логин:

пароль:

> Архив > Новости за 2017 год > Выступление архиепископа Павла Пецци на V Пленуме Христианского межконфессионального консультативного комитета «Вера и преодоление гражданского противостояния: уроки столетия», 26 апреля 2017, Санкт-Петербург

Выступление архиепископа Павла Пецци на V Пленуме Христианского межконфессионального консультативного комитета «Вера и преодоление гражданского противостояния: уроки столетия», 26 апреля 2017, Санкт-Петербург

26 апреля 2017 г.

 

 

Ваше Высокопреосвященство!

Ваши преосвященства!

Духовенство!

Братья и сёстры во Христе!

 

Я начинаю своё выступление с благодарности организаторам этого Пленума, особым образом за избранную тему, — «Вера и преодоление гражданского противостояния: уроки столетия», — которая, как мне кажется, синтетически характеризует историю и настоящее наших стран и народов, наших церквей и общин.  

 

В этом году мы отмечаем столетие событий, коренным образом изменивших историю народов, входивших в состав Российской империи. По поводу оценки этих событий спорят историки, политики, общественные деятели, рядовые граждане. Христианские конфессии призваны интерпретировать мир и его историю в контексте веры в Бога, Который пришёл в мир, чтобы искупить человека. Поэтому Церковь предлагает обществу соотносить свои суждения и решения с откровением Истины о Боге и человеке.

 

Фундаментальной миссией Церкви является постоянное напоминание человеческому обществу о превосходстве человека над вещами, над любыми материальными ценностями (ср. ККЦ 2244). К сожалению, когда общество лишено евангельского учения о Боге и человеке, оно легко становится тоталитарным. Главная проблема такого общества заключается в том, что оно присваивает себе власть над человеком и его судьбой. Только сквозь призму Откровения мы можем понять происхождение и назначение человека.

 

Конституция Второго Ватиканского Собора о Церкви в современном мире (GS 76) говорит о том, что в миссию Церкви входит выносить своё нравственное суждение о вещах, относящихся к жизни polis, общества, к политическому порядку, когда того требуют основные права личности или спасение душ. Однако Церковь применяет только те средства, которые соответствуют Евангелию и благу всех, сообразно различиям времени и обстоятельств. В этом контексте стоит говорить об отношении Церкви к светской власти, её правлению и изменению. Отношение к власти связано с самим её определением. Как говорил святой Фома Аквинский, один из величайших учителей западной Церкви, светская власть — это повеление разума, направленное на общее благо (ordinatio mentis ad bonum communem). Это позволяет нам правильным образом понять слова святого Павла о том, что власть от Бога. Речь здесь идёт о власти как институте, о власти как таковой, а не о любом конкретном её проявлении в том или ином обществе. 

 

Интересно отметить, что ранние христиане даже во время гонений, подчёркивая их несправедливый характер, не выступали против власти как таковой. Долг граждан — вместе с гражданскими властями вносить свой вклад в общее благо, в духе правды, справедливости, солидарности и свободы. Подчинение законным властям и служение общему благу требуют от граждан исполнения их функции в жизни политического сообщества (ККЦ 2239). Совесть обязывает гражданина не следовать предписаниям гражданских властей, если они противоречат нравственным законам, основополагающим правам человека и учению Евангелия (ККЦ 2242). А дух Евангелия — это дух веры в Иисуса Христа и дух любви. 

 

В житии святого Франциска Ассизского (Францисканские истоки, 1146) рассказывается о том, как однажды святой пришел ночью к своим братьям, но они не узнали его и не открыли ему дверь. В этой истории буквально воплотились слова пролога Евангелия от Иоанна: «Пришёл к своим, и свои Его не приняли» (Ин 1,11). Франциск, как новый Иисус, именно изнутри этого опыта отказа, неприятия со стороны своих братьев открыл для себя совершенную радость. Эта совершенная радость святого Франциска родилась в нём именно тогда, когда всё вокруг него как будто противоречит радости.

 

Подобный опыт победы над злом, которая реализуется именно в радости, несмотря на то, что зло продолжает своё существование и действие в обществе и в мире, такой опыт победы является общим для множества христианских мучеников последнего столетия. Этот опыт победы радости над злом мы, наши церкви и общины, получили благодаря подвигу мученичества предшествовавших нам поколений христиан. Мы не должны забывать, что преодоление гражданского противостояния с точки зрения христианина возможно только силой победы Христа, которая происходит на кресте. Любовь и радость, которые характеризуют эту победу Христа, мы не найдём ни в бегстве от мира сего, ни в забвении, ни в том, чтобы научиться игнорировать проблемы нашего разделения. 

 

Стоит здесь отметить, что даже если власть несправедлива, то это не освобождает гражданина от исполнения объективных обязанностей по отношению к обществу. Народы стран постсоветского пространства в своё время пережили безумные гонения на верующих, гражданскую войну, раскулачивание, репрессии, ГУЛАГи, голод. Однако это не помешало им сплотиться в борьбе за свободу и независимость во время Второй мировой войны, это не помешало совершать трудовые и ратные подвиги, даже под знаменами государства, власти которого часто вели себя несправедливо.

 

Это и есть крест, который многие наши братья и сестры приняли на себя, чтобы найти преодоление противостояния, и, таким образом открыли путь к примирению для себя и для нас. Именно следование за Христом вплоть до креста избавило их от иллюзий лёгких и коротких путей, сопровождало их в испытаниях тяжёлых обстоятельств, и, что важнее всего, дало им смиренную уверенность в победе над злом. Поэтому всякие действия, направленные прямым образом против веры и любви, разжигающие ненависть и фобии, не могут быть приняты христианином.

 

Отказ от того, что противоречит совести, находит своё оправдание в различии между служением Богу и кесарю (Мф 22,21). Советская мораль основывалась во многом на так называемом естественном законе, вписанном в сердце человека и повелевающем творить добро и избегать зла. Однако руководство СССР не учло того факта, что природа человека в соответствии с христианским вероучением повреждена грехом, и что одно лишь морализаторство без отнесения к вере, к Богу, к высшим ценностям не способно решить проблем человеческого общежития. Поэтому необходим был интенсивный процесс очищения наших обществ, процесс возврата к традиционным ценностям. Постсоветское общество начало постепенно осознавать необходимость выстраивания ценностей и нравственных ориентиров, которые сплачивали бы народы. Началось возрождение религиозной жизни, люди потянулись к святости, потянулись в храмы. Процесс этот проходил подчас крайне болезненно. 

 

 

На примере своей конфессии хочу заметить, что на территории Российской Федерации в советские времена действовало всего лишь два католических храма. Ситуация других конфессий также была тяжёлой. Нехватка храмов, священнослужителей, религиозной литературы, практическое отсутствие религиозного образования иногда создавали впечатление безысходности. Но наши народы постепенно начали преодолевать трудности. И сегодня мы являемся свидетелями религиозного возрождения. Религиозные конфессии стараются участвовать в жизни общества, указывая нравственные ценностные ориентиры и обличая пороки. Разве мы не можем видеть в последние десятилетия именно воскресение наших церквей и общин? Я говорю это без всякого триумфализма, прекрасно осознавая, что мы призваны питать это возрождение смиренным свидетельством своей веры. 

 

В связи с этим я хотел бы обратить внимание ещё на одну проблему, характерную, как мне кажется, именно для России. Это резкий контраст между декларированной и фактической религиозностью. Несмотря на распространенное заблуждение, процент практикующих христиан в России, смею заявить, значительно меньше, чем даже в некоторых самых либеральных странах Европы.

 

Прошло более 25 лет со времени распада СССР. Многие из нас были свидетелями грандиозных перемен в жизни общества. С одной стороны, общественно-политические перемены открыли широкие возможности для развития, прогресса, но с другой стороны, как и при всяких переменах, проявились негативные стороны нашей жизни. После перестройки мы двинулись в противоположную крайность — это неправильно понимаемая свобода: ничем не ограниченный гедонизм, потакание страстям и порокам, что нередко объясняется как неизбежное следствие демократии, в частности, западноевропейской. При этом не обращали внимания на тот факт, что в демократических обществах, в том числе в Европе, существуют достаточно сильные механизмы сдерживания людских пороков.

 

Одним из наиболее негативных проявлений советского наследия является грубый материализм, потребительское отношение к жизни, из которого происходит эгоизм, низкая социальная активность, боязнь ответственности, поиск сиюминутной выгоды. Все это привело к усугублению серьёзных социальных проблем: неполных семей, разводов, абортов, семейных патологий, беспризорных детей, проблем алкоголизма и наркомании, насилия. В обществе ощутимо усиливается присутствие зла и противостояния.

 

На первый взгляд может показаться, что все это происходит как бы без особых причин или идеологий. И поэтому может возникнуть иллюзия, что мы можем преодолеть это зло и противостояние при помощи неких социальных мер. Так вот именно перед лицом этого зла, перед лицом этого нового своего рода дьявольского противостояния, нам необходимо снова и снова учиться уроку опыта многих наших братьев и сестёр: только крест побеждает зло, только через крест мы можем снова и снова переживать опыт воскресения. 

 

И самое ужасное зло — это именно то зло, от которого мы неспособны освободиться сами. Это то зло, о котором Иисус в Евангелии говорит, что Его ненавидели без причин (ср. Ин 15,25): «возненавидели Меня напрасно». Это то зло, из-за которого, если оно пускает корни в нашей жизни, мы теряем контакт с реальностью и начинаем видеть вокруг себя только врагов. Но в опыте многих наших братьев и сестёр я нашёл, что победить ненависть — возможно. Именно от этого зла и ненависти были освобождены благодаря кресту апостолы, были освобождены наши братья и сёстры. Именно этот опыт креста, способный преодолеть ненависть, нужен нам сегодня.

 

Сегодня мы начинаем осознавать истину о том, что только верующий человек способен быть по-настоящему патриотом своей страны, не впадая в крайность идеологического национализма. Только верующий человек способен решать личные проблемы, преодолевать греховные склонности, жизненные трудности, быть по-настоящему социально адаптированным. Я глубоко уверен в том, что только в контексте веры мы способны решить эти вопросы. Только в контексте веры мы способны во всей полноте реализовать в социально-экономической жизни нравственный элемент. Только в контексте веры и религии мы способны давать истинные оценки событиям, свидетелями которых мы являемся. Ведь наши оценки, оценки верующих людей, обусловлены не политическими или идеологическими штампами, а религиозными ценностями, ценностями более высокого порядка. 

 

Для христиан этой ценностью, высшей ценностью в конечном итоге является сам Бог, который есть любовь. Христианство — религия любви. Поэтому для верующего христианина, независимо от конфессиональной принадлежности, главный критерий — это критерий любви. Христианин ни при каких обстоятельствах не может согласиться с ненавистью и фобиями. Там, где есть ненависть, Бога нет. 

 

Предшествовавшим нам христианам двадцатого века было ясно, что только бескорыстная любовь, любовь без меры, может стать критерием жизни и преодоления противостояния. Сегодня, как и всегда, наша задача заключается в том, чтобы, осуждая грех, не осуждать при этом человека грешащего, а стараться помочь ему в его обращении.  И в этом существенное отличие христианской морали, христианской системы ценностей от светской: светской морали, партийной, либеральной, современной европейской, гуманистической, как угодно мы её можем называть. Но существенное отличие христианской морали как раз в этом и заключается, что христианские ценности имеют религиозный фундамент: они основаны на Евангелии. 

 

Хотелось бы, чтобы эти темы стали содержанием наших встреч, наших молитв, нашей вести и свидетельства: стоящие перед нами проблемы можно решить только милосердием, ненависть преодолевается верой и бескорыстной любовью. Христиане будут считаться достойными веры, только если они будут идти путём любви, милосердной и сострадательной.

 

В связи с этим я позволю себе выразить пожелание, чтобы мы в рамках нашего Христианского Межконфессионального Консультативного Комитета могли бы предложить нашим церквам и общинам пример и призыв к взаимному прощению и примирению. Печально наблюдать, что в современной культуре прощение встречается всё реже. Порой кажется, что само это слово выходит из употребления. Однако без прощения как свидетельства, жизнь остаётся бесплодной, словно голая пустыня. Прощение — это сила, которая воскрешает к новой жизни и вселяет в нас отвагу, позволяя смотреть в будущее с надеждой (ср. Франциск, Misericordiae Vultus).

 

Верующий христианин хорошо понимает, что полной справедливости и идеальной гармонии в этом мире не будет. А истина земная, какой бы хорошей и важной она ни была, всё равно не является спасительной.Для верующего христианина есть одна спасительная истина: «Я есмь путь, истина и жизнь. Никто не приходит к Отцу, как только через меня», — говорится в Евангелии от Иоанна.

 

Состояние общества, в соответствии с христианской системой ценностей, определяется не наличием и количеством проблем, а способностью их решать. С точки зрения христианства это называется «покаяние». И покаяние на самом деле — это не унизительный процесс признания своей вины, или тем более отмщения. Покаяние — это и есть та самая постоянная защита духовно-нравственных ценностей, ценностей более высокого порядка. Истинное покаяние — это обращение ума, метанойя, или изменение направления движения. Сила общества заключается в народе, который способен к рефлексии над своей историей в свете веры. Выражаясь христианским языком — это и есть способность к покаянию. Сегодня эти слова звучат очень актуально, и в этом направлении уже многое сделано. Но при этом для нас важно понять, что первичен именно религиозный аспект. Мы защищаем ценности не ради самих ценностей. Мы защищаем ценности, поскольку защищаем полноту истины. 

 

Как мы видим, общество пытается размышлять над событиями столетней давности и дать им оценку. Задача христианских церквей и общин заключается не в политической оценке, а прежде всего в осмыслении прошедших событий в духе Евангелия — благой вести о спасении человека, а также в духе веры в мудрость и благость промысла Божия. И эта вера позволяет христианину позитивно смотреть на мир, его историю, и собственную жизнь. Однако для этого необходимо обращение к Богу, Который является целью человека и истинным Владыкой истории. Только тогда человек может понять своё предназначение, а общество сможет примириться, уважая достоинство каждого своего члена. 

 

В этом смысл христианского гуманизма — и этот смысл, к большому сожалению, остается непонятным большинству людей на постсоветском пространстве. Иногда, увы, даже сами христиане не приемлют этого слова. Однако подлинно христианское мировоззрение основано на гуманизме, который связан с уважением достоинства каждого человека, — образа и подобия Божьего, — ради спасения которого Сам Бог пришёл в этот мир. 

 

В связи с этим у меня есть ещё одно предложение... 23 августа Русская Православная Церковь празднует Собор новомучеников и исповедников Соловецких. Моё предложение состоит в том, чтобы в этот день все наши церкви и общины молились о преодолении противостояния в наших странах, народах и христианских общинах. Пусть вера и бескорыстная любовь строят наше новое общество. 

 

Спасибо за внимание.

 

 

Фото Натальи Гилёвой

 

 

 

 

Сообщения курии

Литургический календарь

23 сентября 2017г.

 

Св. Пий (из Пьетрельчины), свящ., память

 

1 Тим 6, 13-16; Пс 100 (990, 1-2. 3. 4. 5 (Пр.: 2b); Лк 8, 4-15

 

Свв. Захария и Елизавета, родители св. Иоанна Крестителя

Св. Лин, Папа (+76)