логин:

пароль:

> Архив > Новости за 2017 год > Епископ Виталий Кривицкий: «Остановиться и встретиться с Господом»

Епископ Виталий Кривицкий: «Остановиться и встретиться с Господом»

17 декабря 2017 г.


15-17 декабря в приходе Кафедрального собора Непорочного Зачатия в Москве проводит адвентовские духовные упражнения салезианец Виталий Кривицкий, который в апреле этого года был назначен Папой Франциском ординарием Киево-Житомирской епархии и 24 июня рукоположен в сан епископа. Информационная служба Архиепархии и портал Рускатолик.рф побеседовали с владыкой Виталием.

 


- Спасибо огромное, Владыка, что Вы согласились с нами поговорить. Прежде всего хотелось бы попросить рассказать в двух словах о той поместной Церкви, где Вы теперь служите. Потому что у многих наших слушателей очень приблизительное представление о ней. В частности, сколько вообще католиков в Украине и в этой епархии?



- Говоря конкретно о той епархии, которую я возглавляю – это Киево-Житомирская епархия – по официальным данным у нас 220 тысяч католиков. Епархия объединяет 4 области: Киевская, Житомирская, Черкасская и Черниговская. В каждой из этих областей различная ситуация, потому как в Киев – в столицу – всегда съезжается большое количество людей со всей страны. Наверное, половина людей в наших киевских приходах – это люди, которые раньше или позже приехали из других регионов. Житомирская область – это у нас «целина», если можно так сказать. По количеству приходов, по количеству католиков. Очень много призваний из этих регионов. Черкасскую и Черниговскую области можно даже назвать миссионерскими территориями, где маленькие приходы и их мало, где практически нет призваний. Поэтому, соответственно, собратья из Житомирской области, то есть, призванные, чаще служат там.



- В одном из интервью сразу после Вашего назначения Вы сказали, что оно стало для вас шоком. Даже радости с самого начала не было. Можете ли Вы сказать, что эта радость теперь появилась? Могли бы Вы ее как-то описать?


- Вы знаете, один человек, с которым я разговаривал уже после рукоположения, сказал мне: «Спасибо, что приняли это отцовство». Я почему-то сравнил эту ситуацию с тем моментом, когда семья узнает о том, что должен будет родиться ребенок. Семья открыта к рождению ребенка, но иногда – может быть, в связи со сложным экономическим положением, или это вопрос здоровья и так далее – некоторых семей этот вопрос застает врасплох, и они спрашивают: «Господи, почему?». И я сравнил свою номинацию именно с таким вот принятием. Как бы с принятием отцовства. Конечно же, поначалу это меня поразило – честно говоря, никогда не думал о епископстве. Думал, что епископами будут более разумные, более набожные, более продвинутые люди. А мне хорошо было в кругу молодежи, в пастырстве молодежи. Опять же я сравнил свою номинацию с родительством. Со временем, скорее всего, принятие этого родительства пришло. По крайней мере, я не могу сейчас говорить о радости какого-то превознесения. Скорее я скажу, наверное, о принятии Божьей воли, чтобы взять эту ношу. Конечно же, за эти почти уже полгода я как-то свыкся со своей новой миссией, вошел в это служение. По-своему радуюсь определенным ситуациям, когда я вижу, как Господь действует теперь уже через меня. Благодарен, конечно же, Ему за это – теперь уже через Его доверие, и открываю эту радость каждый день. То есть, учусь радоваться каждому дню в своем новом служении.


- До того, как стать священником, я работал довольно много лет католическим журналистом. И я чувствую по себе, как сильно изменился мой взгляд на церковную реальность, на отношения внутри Церкви, когда я стал священником. Можете ли Вы сказать, что за прошедшие полгода взгляд на жизнь Церкви, на отношения в ней как-то существенно изменился с тех пор, как Вы были священником?


- Не скажу, чтобы кардинально, потому как все-таки двадцать лет я был священником, хотя и не был в церковных, если можно так назвать, «кулуарах». Но даже открытие этих «кулуаров» не слишком изменило мое представление о Церкви. Единственное – новый сан заставил смотреть на вещи несколько с другой стороны. Раньше мне казалось, что всегда найдется кто-то более мудрый, кто решит все эти вопросы, теперь понимаю, что Господь призывает именно меня это сделать. Конечно же, многие вопросы, которые касаются моего служения, были для меня своего рода новостью. Это можно было заметить во время курсов наших новых епископов в Риме, где много говорилось о новых возможностях, о сложностях и, я даже скажу, о проблемах в Церкви в целом – не только в нашем регионе, но и в Европе в целом. Каждое упоминание о такой проблеме заканчивалось заключением, что в Церкви, тем не менее, присутствует Святой Дух, и с Ним эти вопросы решались и будут решаться на протяжении всех веков.


- Кстати, об этих курсах. Большинство людей представления не имеют, что, условно говоря, «маленьким епископам» нужно ходить в школу, прежде чем взяться за работу. Можете в двух словах рассказать о том, как это происходит, и каковы Ваши впечатления?


- Это было в Риме. У меня были несколько иные ожидания перед началом этого курса. К священству мы готовились, мы его ожидали, мы представляли, как оно примерно будет выглядеть, мы читали книжки, чтобы стать хорошими священниками. И, наконец, это произошло. Что же касается епископства – не знаю, как у других, но у меня никогда не было никаких ожиданий в этом направлении, поэтому я не знал, как быть епископом до момента номинации и даже позже. Я ожидал от этого курса, что нам дадут практические советы: как упорядочить свою жизнь, как организовать курию, и так далее. Мы не встретили подобных распоряжений, инструкций во время этого курса. Но встречи с различными представителями дикастерий римской курии, с кардиналами, отвечающими за тот или другой сектор в жизни Церкви, помогли нам посмотреть на Церковь объективно, со стороны пастырей. Смотреть не локально со стороны своего села, а именно объективно. И также объективно к этому подходить. Я заметил, что и у других епископов, которые были со мной вместе на курсе, ожидания не оправдались, но мы получили другое, чего, может быть, не ожидали. Почти две недели пребывания на этих курсах были действительно очень полезными. Ты уже знаешь направление, и этим направлением идешь. Еще раз повторюсь: мы не получили ожидаемого ответа на конкретные вопросы, как жить, но мы получили более уверенное, объективное направление для решения этих вопросов.


- Ваш епископский девиз, может быть, самый простой и говорящий: In Iesu Christo – «В Иисусе Христе». Можете сказать, почему Вы выбрали именно этот девиз? 


- Это был интересный выбор. Он связан с моим священническим девизом. Опять же, повторюсь, мы не готовились к этому ранее. Девиз на моей примицийной иконке после рукоположения в священники подготавливался дольше. Это было чем-то нормальным. А тут нужно было практически в течение недели решить этот вопрос. И этот девиз является как бы продолжением девиза с моей примицийной иконки, для которой я взял слова из послания апостола Павла к Филиппийцам: «Все могу в укрепляющем меня…». (Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе – Фил 4, 13). В некоторых переводах есть курсивом дополнение «В Иисусе Христе». Я хотел этим только подчеркнуть и подтвердить то, что было для меня когда-то открыто в начале моего священнического служения. Интересным моментом было то, что на третий день после номинации я заехал к сестрам бенедиктинкам в Житомир, в мою епархию, чтобы попросить о молитве за меня в период такой важной подготовки к рукоположению. Настоятельница на приветствие принесла мне икону Христа и сказала: «В Нем вы сможете сделать всё». И тут я понял, что определился со своим девизом.


- Салезианская семья очень близка к нашему кафедральному приходу, потому что салезианцы стоят у истоков его возрождения и продолжают здесь служить. Как случилось, что вы стали салезианцем, почему выбрали для себя эту харизму?

 

- Мое призвание развивалось еще в конце Советского Союза, и тогда у нас было меньше информации о всевозможных орденах. Но поскольку я вырос и воспитывался в Одессе, где настоятелем был священник-салезианец, то первый этап моего призвания выглядел так, как и у многих других в то время: настоятель меня призывает и говорит, что я найду себя именно в этом. Я поверил и пошел. Позже, когда уже очутился в салезианской общине, в семинарии, я встретился с людьми, которые всецело занимаются с молодежью, и тогда я, наверное, во второй раз пережил открытие своего призвания. Уже не потому, что настоятель посоветовал, и я это принял. Появилась настоящая любовь к молодежи, желание служить именно на этом поприще. В детстве, юношестве я собирал ребят со своей улицы, со своего двора. Мне говорили: «в тебе есть какая-то жилка», но это не было мне присуще, когда я начал свой новициат и даже принес первые обеты. Уже потом, очутившись в салезианской семье, я по-настоящему открыл для себя призвание служения молодежи. Позже, когда я стал священником, это стало моим самым любимым служением от сердца, в молодежном кругу.



- Есть ли в Вашей жизни кто-то, кто является для Вас примером, образцом того, как нужно жить, строить свою жизнь? Если да, то какие именно качества Вы восприняли от них?


- Не могу сказать, что я привязан к какому-то одному – не хочу сказать «идолу» – к какому-то одному человеку или святому, и только в нем вижу какие-то качества, которые я хочу у себя развивать. Из духовных проводников, святых, я выбираю апостола Павла. У него я беру его «пассионарность», жизненную страсть провозглашения Христа. Также святой Иоанн Боско – тоже похож по своему психотипу на апостола Павла. И почему-то моему сердцу близок святой Иоанн Евангелист – своим мышлением и своим восприятием Господа. Если говорить о людях, с которыми я встретился в своей жизни, то не могу не отметить отца Тадеуша Хоппе, моего настоятеля, который меня крестил, у которого я тайно проходил новициат, и в руки которому я также принес свои обеты. Многие его качества, в частности, присущая ему тактичность, стали для меня показательными, стали возможностью для развития. Были и другие собратья – мне трудно всех перечислить, – с которыми я встречался, и с которых тоже мог бы брать пример служения Господу. Но если говорить об уже отошедших в вечность, то я назову отца Хоппе.



- Один вопрос, который нам постоянно задают те, кто приближается к Католической Церкви или недавно к ней присоединился: «Что читать?» Можете ли Вы назвать две-три книги, которые произвели на Вас самое большое впечатление, и которые Вы могли бы порекомендовать каждому?


- Трудно сказать – последнее время в каждой книге я нахожу какую-то определенную информацию, которая является ответом именно на сегодня. Можно снова к этой книге вернуться через несколько лет и найти ответ на совершенно другой вопрос на совершенно других страницах. В последнее время для меня стали наиболее полезными книги Йозефа Ратцингера. Возможность подойти к богословию, раскладывая по полочкам. Может быть, возраст уже такой, когда не основываешься на эмоциях и мимолетных восприятиях, а чувствуешь необходимость определенной классификации. По ходу своего служения я много встречался с педагогической литературой. Нет какого-то одного автора, которым бы я зачитывался, но нахожу то, что мне необходимо для ответа на конкретный вопрос в том или ином приходе или в молодежном центре, в котором я в данный момент нахожусь. Поэтому какую-то одну книжку как «панацею» сейчас, в эту минуту, я не готов назвать. Но, говоря о Папе Бенедикте, не могу не упомянуть его труды.



- Сейчас очень популярны книги, блоги, подкасты по саморазвитию, посвященные реализации своего потенциала как личности. Один из самых распространенных вопросов, который позволяет сразу понять, что это за человек, это вопрос: «Как проходит первый час вашего дня?». Что Вы делаете после того, как просыпаетесь?


- Безусловно, для меня хорошо и удобно, когда утреннее время не стыкуется с выполнением какой-то ежедневной обязанности. Чтобы у меня было время для медитации и для утренней молитвы. По роду моего психотипа мне хорошо работается вечером, и вечером я могу работать долго. Поэтому я не люблю посвящать утро какой-то работе, я хуже в это время работаю, но это время для спокойного старта с Господом. Люблю, когда у меня есть по крайней мере час времени перед завтраком или, если так вышло, после завтрака, когда могу помолиться Литургией Часов, когда могу взять в руки, например, Священное Писание или другую книгу, выбранную на сегодня для медитации, потому как понимаю, что потом, в течение дня это будет крайне сложно. Иногда мне удается что-то восполнить во время поездок, например, на машине, если мы едем далеко, несколько часов в дороге. Но я заметил, что если у меня утром нет этой встречи с Богом, то в течение дня может быть и литургия или другие богослужения, но это всё будет зависеть уже от какой-то программы дня. К тому же день заканчивается обычно поздно, накапливается усталость, поэтому вечером такого эффекта уже не будет. Поэтому молитвенный акцент у меня как раз приходится на утро. Утром мне больше хочется быть один на один с Господом, чтобы день был эффективным и был прожит вместе с Ним.  



- В проповедях Вы нередко говорите о том, что люди нуждаются в способности остановиться. Современному человеку это легче сказать, чем сделать. Могли бы Вы поделиться собственным опытом, как это сделать? Как найти покой внутри потока жизни?


- Важной вещью в жизни каждого человека является планирование, какая-то определенная жизненная стратегия. Человек, который живет как лист на ветру, скорее всего, в жизни ничего не добьется. Как мы знаем, существует время, когда необходимо остановиться для получения каких-то определенных знаний. Необходимо остановиться, когда в семье, например, рождается ребенок, и женщина уходит с карьерной лестницы, а, может быть, и вообще на нее не вернется. Потому как сейчас родился ребенок, и она должна служить ему. Существуют такие моменты, как, например, болезнь, когда человек вдруг переосмысливает всю свою жизнь, останавливается, начинает жить по-другому. То же самое присуще нашей духовной жизни, и здесь без четкого планирования ничего не произойдет. Враг нашего спасения всё сделает для того, чтобы мы не нашли времени для остановки.


Сейчас мы переживаем время Адвента, которое можем променять на «лучшую» подготовку к Рождеству – покупки, украшения, какую-то внешнюю обертку этого праздника, забывая при этом о сути. Если сейчас мы не заставим себя, например, утром встать пораньше и прийти на Роратную мессу, то нечего себя обманывать, что духовное пробуждение придет само собой. Зная себя, я понимаю, что в некоторых случаях, если остановка не будет запланирована и вписана в календарь, то она, скорее всего, не произойдет. Не говорю, что человек должен быть рабом своего календаря, но если мы осознаем, насколько это нам необходимо, то будем держаться заветного дня, времени, когда мы должны просто остановиться и встретиться с Господом.


Я встречаюсь со многими людьми, которые встали на путь духовной жизни, оставаясь в своих семьях, имея пять-шесть детей. Но есть моменты остановки, и они следят за ними, причем следят целой семьей, и если кто-то из родителей вдруг об этом забывает, об этом напоминают дети. Чувствуется общий дух, который царит в этих семьях. То же самое необходимо и каждому священнику. Священник может считать, что раз он ежедневно служит Евхаристию, ежедневно молится, то он лучше многих других, но ему тоже необходимо остановиться, потому как есть правило: «из пустого и Соломон не нальет». Необходимо остановиться, чтобы самому набраться того, что будешь передавать другим. Это касается как нас, священников, так и родителей, и абсолютно каждого человека, который считает, может быть, что ему нечего передать другим. Но у каждого есть свой жизненный путь, и эта остановка крайне необходима.



- Что Вы можете пожелать российским католикам, которые будут читать это интервью?


- Прежде всего в духе Адвента, времени остановки, хотел бы пожелать, чтобы во время этой предрождественской подготовки каждый имел возможность почувствовать радость от того, что Господь близко. Пережить радость того, что Господь открывает перед человеком абсолютно новые земли, возможности, шансы. Чтобы эта радость – настоящая радость, не веселость, а именно радость в Господе – стала частью нашей повседневности. Иногда очень жалко видеть людей, которые в транспорте или в метро закрыты в себе, чем-то озабочены. Я хотел бы пожелать, чтобы это время стало временем открытости. Я не говорю, чтобы люди шли по улицам и только смеялись, но чтобы это была внутренняя радость. И чтобы вечером, один на один с Господом, можно было бы сказать, что этот день прожит в Божьем присутствии, что это время было наполнено таким опытом. Тогда и Рождество мы переживем намного лучше.


Вопросы задавали о. Кирилл Горбунов и Николай Сыров (портал Рускатолик.рф)


***


Фото – с сайте Киевско-Житомирской епархии