бригитта Шведская: память
2020-07-23
Она воплотила в себе все лучшие черты женского характера – сердце полное любви и веры, стремление к миру и порядку, добродетель и острое чувство справедливости, выше которой ставила только милосердие.
В эпоху, когда воинственность и амбициозность многих власть имеющих ввергла Европу в войны и беспорядки и вызвала раскол в Церкви, Бог призвал эту женщину потрудиться для восстановления мира и единства, наделив её мистическим и пророческим даром.
Святая Бригитта Шведская родилась в июне 1303 или 1304 года в мэноре Финста в Упланде. Её отец Биргер Перссон был губернатором Упланда, членом королевского совета и крупным землевладельцем, мать Ингеборга Бергсдоттен состояла в родстве с королевской семьёй. Своё имя она получила в честь святой Бригитты Ирландской, дочери короля Ирландии, ставшей монахиней, славной не только чудесами, но и милосердием.
С детства Бригитта отличалась глубокой религиозностью. Когда ей было всего семь лет, в мистическом видении ей явилась Пресвятая Дева Мария, увенчанная короной. В десять лет она впервые созерцала в видении Крестные Муки Христа. «О, мой дорогой Господь, кто сделал с Тобой это?» – спросила она и услышала в ответ: «Все те, кто забыл Меня и отверг Мою любовь». С тех пор, она мечтала о посвящённой Богу жизни. Ей хотелось, чтобы все узнали и поняли, как сильна любовь Христа.
Тем временем умерла её мать, и девочку отправили к тёте по материнской линии, чтобы та дала ей воспитание, подобающее её высокому положению. Кроме обычных для женского образования того времени знаний по домоводству, шитью, рукоделию её обучали также чтению и письму. Интерес к знаниям, особенно к богословию, сложился в эти ранние годы и сопровождал её всю жизнь. Позднее, выйдя замуж, она поддерживала дружеские отношения и переписку со многими интеллектуалами Швеции. Именно она привила своему мужу вкус к чтению и приобретению знаний.
В тринадцать лет Бригитта возвратилась к отцу, чтобы выйти замуж за того, кого он для неё выбрал. Несмотря на то, что девушка по-прежнему мечтала о монашестве, она исполнила волю отца и, хотя брак не был её личным выбором, она не просто подчинилась чужому решению, но приняла его душой и стала образцовой женой и матерью-христианкой. Её муж, восемнадцатилетний Ульф Гудмарссон был человеком близким ей по духу, набожным, добродетельным и мягким, стремившимся в повседневной жизни следовать евангельским советам. В документах процесса канонизации упоминается о том, что первоначально молодые супруги решили в браке сохранить платонические отношения, создав подобие монастыря для двоих, но затем отступили от этого решения. Их первый ребёнок родился спустя три года после свадьбы.
Всего у Бригитты и Ульфа было восемь детей – четыре сына и четыре дочери (одна из дочерей – Карен – как и мать, стала святой и вошла в историю Церкви под именем Екатерины Шведской). Дети Бригитты и Ульфа воспитывались по принципу, бывшему для своего времени не просто новым, но даже революционным – их мать в основу своей семейной педагогики положила побуждение детей к добрым поступкам и хорошему поведению, которые поощряла лаской и похвалой, а не стремление пресекать плохое, как было принято тогда. В поместье, где жила семья, Бригитта открыла госпиталь, в котором ежедневно трудилась сама, ухаживая за больными или приводя в порядок их одежду. Она оказывала поддержку многим из тех, кого отвергало общество, в том числе, падшим женщинам, а особенно незамужним матерям. Хотя её единственной силой и единственным методом была любовь, в её семье и в основанных ей благотворительных заведениях всегда царил разумный порядок, и все её начинания отличала прекрасная организация.
В этот период произошло её знакомство с о. Матиасом, библеистом, переведшим значительную часть Священного Писания на шведский язык, который стал её духовным наставником.
В 1335 г. супруги были призваны ко двору. Бригитта стала фрейлиной молодой королевы Бланки, дочери графа Намюра. Это была высокая честь, но не желание почестей побудило Бригитту принять назначение. Король Магнус Эрикссон был лукавым и слабым человеком, к тому же склонным к роскоши и не вполне порядочным. За короткий срок он привёл оба своих королевства – Швецию и Норвегию – на грань разорения, восстановил против себя аристократию, а попытавшись присвоить часть церковной десятины, чтобы использовать эти средства для потребностей двора поссорился и с духовенством. Внешняя политика короля также не отличалась дальновидностью и не способствовала миру и процветанию в стране. Молодая королева отличалась легкомыслием и разделяла тягу мужа к роскошной жизни и суетному блеску. Как и в случае с собственным браком, Бригитта не просто подчинилась чужому решению, но сумела наполнить его христианским смыслом. Находясь при дворе, она стремилась оздоровить придворную атмосферу, влиять положительно на короля и королеву, найти компромиссные решения и примирить враждующие стороны. Она не боялась критиковать то, что считала неправильным, не смущаясь высоким положением тех, кого она подвергала критике. Ей удалось улучшить политическую ситуацию, но в 1335 г. из-за смерти своего сына Гудмара Ульф и Бригитта вернулись домой.
Считается, что один из самых критических моментов брака наступает тогда, когда вырастают и устраивают свою собственную жизнь дети. Современные психологи полагают, что для того, чтобы спасти брак, супругам необходимо научиться «жить для себя». Можно считать, что Ульф и Бригитта, вырастив детей и устроив их жизнь, поступили так, как если бы кто-то посоветовал им нечто в этом роде. Но их представления о «жизни для себя» кардинально отличались от тех, которыми руководствуется большинство современных пар. Ещё раньше супруги совершали совместные паломничества к святым местам. Теперь, прожив в счастливом браке двадцать пять лет, они решили предпринять длительное и трудное паломничество в Сант Яго да Компостела. На обратном пути Ульф тяжело заболел, но выздоровел. После его выздоровления, которое было предсказано Бригитте в видении, они решили оба уйти в монастырь. В эпоху Средневековья Церковь разрешала супругам удаляться в монастырь, если их желание уйти от мира было обоюдным. Ульф вступил в цистерцианский монастырь в Альвастре, где 12 февраля 1344 г. умер. Бригитта осталась жить при монастыре ещё три года, в строгом уединении и молитве, созерцая Страсти Спасителя. Здесь возобновились её мистические видения. Опасаясь, не обольщение ли это, она обратилась за советом к своему духовному отцу Матиасу из Линчёпинга и настоятелю монастыря в Алвастре о. Петру, которые, изучив вопрос, объявили видения и пророчества подлинными и с тех пор всемерно помогали ей исполнить свою пророческую миссию. В видениях Христос, обращаясь к Бригитте, призвал её трудиться для блага Европы и Церкви. Повинуясь словам Спасителя, Бригитта отправилась в Швецию, чтобы принести королю и королеве «предупреждение от Господа», подобно тому, как это делали ветхозаветные пророки. Также от имени Бога она обратилась к королям Франции и Англии, требуя прекращения войн.
В одном из видений Бригитта получила повеление основать на своей родине новый монашеский орден. Королевская чета отнеслась к этому видению с доверием и подарила земли в Вадстене, на которых должен был быть построен «двойной» мужской и женский монастырь, по образцу тех, которые существовали в ранней Церкви. Мужчины должны были осуществлять в монастыре духовное руководство, а решать практические и хозяйственные вопросы предоставлялось женщинам. Необходимо было получить разрешение от Святого Престола, и Бригитта написала в Авиньон, где тогда находился Папа, но Климент VI отказал ей.
В 1349 г. Бригитта отправилась в паломничество в Рим. Согласно одному из откровений, она должна была способствовать возрождению традиции проведения Юбилеев. Кроме того, продолжалось Авиньонское пленение и Бог призвал Свою святую трудиться для возвращения Папы в Рим. Святой Город, пришедший в упадок из-за отсутствия Папы, больно поразил святую. С горечью пишет она о том, что увидела: «О Рим, Рим! стены твои разрушены, ворота твои оставлены без стражи, священные сосуды твои распроданы и алтари твои оставлены опустевшими, нет больше для них не жертв, ни священного ладана, и посему не восходят больше сладкие ароматы над Святая святых». Она обращается с письмами к Папе, призывая его вернуться в Рим, пишет королевской чете в Швецию, королевам Неаполя и Кипра. Отсюда она совершает многочисленные паломничества.
В 1367 г. Папа Урбан V приезжает в Рим. Наконец, Бригитта получает утверждение устава своего монастыря. Её овдовевшая дочь Карен (Екатерина) становится первой настоятельницей нового ордена. Кажется, что исполнилось всё то, ради чего святая трудилась много лет. Однако, спустя всего три года, Папа вновь возвращается в Авиньон. Святая Бригитта предсказывает, что, если он покинет Рим, то вскоре умрёт, и её пророчество сбывается.
Несмотря на то, что Бригитта состоит в переписке с Папой и королями, несмотря на поддержку многих знатных и богатых семей Италии, она живёт в крайней нищете, ограничивая себя во всём. У неё немало и противников, не всем нравится её пророческий пыл, бесстрашие и упорство, враги называют её «Северной ведьмой».
В мае 1372 г. Бригитта совершает четырёхмесячное паломничество в Святую Землю. Несмотря на то, что ей уже семьдесят, и её здоровье заметно подорвано аскетической жизнью и трудностями путешествия, она полна решимости продолжать возложенную на неё миссию. Сразу же по возвращении из Иерусалима она отправляет в Авиньон письмо новому Папе Григорию XI. Даже на пороге смерти она продолжает труд, порученный ей Христом в Алвастре. 23 июля 1373 г она умирает в Риме, ставшем её второй родиной, сожалея только о том, что Папа всё ещё остаётся в Авиньоне.
Её погребли в церкви Сан Лоренцо, но уже в декабре её дети Екатерина и Биргер увезли её мощи в Вадстену в основанный ею монастырь.
Святая Бригитта была канонизирована 7 октября 1391 г. Папой Бонифацием IX.
Послушная дочь, верная жена, любящая и разумная мать, монахиня, визионерка, мистик и пророчица, основательница ордена, она воплотила в себе все лучшие черты женского характера – сердце полное любви и веры, стремление к миру и порядку, добродетель и острое чувство справедливости, выше которой ставила только милосердие. В 1999 г. Папа Иоанн Павел II объявил святую Бригитту Шведскую покровительницей Европы, для мира и духовного просвещения которой она так много трудилась.
Анна Кудрик

Edit

Св. Мария Магдалина: праздник
2020-07-22

Св. Ядвига: память
2020-07-17
Жертва, которую она отважно принесла ради спасения душ многих, далась ей нелегко – ведь всю свою жизнь она превратила в долг и самопожертвование.
«Возле конфессионала св. епископа Станислава находится бесценное сокровище Вавельского собора — гробница святой королевы Ядвиги. Её мощи были положены под прославленным вавельским крестом в 1987 году — во время моего третьего паломничества на Родину. У подножия этого креста двенадцатилетняя Ядвига приняла решение выйти замуж за литовского князя Владислава Ягелло. Благодаря этому в 1386 году Литва вошла в семью христианских народов». В этих нескольких словах из книги святого Папы Иоанна Павла II «Встаньте, пойдём!» – история подвига и самоотречения королевы Польши Ядвиги.
Святая Ядвига не единственная женщина в истории Церкви, принесшая свет Христа целому народу. До неё были святая Нино – просветительница Грузии, святая княгиня Ольга, святая Елена, мать императора Константина, которых в Восточной традиции принято называть равноапостольными, отмечая этим величие и значение для Церкви их труда. Но среди этого сонма святых женщин-апостолов она – самая юная: когда она приняла решение отказаться от брака с эрцгерцогом Вильгельмом Австрийским, с которым была обручена в раннем детстве и которого любила со всем пылом юного сердца и заключить брачный союз с литовским князем Ягайло, потому что результатом этого брака будет обращение Литвы – последнего языческого государства на территории Европы – ей было всего 12 лет.
Святая Ядвига родилась на территории нынешней Словакии 3 октября 1373 г. и была младшей из трёх дочерей Людовика I Великого, короля Венгрии и Польши и его жены королевы Елизаветы. Её отец принадлежал к Неаполитанской ветви Анжуйской династии, а по линии матери находился в родстве с Пястами – первой польской королевской династией. Так как у Людовика не было сыновей, две его старшие дочери должны были после его смерти занять одна польский, другая венгерский трон. Специально для того, чтобы одна из принцесс могла стать властительницей Польши, был изменён закон, не допускавший восшествия на польский престол женщины. Однако, старшая сестра Ядвиги Екатерина, ради которой и был изменён закон, умерла прежде, чем успела стать королевой. Следующая по старшинству – Мария стала королевой Венгрии, польское же дворянство желало, чтобы их королева постоянно находилась в Польше. Оставалась младшая дочь. Для того, чтобы закрепить за ней право на трон её отец предоставил множество привилегий и свобод польскому дворянству. Так маленькая Ядвига оказалась в столице тогдашней Польши – Кракове и 15 ноября 1384 г. была коронована на польский престол. Для того, чтобы подчеркнуть, что именно она становится подлинной правительницей страны и чтобы обойти закон о запрете коронации женщин, она была удостоена титула «rex» – «король», король Ядвига.
Она была прекрасно образована (говорила и читала на четырёх языках), безупречно воспитана и глубоко религиозна. Дальнейшая её жизнь показала, что её вера лежала на твёрдом основании серьёзных знаний. Кроме того, она была необыкновенно хороша собой. Современные ей хронисты сравнивали её с Еленой Прекрасной и упоминали о том, что многие знатные особы специально приезжали в Краков, чтобы своими глазами увидеть красавицу-королеву. Приехал и Вильгельм, жених Ядвиги, обрученный с ней, когда ей было семь лет. Между обручёнными, близкими по возрасту, получившими одинаковое воспитание, красивыми, юными и романтичными, к тому же обещанными друг другу с детства, быстро возникла взаимная любовь.
Однако окружение королевы считало, что для Польши более выгоден другой брак – брак с литовским князем Ягайло. Шляхту привлекала возможность с помощью этого союза укрепить северные границы страны, заручиться помощью в обороне от татар и присоединить к Польше новые территории, создав сильное, процветающее государство. На королеву попытались воздействовать силой, но у неё, несмотря на юный возраст, был твёрдый характер, и она готова была защищать своё право выйти замуж по любви. Выдвигали и политические аргументы, но не они возымели действие. Духовник королевы – епископ Краковский Пётр Выш обратил её внимание на то, что если она решится принести в жертву свою любовь, целый народ обратится в христианство. Предание говорит, что Ядвига, пытаясь найти правильное решение, провела долгие часы в Вавельском соборе перед Распятием, вырезанным из чёрного дуба и что Сам Христос, заговорив с ней укрепил её в готовности стать подобной апостолам, отказавшись ради этого от своей любви.
15 февраля 1386 г. тринадцатилетняя королева Польши вступила в брак с литовским князем Ягайло. Перед венчанием жених принял крещение, взяв христианское имя Владислав. Вслед за князем крестились его родственники и двор, а затем и подданные. Через год на месте языческого капища в Вильно Владислав заложил кафедральный собор во имя св. Станислава – Литовское княжество стало христианским государством. Но для Ядвиги крещение литовского народа стало не итогом принесённой жертвы, а лишь началом новых трудов, которые были сродни апостольским. Бог наградил юную королеву не только храбрым, но и мудрым сердцем, и она понимала, что благодать, полученную в Таинстве Крещения необходимо сохранять, что нужно много трудиться для того, чтобы христианство укрепилось в Литве, иначе её жертва будет напрасной.
Необходимо было дать новообращённым достойных пастырей, и она основала Коллегию для подготовки священников-литовцев. В акте об основании говорится, что решение было принято после размышлений, консультаций и молитв. Немного позже с разрешения Папы Бонифация IX стараниями королевы в Краковском Университете был учреждён богословский факультет, первый в Польше.
С детства королева Ядвига привыкла читать и ценить Слово Божие, а также творения Святых Отцов и жизнеописания святых. По её инициативе, часть её привычного чтения была переведена на польский язык. Одна из сохранившихся книг святой Ядвиги, так называемая «Флориантская псалтырь», находящаяся сейчас в Национальной библиотеке Польши в Варшаве, включает в себя латинские тексты псалмов и их переводы на польский и немецкий языки. Краковский Университет всегда был объектом её усиленной заботы, когда ему грозил упадок из-за нехватки средств, она продала свои драгоценности и даже скипетр и державу, заменив их деревянными.
Она была мудра и политически дальновидна. Вела переговоры с Тевтонским орденом, постоянно угрожавшим Польше, старалась ограничить воинственные устремления своего мужа, стремилась разрешать политические и семейные конфликты мирно. Её отличали забота о бедных и стремление не просто к справедливости, но и к милосердию. Так в 1386 г. узнав о том, что рыцари разорили жителей одной из деревень, она, настояв на возмещении ущерба, с грустью писала: «Мы вернём им скот и имущество, но кто возместит их слёзы?»

Жертва, которую она отважно принесла ради спасения душ многих, далась ей нелегко – ведь всю свою жизнь она превратила в долг и самопожертвование. Её семейная жизнь была трудной – слишком разными были интересы мужа и жены, но постепенно, вспыльчивый, ревнивый и неуравновешенный литовский князь стал меняться. В последние годы их совместной жизни Владислав, вероятно, благодаря её примеру и влиянию стал больше внимания уделять молитвенным и духовным практикам, особенно посту, который соблюдал очень строго.
Долгое время супруги были бездетны. Наконец в 1399 г. Ядвига родила девочку, наречённую Елизаветой Бонифацией, но долгожданный ребёнок умер почти сразу после рождения. После смерти дочери, королева прожила всего 4 дня. Умирая, она раздала всё, что у неё ещё оставалось. Тревожась о стране, не имевшей наследника, и муже, которого она покидала, советовала ему жениться на Анне, внучатой племяннице короля Казимира Великого. 17 июля 1399 г., она ушла к Небесному Отцу вслед за своей маленькой дочкой.
Королеву Ядвигу похоронили в кафедральном соборе в Вавеле. Сегодня её мощи покоятся под её любимым деревянным Распятием, возле которого она находила утешение и обретала любовь не меньшую, чем та, которой она некогда пожертвовала.
В Польше её, дочь венгерского короля и далматской принцессы, всегда почитали как святую, и считали своей небесной заступницей, но только в 1987 г. состоялась её официальная беатификация, а в 1997 г. после того, как были изучены несколько случаев чудесных исцелений, полученных через её заступничество Папа Иоанн Павел II объявил Ядвигу, королеву Польши, святой.
Анна Кудрик

Св. Бонавентура: память
2020-07-15

Св. Камилл де Леллис: память
2020-07-14
«Тело, прежде чем душа, тело для души, то и другое – для Бога», потому что особая харизма братьев и сестёр камилианцев состоит в том, чтобы заботиться о страдающих тяжёлыми и неизлечимыми болезнями.
Все мы, христиане, привыкли думать, что, хотя бы в идеале, следует отдавать первое место заботе о душе. И это, конечно, так. Безусловно, естественно и разумно больше заботиться о том, что вечно, чем о том, что преходяще. Однако, есть среди множества монашеских орденов, существующих в Католической Церкви такой, члены которого в своей деятельности руководствуются принципом: «Тело, прежде чем душа, тело для души, то и другое – для Бога», потому что особая харизма братьев и сестёр камилианцев состоит в том, чтобы заботиться о страдающих тяжёлыми и неизлечимыми болезнями. 14 июля Церковь вспоминает основателя этой необычной монашеской семьи – святого Камилла де Леллиса, человека, пережившего всю глубину падения и всю радость нравственного возрождения во Христе.
Камилл де Леллис второй, младший сын Джованни де Леллиса, дворянина и офицера, служившего попеременно в разных наёмных войсках и Камиллы де Компелис, появился на свет 25 мая 1550 г. в Буккьянико Кьети в Абруцци, на севере Италии. Его мать, на тот момент уже очень немолодая, восприняла рождение крупного и активного мальчика, как несомненное чудо, и дала ребёнку имя, образованное от своего и означавшее «служитель Жертвы».
Когда мальчику было тринадцать, мать умерла, и с этого момента он рос в полном небрежении, так как заниматься его воспитанием стало некому. К счастью, пока была жива мать, он успел хотя бы выучиться читать и писать. Отец, продолжавший вести жизнь наёмника, взял сына с собой, и началось скитание Камилла по действующим армиям Европы, сначала вместе с отцом, а затем, когда спустя четыре года умер и отец, самостоятельно. Оказавшись среди солдат в том возрасте, когда подросток легко перенимает и хорошее и плохое, Камилл привык ко всему, что составляло повседневную жизнь солдат армии эпохи Возрождения со всеми её пороками – от пьянства и азартных игр до равнодушного отношения к чужой и собственной жизни. Единственное, чему он научился – воевать, и, как и отец, стал военным. Он служил сначала в Венецианской, потом в Испанской армиях, сражался в Далмации и в Африке, расточая жизнь и бездумно рискуя ею ради того, чтобы заработать на жизнь, и так же бездумно спускал всё заработанное ценой собственной крови в карты и кости. На ноге у него открылась страшная язва, и он оказался в римском госпитале святого Иакова для неизлечимых больных, но здесь ему помогли, и он вернулся в армию, потому что ничего другого делать не умел. В конце концов, в 1574 г. двадцатичетырёхлетний Камилл де Леллис, проигравший в кости всё что имел, включая оружие, с вновь открывшейся раной на ноге, вынужден был наняться на строительство монастыря капуцинов в Сан-Джованни-Ротондо неподалёку от Манфредонии. И здесь его позвал к Себе Бог, вложивший в уста монаха-капуцина слова: «Бог это всё, остальное – ничто. Надо спасать бессмертную душу».
В этих словах, наверное, не было ничего сложного, особенного, или такого, чего Камилл не знал бы прежде, но только сейчас он, наконец, был готов услышать и принять их. Однако, как показал дальнейший опыт, мало было принять, казалось бы, всем известную истину о бессмертии души и о любви Бога к каждому конкретному человеку – надо было изменить свою жизнь так, чтобы она была ответом на эту любовь. 2 февраля 1575 г. Камилл вступил в монастырь капуцинов, но потерпел неудачу. Одной из причин была пагубная привычка к азартным играм, которую он не мог преодолеть. Позднее, уже в Риме, он всё ещё не в силах прекратить игру будет убегать из госпиталя святого Иакова на пристань, чтобы предаться своей страсти в компании лодочников и матросов. Другой причиной была страшная гнойная язва на ноге, делавшая жизнь возле нового брата почти невыносимым испытанием для тех, кто был с ним рядом. В римском госпитале св. Иакова ему уже однажды стало легче, и он вновь отправился туда, в надежде на избавление от страданий, и здесь стало ясно, к чему Христос призывает этого вчерашнего солдата, гуляку, драчуна и игрока.
Римский госпиталь святого Иакова был уже хорошо знаком Камиллу, он прежде лечился здесь, и тогда ужасные бытовые условия, в которых находились больные, грязь, скверная пища, необученный, склонный к насилию персонал не произвели на него никакого особенного впечатления. Тогда он ещё не осознавал, что каждый из этих больных бедняков, грязных, скверно пахнущих, отвечающих грубостью не только на грубость, но и на заботу, несёт в себе образ страдающего Христа. Теперь он видел всё иначе – вокруг него страдал Бог, и он больше не мог оставаться в стороне.
Самой большой проблемой больниц эпохи Возрождения было отсутствие людей, которые могли бы обеспечить должный уход за больными. Заниматься этим грязным, изнурительным и неблагодарным трудом мало кто хотел добровольно, и городские власти привлекали к этой работе преступников. Труд здесь и в самом деле был каторжным. Проблема была настолько острой, что несколькими годами раньше старший современник Камилла де Леллиса – святой Филипп Нери стал организовывать группы добровольцев из числа своих последователей для ухода за больными. Но это была только одна из сторон милосердной деятельности этих людей, больницы же постоянно нуждались в рабочих руках.
Вчерашний пациент госпиталя при больнице святого Иакова стал помогать больничным служителям ухаживать за пациентами, одновременно вновь начав постулат в Ордене капуцинов. Филипп Нери стал его духовным отцом. Вскоре, благодаря самоотверженной заботе о больных, Камилл стал руководить всем персоналом госпиталя. Постепенно, вокруг него собралась группа братьев, ради Христа Распятого посвятивших себя служению больным. Это был совершенно новый тип больничных служителей. Если прежде считалось, что только тот, кто непосредственно лечит больного, должен иметь специальную подготовку, а ухаживать (мыть, кормить, перестилать бельё) в состоянии любой человек, то благодаря Камиллу и его сподвижникам стало очевидно, что забота о больном, продиктованная любовью к нему, хорошо продуманная и правильно организованная, так же важна, как вовремя сделанная операция, и так же способна облегчать страдания, и даже исцелять.
В течение последующих десяти лет Камиллу де Леллису удалось полностью изменить ситуацию сначала в больнице святого Иакова, а затем и в другой знаменитой римской больнице – больнице Святого Духа. С трепетной любовью он ухаживает за самыми тяжёлыми больными, не испытывая ни малейшей брезгливости. Он придумывает щадящие способы перестилания простыней лежачим больным (этими способами и сейчас пользуются профессиональные сиделки), кормления тех, кто не может есть сам, бережной обработки ран и обучает им других. Любовь к Христу, Которого он видит в каждом своём подопечном, делает его бесконечно терпеливым и необыкновенно трудоспособным – другие больничные служители не могут понять, когда же он спит и спит ли вообще. Он оказывается очень способным администратором, и ему удаётся добиться того, чтобы больные получали хорошую еду, чтобы палаты вовремя убирались и проветривались, а заразные больные помещались отдельно от других. В это же время Филипп Нери убеждает его учиться, и стать священником. Несмотря на то, что, казалось бы ни на что, кроме ухода за больными и организации работы больницы просто физически не должно хватать времени, он, тем не менее, получает богословское образование и в 1584 г. в церкви святого Иоанна на Латеранском холме его рукополагают во священника.
18 марта 1586 г. Папа Сикст V утверждает устав общества служителей больных. На чёрном монашеском одеянии члены общества носят нашитый на груди красный крест, как символ Драгоценной Крови Христа, даровавшей людям Искупление, который сегодня в сознании большинства людей ассоциируется с медициной и милосердным служением. В тот же год церковь святой Магдалины в Риме становится Материнским Домом нового общества. Папа Григорий XIV преобразует общество в монашеский Орден регулярных клириков. 8 декабря 1591 г. о. Камилл вместе с двадцатью пятью другими братьями приносит три монашеских обета, целомудрия, бедности и послушания, дополненные четвёртым – обетом служения больным.
Дома нового ордена появляются в Неаполе, Милане, Генуе, Флоренции, Болонье, Мантуе, Ферраре, Мессине, Палермо, Витербо, Кьети, Буккьянико, Боргонуово. И везде братья ухаживают за страдающими бедняками с той любовью, которую они переняли у своего настоятеля. Происходит самое настоящее чудо – каких-то десять лет назад невозможно было найти желающих заботиться о больных – теперь десятки и сотни молодых христиан хотят делать это не получая никакого земного вознаграждения, добровольно, потому что таким образом они служат Христу. Они не боятся ухаживать за заразными больными и не отказывают безнадёжным больным, облегчая их предсмертные муки, за что получают в народе прозвище «отцов благой смерти».
22 года, до 1607 г. о. Камилл де Леллис возглавлял созданный им Орден. В 1607 г. он сложил с себя обязанности настоятеля, чтобы полностью отдаться милосердному служению больным. 14 июля 1614 г. он умер в Риме и был погребён в церкви святой Магдалины. На его посмертной маске отчётливо видно выражение спокойной нежности, не исчезнувшее с лица святого даже после того, как душа оставила его тело.
Папа Бенедикт XIV беатифицировал его в 1742 г., а четырьмя годами позже объявил святым.
Сегодня, несмотря на то, что по сравнению с эпохой Возрождения медицина ушла далеко вперёд и иногда сама себе кажется всемогущей, по-прежнему, не менее чем на пятьдесят процентов успех лечения зависит от ухода за больным. По-прежнему не существует машины для переодевания и умывания больных, по-прежнему нужны любящие руки, которые, как и четыре века назад, с любовью и заботой обнимут и поддержат пациента. И сегодня более трёх тысяч братьев и сестёр семьи камилианцев в странах Европы, Азии, Америки и Африки каждый день готовы служить Христу в больных и страдающих, как это делал святой Камилл де Леллис.
Анна Кудрик

Мария Горетти: память
2020-07-06
В современном мире, как и в античные времена, не всем понятна великая ценность целомудрия и подвиг чистоты. Не раз звучали в адрес маленькой святой дикие обвинения в том, что своей «неуступчивостью» она спровоцировала убийство.
История ранней Церкви полна рассказами о девах, которые, обещав своё девство Христу, пошли на смерть, чтобы сохранить верность своему Небесному Жениху. Их мужественный выбор не был понятен носителям античной культуры, для которых женщина, в особенности красивая и молодая, была объектом получения физического удовольствия, а не личностью, обладающей правом свободного выбора. Только христиане, уже осознавшие, что их тело – храм Святого Духа могли понять, что за причины побуждали святую Агату, святую Цецилию, святую Шушаник и других дев-христианок умереть, но сохранить своё девственное тело неприкосновенным. Понадобилось не одно столетие, чтобы право на телесную, в том числе и на сексуальную неприкосновенность каждого человека стало всеми признаваемым правом каждого человека.
6 июля – день памяти святой Марии Горетти, самой юной святой Католической Церкви – ей не исполнилось двенадцати лет, когда эта малограмотная крестьянская девочка предпочла сохранить девственность ценой своей жизни.
Мария Горетти родилась 16 октября 1890 г в деревне Коринальдо. Она была второй из шестерых детей Луиджи Горетти и Ассунты Карлини. По обычаю того времени девочка была крещена в тот же день, когда родилась. В 1896 году всего шести лет, она была миропомазана, так как в Коринальдо с пастырским визитом прибыл епископ Джулио Боски. Родители её были бедны и, не имея собственной земли, должны были обрабатывать чужую. В то время в Италии многие крестьянские семьи переезжали с места на место в поисках лучшей доли. Горетти сначала переехали в Агро Понтино (из-за нездорового климата было немного желающих отправиться туда), а затем в Конку, деревню недалеко от Неттуно, где стали издольщиками графа Лоренцо Мадзолени вместе с отцом и сыном Серенелли, с которыми они не только вместе обрабатывали землю, принадлежавшую графу, но и делили дом, купленный Горетти и Серенелли на паях. Ассунта занималась детьми и вела хозяйство, своё и Серенелли, который был вдовцом, Луиджи вместе с отцом и сыном Серенелли работал в поле, обязанностью маленькой Марии было следить за курами и голубями и помогать матери по хозяйству. Семье Горетти приходилось тяжко трудиться, но всё же они не голодали, и у них была надежда расплатиться за дом. К несчастью, в этой болотистой местности Луиджи Горетти заразился малярией и умер.
Марии было всего десять лет, когда умер её отец, и матери пришлось трудиться в поле вместо мужа, поручив ей заботу о доме и младших детях. Как это часто бывает в бедных семьях, Мария рано повзрослела, научившись стряпать, стирать, шить и чинить одежду, убирать, ухаживать за огородом. Она стала настоящей опорой матери, стараясь не только помочь ей, но и ободрить, вдохнуть в неё надежду на помощь Провидения в те минуты, когда та готова была впасть в отчаяние. По свидетельству односельчан она была застенчивой, немногословной, рассудительной девочкой. Родители воспитывали её и других своих детей в вере, научив тем немногим истинам веры, которые знали сами – любви к Богу и стремлению жить в чистоте и правде, чтобы не огорчать Христа. Со слов родителей Мария, которая не умела читать, выучила главные молитвы, от них же научилась размышлять о Страстях Христа, читать Розарий. У девочки не было возможности ходить в школу, ведь дома она должна была заменять братьям мать, но в 1902 г. она смогла посещать уроки катехизиса, чтобы приготовиться к Причастию. Вдове Горетти было нелегко собрать дочь к Первому Причастию – нужно было купить платье, туфли, вуаль, но желание Марии принять Христа было так сильно, что мать сделала почти невозможное, и 29 мая 1902 г девочка приняла Первое Причастие.
Отношения между семьями Горетти и Серенелли между тем становятся натянутыми. Старик Серенелли упрекает Ассунту в том, что она работает меньше его и что она сама и её дети становятся для него и его сына обузой. Он начинает скрупулёзно подсчитывать съестное, пересчитывает яйца в курятнике, урезает вдову и её детей во всём, не считая её полноправным партнёром, имеющим такие же права на общий доход, как он и его сын. Тем временем сын, которым отец непомерно гордится и которому предрекает большое будущее, начинает преследовать подросшую Марию, грозя убить её, если она пожалуется матери. Алессандро в это время уже исполнилось двадцать, Марии – одиннадцать. Борьба между ними – борьба между взрослым юношей и девочкой. Сегодня в обществе много говорится о подобных случаях, и мы знаем, что в этой борьбе дети практически никогда не бывают победителями.
В субботу 5 июля 1902 года Мария была дома одна – мать и оба Серенелли ушли работать в поле. Договорившись с соседкой в воскресенье идти вместе в церковь (ей очень хотелось причаститься), девочка села во дворе перед домом чинить рубашку Алессандро. Из-за его угроз и приставаний она старалась не оставаться в доме одна. Неожиданно вернувшийся под каким-то предлогом Алессандро силой втащил девочку в дом и, заткнув ей рот тряпкой, попытался изнасиловать, угрожая остро заточенным инструментом – долгоносиком, который он припас заранее. Когда же это ему не удалось из-за того, что Мария отчаянно сопротивлялась, он, впав в ярость, стал наносить ей удары долгоносиком. Обливаясь кровью, девочка только повторяла: «Не надо, не делай этого, Бог этого не хочет, ты же попадёшь в ад!» Наконец, истекающая кровью, Мария потеряла сознание, и Алессандро, сочтя её мёртвой, бежал.
Однако девочке удалось выползти на крыльцо и позвать на помощь. Её отвезли в больницу, но спасти её не удалось. Убийца нанёс ей четырнадцать ранений в область сердца, лёгких и в живот. В воскресенье она приняла причастие, о котором мечтала в субботу утром, и умерла. Умирая, она успела простить своего убийцу и даже в бреду молилась за него.
Сознавшийся в отвратительном преступлении только под грузом неопровержимых улик, Алессандро Серенелли был арестован и приговорён к тридцати годам тюрьмы. К нему приходил священник, но Алессандро всякий раз бросался на него с нечеловеческим криком, у него не было никакого интереса к жизни, но и раскаяния он не выказывал. Спустя шесть лет он был на грани умопомешательства, когда его жертва явилась ему во сне со словами прощения, и внезапно он увидел, что его окружают прекрасные лилии. С той минуты на его душу сошёл покой. После освобождения Алессандро вступил в монастырь капуцинов, где оставался до самой смерти. Во время рождественской мессы в год своего освобождения он просил прощения у матери своей жертвы и всей общины верующих.
24 июня 1950 г. на площади Святого Петра в Риме Папа Пий XII провозгласил Марию Горетти святой. Её мать, братья и её раскаявшийся убийца присутствовали при этом событии.
В современном мире, как и в античные времена, не всем понятна великая ценность целомудрия и подвиг чистоты. Не раз звучали в адрес маленькой святой дикие обвинения в том, что своей «неуступчивостью» она спровоцировала убийство. Наверное, лучший ответ на это строки из духовного завещания её убийцы, человека, бессмертную душу которого спасла «неуступчивость» этой маленькой неграмотной крестьянки, на языке веры называемая святостью:
“Мне почти 80 лет. Я собираюсь уходить.
“Оглядываясь на свое прошлое, я вижу, что в ранней юности, я выбрал дурной путь, который привел меня к саморазрушению…
Когда мне было 20 лет от роду, я совершил преступление в состоянии аффекта. Теперь, воспоминание об этом ужасает меня. Мария Горетти, теперь святая, была мой добрый ангел, посланный мне Провидением для того, чтобы спасти меня. Ее слова упрека и помилования до сих пор запечатлены в моём сердце. Она молилась за меня, она вступилась за своего убийцу. После этого были тридцать лет тюрьмы…
Маленькая Мария была на самом деле моим светом, моей покровительницей, с ее помощью, я вел себя хорошо в течение 27 лет тюрьмы и старался жить честно, когда меня приняли в Орден Братьев Святого Франциска капуцины из Марке… как брата, а не как слугу. Я прожил в этой общине 24 года, и сейчас спокойно ожидаю встречи с Богом, чтобы снова обнять своих близких и быть рядом с моим ангелом-хранителем и ее матушкой, Ассунтой.
Я надеюсь, что это моё письмо может научить других счастливо избежать зла и всегда оставаться на правильном пути… Я считаю, что религия с ее заповедями не что-то такое без чего мы можем обойтись, а … реальная сила в жизни, и единственный надежный путь в любых, даже самых мучительных жизненных обстоятельствах “.
Тело святой Марии Горетти покоится в Неттуно, в капелле, построенной в её имя в санктуарии Пресвятой Девы Марии. Она почитается как покровительница девственниц и жертв насилия.
Анна Кудрик

Св. Фома: праздник
2020-07-03

Св. Монегунда Шартрская: память
2020-07-02
Суровая к себе, но милосердная к другим, при жизни она, никогда не отказывала больным ни в уходе, ни в подаянии, ни в молитве.
В знаменитой книге Григория Турского «Жития Отцов», содержащей жизнеописания многих прославленных святых есть одно, отличающееся от всех остальных. В нём, единственном в книге, рассказывается о жизни женщины – великой чудотворицы и святой – Монегунды Шартрской. Жизнеописание, составленное Григорием Турским – единственное дошедшее до нас житие этой подвижницы, бывшей, современницей автора и, очевидно, хорошо ему знакомой.
Время рождения святой и её происхождение точно неизвестны. Ряд обстоятельств, впрочем, указывает на то, что она принадлежала к богатой и знатной семье. Она была замужем, и у неё были две дочери, которые составляли радость и гордость матери. К несчастью, обе дочери заболели и умерли совсем юными, и эта смерть ввергла Монегунду в глубочайшую скорбь. Родственники и знакомые старались, как могли утешить и развлечь осиротевшую мать, но она только плакала и горевала, и время, считающееся лучшим лекарем в таких случаях, шло, не принося никаких изменений к лучшему. Но однажды, будущая святая задумалась об истоках и истинных причинах своего неутихающего горя. Поразительный вывод, к которому она пришла, говорит о ней, прежде всего, как о человеке, обладающем выдающимся интеллектом, способностью анализировать свои поступки и начисто лишённом какой бы то ни было жалости к себе. Монегунда осознала, что глубокое горе, которое она испытывает, порождено не только любовью к дочерям, но и крушением тех честолюбивых надежд, которые она возлагала на них и что слёзы, которые она проливает по своим детям, говорят не только о её материнской любви, но и о материнском эгоизме, и о недоверии к Богу, пожелавшему призвать девочек к Себе и уготовившему им лучшую долю, нежели жизнь в мире, полном горя и бед. С этой минуты, отерев слёзы и сняв траур, Монегунда удалилась от мира в маленькую келью, где стала вести жизнь, схожую с жизнью отшельников, молясь о том, чтобы Бог простил её.
Из всего множества слуг, живших в доме её мужа, она взяла с собой только одну девочку. Эта маленькая деталь, упомянутая Григорием Турским, показывает, что святая принадлежала к знатной семье, которая, как видно из дальнейших событий, хотя и не противилась явно новому образу жизни Монегунды, всё же не была от происходящего в восторге. Между тем, Монегунда, в тесной келье, где не было никакой мебели, а кроватью служила соломенная циновка, вела суровый образ жизни, молясь и во всём ограничивая свои физические потребности. Ела она только хлеб, который пекла с помощью своей маленькой служанки, смешивая муку с золой, но и этой убогой пищи она не позволяла себе есть вволю, отдавая часть бедным. Вскоре девочка-служанка не выдержала такого образа жизни и покинула свою госпожу. Когда настало время печь хлеб, оказалось, что нет воды, чтобы замесить тесто. Тогда Монегунда воззвала к Богу и Он, подобно тому, как посылал манну с небес для пропитания народа Израилева, послал Своей святой воду в виде внезапно пошедшего снега, который она собрала и, дождавшись, чтобы снег растаял, замесила хлеб на талой воде. Почти сразу за первым чудом последовало ещё одно.
При келье был маленький сад, граничивший с соседским. Соседка, сушившая на крыше пшеницу, зло глянула на святую, гулявшую в своём садике, и тотчас глаза её затуманились. Перепуганная и раскаивавшаяся в том, что подумала плохо о подвижнице, она бросилась просить прощения за свои злые взгляды и недобрые мысли. Испугалась и Монегунда и сейчас же принялась горячо молиться, чтобы Бог исцелил соседку. Соседка прозрела, как только святая осенила её крестом, а о Монегунде стали говорить, как о наделённой даром исцелять больных. Наслушавшись этих разговоров, к ней пришли родные глухого юноши и стали просить её исцелить больного, однако она уверяла их, что всё это ошибка и слухи, и такого дара она не имеет. Всё же, после настойчивых просьб, она согласилась помолиться за юношу, и слух к нему вернулся. Испугавшись, как бы не впасть в искушение и не вообразить себя великой целительницей, Монегунда решила покинуть родной город и отправиться в Тур, где на могиле святого Мартина Турского надеялась справиться с опасностью, помолившись ему и испросив его заступничества.
По пути в Тур, накануне празднования памяти святого Медарда, она остановилась в местечке Эвен, где хранились реликвии святого, и всю ночь молилась, а наутро, во время мессы, в церковь вошла девушка, страдающая от гнойных опухолей, которые грозили ей заражением и скорой смертью. Больная подошла к Монегунде и просила её: «Помоги мне, я умираю!» Монегунда, простёршись перед алтарём, стала молиться об исцелении девушки, а потом перекрестила её, и страшные нарывы один за другим лопнули, гной вытек и больная была спасена.
Придя в Тур, Монегунда поселилась, как и в Шарте, в маленькой келье возле собора, где покоились мощи святого Мартина Турского, и здесь проводила всё время в молитве. Здесь, по её ходатайству произошло ещё одно исцеление. Дочь «некой вдовы», несомненно, известной в городе персоны, исцелилась от «скрюченных рук».
Слухи о чудесах, явленных по молитве его жены, дошли до слуха мужа Монегунды, и он, с помощью друзей и родственников, силой увёз жену домой в Шартр, но дома она вновь поселилась в своей келье и вновь стала упражняться в посте и молитве, прося у Бога возможности вернуться в Тур к могиле святого Мартина. В конце концов, муж согласился отпустить жену, и она вновь поселилась в Туре, где вскоре вокруг неё образовалась община женщин, готовых разделить её благочестивую жизнь. Они вели жизнь, близкую к монашеской – молились, спали на соломенных циновках, питались только хлебом, разделяя его с бедняками, не пили ничего, кроме воды, в которую только по праздникам добавляли немного вина, ежедневно принимали больных, чтобы оказать им посильную помощь. Одно за другим здесь происходило множество чудес – исцелилась покрытая язвами девушка, юноша, погибающий от кишечных паразитов после того, как Монегонда приложила к его животу виноградные листья смоченные слюной полностью выздоровел, слепой, на которого святая возложила руки прозрел… Все эти чудеса описаны Григорием Турским с такой физиологической точностью, что по этим описаниям современный врач может понять о каких именно заболеваниях идёт речь.
Когда Монегунда почувствовала приближение смерти и сказала об этом своим сёстрам во Христе, те попросили её благословить масло и соль, чтобы было что дать больным, приходящим за помощью. Святая умерла, но на её могиле по-прежнему происходили чудесные исцеления. Год её смерти точно неизвестен, но есть основания считать, что она умерла до 573 года. Созданная ею женская община дала начало монастырю. Могила её почиталась в Туре наравне с могилой святого Мартина, а в XI веке её мощи были перенесены в монастырь Сен Пьер ле Пульер. Несмотря на то, что во время религиозных войн между католиками и протестантами эта могила пострадала, всё же часть мощей была спасена от осквернения.
Суровая к себе, но милосердная к другим, при жизни она, никогда не отказывала больным ни в уходе, ни в подаянии, ни в молитве. Прошли столетия с тех пор как были отданы последние капли масла и последние крупицы соли, которые она благословила, умирая. Но и сегодня, спустя почти полтора тысячелетия, Шартрская чудотворица в небесной обители молится за всех, кто ищет её заступничества, и чудеса, дарованные по её молитве, не прекращаются и теперь.
Анна Кудрик

Бл. Маргерита Байс: память
2020-06-27
Вступив в Третий францисканский орден она следовала за Христом так, как советовал святой Франциск – несла мир туда, где враждуют, любила бедность и бедняков, служила больным и, так же, как Франциск, по мере сил, стремилась укреплять защищать Божий дом – Церковь, за благополучие которой она без сомнения молится и сейчас, находясь у Престола Господня.
Подробнее: https://cathmos.ru/liturgia/27-iyunya-pamyat-blazhennoj-margerity-bajs/

Свв. Иоанн Фишер и Томас Мор: память
2020-06-22
Память святых Иоанна Фишера, епископа и Томаса Мора, мученика отмечается в Церкви в один день, хотя епископ Фишер погиб на эшафоте на пятнадцать дней раньше Томаса Мора. Этих двух великих святых объединила общая причина смерти – они умерли, потому что остались верны Церкви, истине и Христу.
Подробнее: https://cathmos.ru/liturgia/22-iyunya-pamyat-svyatyh-ioanna-fishera-i-tomasa-mora/

Св. Алоизий Гонзага: память
2020-06-21
Он не успел стать ни великим, ни известным в церковных кругах, он просто стал святым, отдав свою жизнь за другого.

Подробнее: https://cathmos.ru/liturgia/21-iyunya-pamyat-svyatogo-aloiziya-gonzagi-monaha/

Непорочное Сердце Пресвятой Девы Марии
2020-06-20
В Евангелии Детства Иисуса евангелист Лука приводит интересную подробность, относящуюся к Пресвятой Деве Марии. Описание Рождества Христа он заканчивает словами: « А Мария сохраняла все слова сии, слагая в сердце Своем» (Лк 2.19). Да и все Евангелие Детства Иисуса св. Лука завершает упоминанием Пресвятой Богородицы : «И Матерь Его сохраняла все слова сии в сердце Своем» (Лк 2.51). В наше время сердце является прежде всего вместилищем чувств, в том числе романтических и возвышенных, а за интеллектуальные процессы, за память и мышление, отвечает голова. На библейском же языке место, где протекают интеллектуальные процессы, особенно самые важные, от которых зависит жизнь и счастье человека, такие, например, как обретение мудрости, называется сердцем.
Что же за «слова» сохраняла Мария в Своем сердце? Речь идет не только о словах, которые нам передает Библия, но и о всех событиях, которые описываются в тексте, а также о тех, которые даже не упоминаются, но имели место. Потому что Пресвятая Дева Мария познавала Иисуса Христа не так, как мы – из слов Священного Писания. Она была непосредственной участницей всех происшедших тогда событий. Не было у нее для изучения текста Библии, но по сути вся Ее жизнь была «написанием» Библии. История Спасения говорила с Ней через события Ее собственной жизни, слова, личные переживания. Именно эти сокровища Мария «сохраняла» и «слагала» в Своем сердце. Очень важно задуматься над этими двумя словами.
Слово «сохранять» означает хранить что-то в памяти, но в то же время охранять и заботиться о пополнении. В греческом варианте говорится скорее не об охране, а о сохранении от утраты. По собственному опыту мы знаем, что мы потеряли многое из того, что было нам когда-то передано, хотя это были очень важные вещи. Возьмем к примеру участников Второй Мировой войны. Их поколение постепенно уходит. Их детям еще удалось услышать какие-то рассказы, что-то узнать из первых уст. Но много ли услышат и узнают их внуки? Правнуки? Скорее всего, только сухой факт — что прадед был на войне, да несколько семейных баек, которые постепенно теряют большую часть живых подробностей. Мария же старалась «сохранять» память о Своем участии в событиях истории Спасения, а позже передала свои свидетельства евангелисту Луке.
Это «сохранение» слова является понятием и действием, необходимым и даже ключевым для христианской жизни. Святой Павел в Послании к Римлянам говорит, что «вера от слышания» (Рим 10.17). Однако, то, что ты слышишь, должно быть сохранено в памяти. Очень образно об этом говорит нам Господь Иисус в притче о сеятеле: «А упавшее при пути это суть слушающие, к которым потом приходит дьявол, и уносит слово из сердца их, чтобы они не уверовали и не спаслись» (Лк 8.12). Тут позволю себе небольшое отступление. Такое впечатление, что немногие тексты Священного Писания мы знаем на память. Мы живем в культуре, отличающейся от ветхозаветной. Многие католики ежедневно читают Литургию Часов. Но сколько псалмов мы знаем наизусть? Сколько из них «сохраняем».
Пример Марии показывает нам, что слово надо сохранять и хранить в том числе и потому, что так оно сможет стать предметом нашей внутренней работы. В начале этого текста о Матери Божией сказано, что она «слагала» слово в Своем сердце. Интеллектуальный процесс, скрытый под словом «слагать», напоминает процесс деления на порции. Греческое слово syn- ballo больше относится к процессу сопоставления, «поставления» рядом с собой. Божья Матерь проделывала внутреннюю работу, основанную на «сопоставлении», сравнивая полученную ранее информацию с новой. Мы не имеем доступа к процессу духовной жизни Марии, но точно знаем, что она была первым на земле человеком, вникающим в тайну Христа. Она могла черпать информацию как из личного опыта жизни со своим Сыном — Иисусом, так и обращаться к текстам Ветхого Завета и жить в постоянном изумлении от осознания того, Кто живет в Ее доме, Чьей матерью она имеет счастье быть.
Такое общение со Словом Божиим, как уже написанным, так и с тем, в творении которого Она сама участвовала, позволило Ей гораздо более глубоко вникнуть в тайну Слова Предвечного и Воплощенного, погрузиться в «неисследимое богатство Христово» (Еф 3.8). Скорее всего уже во времена детства Иисуса Мария могла произнести слова, которые автор Послания к Ефесянам написал десятилетия спустя: «Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, благословивший нас во Христе всяким духовным благословением в небесах» (Еф 1.3)
Пусть и наши сердца наполняются теми же сокровищами, что и Непорочное Сердце Марии, и всегда будут готовы сохранять их.
О. Дариуш Пеляк, SVD

Св. Ромуальд: память
2020-06-19
Пять монахов положили начало созерцательному Ордену камальдулов, две независимые Конгрегации которого сегодня насчитывают 182 братьев в 15 монастырях и 151 сестру, живущих, как и их предшественники, в молчании и отвлекающихся от молитвы только для дел милосердия.

Подробнее: https://cathmos.ru/liturgia/19-iyunya-pamyat-svyatogo-romualda/

Св. Григорий Барбариго: память
2020-06-18
“Он начал трудиться для сближения Западной и Восточной Церквей, в том числе основал типографию, издававшую книги на греческом и восточных языках с целью облегчить общение и способствовать достижению взаимопонимания между Восточным и Западным христианством”.

Подробнее: https://cathmos.ru/liturgia/18-iyunya-pamyat-svyatogo-grigoriya-barbarigo/

Св. Терезия Португальская: память
2020-06-17
Именно Терезии удалось добиться мира между всеми детьми Альфонсо и разрешить династические споры. Закончив переговоры, Терезия вернулась в монастырь, где оставалась до смерти, последовавшей 17 июня 1250 года.

Подробнее: https://cathmos.ru/liturgia/17-iyunya-pamyat-svyatoj-terezii-portugalskoj/

Торжество Святейших Тела и Крови Христа
2020-06-14

Св. Ефрем, Учитель Церкви: память
2020-06-09
Он был диаконом или слугой, как в литургическом служении, так и более радикально в любви Христовой, которую воспел так своеобразно, и, наконец в любви к нашим братьям, которых вводил с редким искусством в знание о Божественном Откровении.

Подробнее: https://cathmos.ru/liturgia/9-iyunya-pamyat-svyatogo-efrema-diakona-i-uchitelya-czerkvi/

Св. Бонифаций: память
2020-06-05
“Когда один из язычников занёс над ним меч, он только высоко поднял Евангелие, словно отдавая себя на волю Слова Божия и упал – нападавший ударил его с такой силой, что разрубил книгу пополам и нанёс святому смертельный удар.”

Подробнее: https://cathmos.ru/liturgia/5-iyunya-pamyat-svyatogo-episkopa-i-muchenika-bonifacziya/

Свв. Карл Луанга и сподвижники его, мученики: память
2020-06-03

Св. Иустин Философ: память
2020-06-01
Не пожелав отречься от Христа и принести жертвы языческим богам, он был обезглавлен вместе с шестью своими учениками, христианами, как и он по обвинению в атеизме.
Подробнее: https://cathmos.ru/liturgia/1-iyunya-pamyat-svyatogo-yustina-filosofa-muchenika/
