логин:

пароль:

> Архив > Новости за 2018 год > Архиепископ Павел Пецци продолжил цикл проповедей о современных блаженных: священник Владислав Буковинский

Архиепископ Павел Пецци продолжил цикл проповедей о современных блаженных: священник Владислав Буковинский

27 февраля 2018 г.


В  пятницу, 23 февраля,  Владыка Павел продолжил в Кафедральном соборе цикл проповедей о современных блаженных:

Сегодня я хочу рассказать вам об апостоле Казахстана, отце Владиславе Буковинском.

Блаженный отец Владислав Буковинский родился 4 января 1905 г. на Украине. Его отец, Киприан Иосиф, был управляющим поместий на Украине и директором сахарного завода. Мать, Ядвига Шипио дель Кампо, была родом из итальянской семьи, поселившейся в Польше в XVI веке.

В 1920 году вся семья Буковинских переехала в Польшу. Пройдя экстерном курсы и сдав экзамены, Владислав поступил на юридический факультет Ягеллонского университета. В 1926 году он поступил на теологический факультет того же университета. 28 июня 1931 года епископ Адам Стефан Сапега рукоположил его в священники.

С 1931 по 1936 годы он работал в Краковской архиепархии в Росбацах и в Сухей, с августа 1936 г. по своей настоятельной просьбе, чувствуя личное призвание к служению на Востоке, уехал в Луцк. Там же он преподавал в Луцкой Духовной Семинарии и возглавлял Диоцезиальный Католический Институт. В ноябре 1939 года – после начала войны – был назначен настоятелем Кафедрального собора в Луцке.

Несмотря на опасность, отец Владислав продолжал активную деятельность: готовил детей к первому причастию, искал жилище и пропитание для многочисленных беженцев и нуждающихся, готовил прихожан к ожидаемым трудностям. Его окружали всеобщее уважение и любовь.

Весной 1940 года отец Владислав и несколько других священников были арестованы и заключены в тюрьму в Луцке. Чудом уцелев во время массового расстрела накануне входа в город немецкой армии, в июне 1941 года он вышел на свободу и продолжал своё пастырское служение в приходе. Кроме того, помогал еврейским детям и голодающим советским военнопленным.

В ночь с 3 на 4 января 1945 года отца Владислава вместе с епископом Адольфом Петром Шеленжеком вновь арестовали и повезли в тюрьму в Киев. Он счёл это событие поворотным пунктом в своей жизни – как выезд на Восток, где он видел своё призвание. Его приговорили к 10-ти годам трудовых лагерей.

1946-50 гг. прошли в челябинских лагерях, где помимо тяжелой работы отец Владислав вёл тайное пастырское служение. Следующие 4 года он провёл на медном руднике в Джезказгане. Несмотря на тяжелую работу (на глубине свыше 300 метров под землёй, при постоянной влажности и температуре около 4 градусов), он не оставил своё служение. Отец Владислав собирал вокруг себя заключённых различных национальностей и вероисповеданий, провозглашая им Слово Божье. Он проводил с открытым сердцем встречи с представителями нехристианских вероисповеданий, принимал участие в мусульманском празднике Рамадан. Его с удовольствием слушали даже офицеры, как человека с глубокими знаниями по истории, философии и литературе.

10 августа 1954 года отец Владислав вышел на свободу. Его принудительно выслали в Караганду, обязав работать и ежемесячно являться перед властями, с запретом уезжать из города. Он устроился работать ночным сторожем.

В свободное время ходил молиться на кладбище, надеясь встретить там католиков. Всего 15 дней спустя он уже служил первую святую Мессу.

Будучи ослабленным и истощённым после тюремного заключения, он всё же целиком посвятил себя пастырскому служению, называя его потом «самым интенсивным периодом священнического служения за всю свою жизнь».

По утрам и вечерам он преподавал таинства (зачастую всей пригласившей семье сразу), готовил детей к первому Причастию.

Мало отдыхал и спал, порой всю ночь исповедуя, чтобы на рассвете отслужить Св. Мессу.

30 июня 1955 г., в день записи поляков для возвращения на Родину, отец Владислав сознательно и добровольно принял советское гражданство, решив остаться в Казахстане. Это был второй поворотный момент в его жизни. Он поселился в польской семье Мадеров, продолжая своё служение среди католиков разных национальностей.

В мае 1956 г. власти выдали о. Владиславу паспорт. Таким образом, он получил право свободно передвигаться по СССР. Он ушёл с работы ночного сторожа, чтобы предаться лишь пастырской работе, проводимой тайно – по ночам. Вскоре он предпринял первые миссионерские путешествия, посетив часовни в Таинче и Зелёном Гае на севере Казахстана.

1957-58 гг. стали «пиком» его миссионерской работы по объёму и охвату.

Он совершил 5 путешествий в Алма-Ату и близлежащие города и деревни, в Таджикистан и Туркестан, в Актюбинск и Семипалатинск. Отец Владислав вполне осознавал, какие опасности и трудности его ожидают.

Но в письме к другу он писал: «Я не мог отказать. Я думаю, что поступил правильно». В этих городах и республиках его ожидали масса работы и огромное количество людей, которые бросали всё, чтобы увидеть священника, после 40 лет. Итак, отец Владислав принимал исповеди за всю жизнь, крестил целые семьи, совершал таинства венчания и миропомазания. Он служил на 4-х языках: немецком, польском, русском и украинском.

3 декабря 1958 года отца Владислава арестовали как «шпиона Ватикана».

Благодаря своей защитной речи, которая произвела огромное впечатление на судей Карагандинской коллегии, его приговорили «всего лишь» к трём годам тюремного заключения в трудовом лагере в Иркутске. 1961 год он провёл в тюрьме Мордовской Республики и спустя ровно три года вернулся в Караганду. В общей сложности, о. Владислав провёл в тюрьмах и лагерях 13 лет. Однако он всегда рассказывал об этом спокойно.

Каждый раз, когда ему запрещали продолжать его пастырскую работу, он решительно отвечал: «Я же священник!».

Возвратившись в Караганду, отец Владислав поменял своё место жительства и поселился в доме российско-немецкой семьи Хаак. Он продолжал своё пастырское служение, работая день и ночь каждый раз на новом месте. Выезжал на Украину, где включался в работу местных священников, в Актюбинск и Таджикистан. Часто посещал Сарань и Темиртау.

В Караганде после каждой торжественной святой Мессы его вызывали в милицию; там он дискутировал со своими гонителями, задавал вопросы, которые ставили их в тупик.

Лето 1965 года отец Владислав провёл в Польше, где вёл интенсивную жизнь, встречаясь с родными, многочисленными друзьями, прихожанами и священниками из Луцка, товарищами из тюрем. Часто он навещал кардинала Кароля Войтылу.

Зимой 1967-68 гг. он предпринял поездку в Таджикистан, где работал «вовсе не меньше, а наоборот всё больше». Он интенсивно работал, ободрял, давал надежду. Между тем, состояние его здоровья ухудшалось (проблемы с сердцем, незаживающие раны на ногах). Это было его последнее миссионерское путешествие.

В своих «Воспоминаниях о Казахстане» отец Владислав написал: «я никогда не упрекал себя в том, что сильно надрываюсь или рискую, а порой, я наоборот, серьёзно сомневался, не был ли я в отдельных ситуациях излишне выгодным или осторожным, недостаточно уповая на покровительство Божьего Проведения… Мы ведь священники Иисуса Христа!.. Мы же рукоположены не для того, чтобы беречь себя, но для того, чтобы если надо, отдавать свои души за овец Христовых».

Сентябрь-декабрь 1969 года отец Владислав опять провёл в Польше, но думая о своих прихожанах, оставленных в Караганде, он отказался остаться на Рождество на Родине и праздновал его «среди своих».

Декабрь 1972 — апрель 1973, – это время третьего, последнего, визита в Польшу. Из-за ухудшающегося здоровья отцу Владиславу пришлось 2 месяца провести в больнице в Кракове. На этот раз Рождество он провёл с родными – в первый и последний раз с тех пор, как уехал из Польши. Его опухшие ноги были покрыты ранами, из-за которых он не был в состоянии работать. Тем не менее, он решительно отказался остаться в родной стране, потому что, говорил Буковинский, «больной священник и даже его гроб будут евангелизировать».

На Пасху отец Владислав возвратился в Караганду. С тех пор святую Мессу он служил сидя. Состояние его здоровья, несмотря на лечение в Кракове было настолько плохо, что хозяева искали новых опекунов, помоложе. В августе 1974 г. он переехал в дом Терезы Блитц, вдовы с незамужней дочерью.

Вскоре он выехал на Украину к своему другу Иосифу Кучинскому, где набирался сил. Когда ему предложили остаться на Подолье, он ответил:

«Нет. Я хочу быть вместе с моими прихожанами. И раз я уже ничего не в состоянии делать, это единственное, что я могу для них сделать. И если я умру, то умру среди них. И тогда буду с неба помогать им».

Его состояние всё ухудшалось. Отец Владислав уже не вставал. Но всё ещё служил Мессы. «Я хочу ещё послужить вам, хоть не очень-то могу», – говорил он. 25 ноября, совершив последнюю святую Мессу и приняв из рук своего друга — епископа Александра Хиры — таинство последнего Елеопомазания, он был отвезён в больницу.

2 декабря его навестили несколько прихожанок. Прощаясь с ними, о. Владислав попросил их розарий, лежащий на его столике. С ним в руках он молился до самого конца. В 5 часов утра, 3-го декабря, из-за кровотечения из рта и носа наступила смерть.

В похоронах отца Владислава участвовали сотни людей, несколько священников, в т.ч. с Украины, а также священники других вероисповеданий. Все хотели проводить в последний путь Апостола Казахстана, как его называли.

В 1992 году его могилу перенесли к собору святого Иосифа, и в 2008 году останки отца Владислава и епископа Александра Хиры перезахоронили внутри храма. Там они находились, окружённые заботой и памятью верующих.

В 2016 году, по случаю его прославления в лике блаженных, мощи отца Буковинского были перенесены в крипту кафедрального собора Караганды, где народ Божий неустанно почитает его".