логин:

пароль:

> Духовность > Святые > 2 июля - память святой Монегунды Шартрской

2 июля - память святой Монегунды Шартрской

30 июня 2017 г.

 

В знаменитой книге Григория Турского «Жития Отцов», содержащей жизнеописания многих прославленных святых есть одно, отличающееся от всех остальных. В нём, единственном в книге, рассказывается о жизни женщины - великой чудотворицы и святой – Монегунды Шартрской. Жизнеописание, составленное Григорием Турским – единственное дошедшее до нас житие этой подвижницы, бывшей, современницей автора и, очевидно, хорошо ему знакомой.

 

Время рождения святой и её происхождение точно неизвестны. Ряд обстоятельств, впрочем, указывает на то, что она принадлежала к богатой и знатной семье. Она была замужем, и у неё были две дочери, которые составляли радость и гордость матери. К несчастью, обе дочери заболели и умерли совсем юными, и эта смерть ввергла Монегунду в глубочайшую скорбь. Родственники и знакомые старались, как могли утешить и развлечь осиротевшую мать, но она только плакала и горевала, и время, считающееся лучшим лекарем в таких случаях, шло, не принося никаких изменений к лучшему. Но однажды, будущая святая задумалась об истоках и истинных причинах своего неутихающего горя.  Поразительный вывод, к которому она пришла, говорит о ней, прежде всего, как о человеке, обладающем выдающимся интеллектом, способностью анализировать свои поступки и начисто лишённом какой бы то ни было жалости к себе. Монегунда осознала, что глубокое горе, которое она испытывает, порождено не только любовью к дочерям, но и крушением тех честолюбивых надежд, которые она возлагала на них и что слёзы, которые она проливает по своим детям, говорят не только о её материнской любви, но и о материнском эгоизме, и о недоверии к Богу, пожелавшему призвать девочек к Себе и уготовившему им лучшую долю, нежели жизнь в мире, полном горя и бед. С этой минуты, отерев слёзы и сняв траур, Монегунда удалилась от мира в маленькую келью, где стала вести жизнь, схожую с жизнью отшельников, молясь о том, чтобы Бог простил её.

 

Из всего множества слуг, живших в доме её мужа, она взяла с собой только одну девочку. Эта маленькая деталь, упомянутая Григорием Турским, показывает, что святая принадлежала к знатной семье, которая, как видно из дальнейших событий, хотя и не противилась явно новому образу жизни Монегунды, всё же не была от происходящего в восторге. Между тем, Монегунда, в тесной келье, где не было никакой мебели, а кроватью служила соломенная циновка, вела суровый образ жизни, молясь и во всём ограничивая свои физические потребности. Ела она только хлеб, который пекла с помощью своей маленькой служанки, смешивая муку с золой, но и этой убогой пищи она не позволяла себе есть вволю, отдавая часть бедным.  Вскоре девочка-служанка не выдержала такого образа жизни и покинула свою госпожу. Когда настало время печь хлеб, оказалось, что нет воды, чтобы замесить тесто.  Тогда Монегунда воззвала к Богу и Он, подобно тому, как посылал манну с небес для пропитания народа Израилева, послал Своей святой воду в виде внезапно пошедшего снега, который она собрала и, дождавшись, чтобы снег растаял, замесила хлеб на талой воде.  Почти сразу за первым чудом последовало ещё одно.

 

При келье был маленький сад, граничивший с соседским. Соседка, сушившая на крыше пшеницу, зло глянула на святую, гулявшую в своём садике, и тотчас глаза её затуманились. Перепуганная и раскаивавшаяся в том, что подумала плохо о подвижнице, она бросилась просить прощения за свои злые взгляды и недобрые мысли. Испугалась и Монегунда и сейчас же принялась горячо молиться, чтобы Бог исцелил соседку. Соседка прозрела, как только святая осенила её крестом, а о Монегунде стали говорить, как о наделённой даром исцелять больных.  Наслушавшись этих разговоров, к ней пришли родные глухого юноши и стали просить её исцелить больного, однако она уверяла их, что всё это ошибка и слухи, и такого дара она не имеет.  Всё же, после настойчивых просьб, она согласилась помолиться за юношу, и слух к нему вернулся. Испугавшись, как бы не впасть в искушение и не вообразить себя великой целительницей, Монегунда решила покинуть родной город и отправиться в Тур, где на могиле святого Мартина Турского надеялась справиться с опасностью, помолившись ему и испросив его заступничества.

 

По пути в Тур, накануне празднования памяти святого Медарда, она остановилась в местечке Эвен, где хранились реликвии святого, и всю ночь молилась, а наутро, во время мессы, в церковь вошла девушка, страдающая от гнойных опухолей, которые грозили ей заражением и скорой смертью. Больная подошла к Монегунде и просила её: «Помоги мне, я умираю!» Монегунда, простёршись перед алтарём, стала молиться об исцелении девушки, а потом перекрестила её, и страшные нарывы один за другим лопнули, гной вытек и больная была спасена.

 

Придя в Тур, Монегунда поселилась, как и в Шарте, в маленькой келье возле собора, где покоились мощи святого Мартина Турского, и здесь проводила всё время в молитве. Здесь, по её ходатайству произошло ещё одно исцеление. Дочь «некой вдовы», несомненно, известной в городе персоны, исцелилась от «скрюченных рук».

 

Слухи о чудесах, явленных по молитве его жены, дошли до слуха мужа Монегунды, и он, с помощью друзей и родственников, силой  увёз жену домой в Шартр, но дома она вновь поселилась в своей келье и вновь стала упражняться в посте и молитве, прося у Бога возможности вернуться в Тур к могиле святого Мартина. В конце  концов, муж согласился отпустить жену, и она вновь поселилась в Туре, где вскоре вокруг неё образовалась община женщин, готовых разделить её благочестивую жизнь. Они вели жизнь, близкую к монашеской – молились, спали на соломенных циновках, питались только хлебом, разделяя его с бедняками, не пили ничего, кроме воды, в которую только по праздникам добавляли немного вина, ежедневно принимали больных, чтобы оказать им посильную помощь. Одно за другим здесь  происходило множество чудес – исцелилась покрытая язвами девушка, юноша, погибающий от кишечных паразитов после того, как Монегонда приложила к его животу виноградные листья смоченные слюной полностью выздоровел, слепой, на которого святая возложила руки прозрел… Все эти чудеса описаны Григорием Турским с такой физиологической точностью, что по этим описаниям современный врач может понять о каких именно заболеваниях идёт речь.

 

Когда Монегунда почувствовала приближение смерти и сказала об этом своим сёстрам во Христе, те попросили её благословить масло и соль, чтобы было что дать больным, приходящим за помощью. Святая умерла, но на её могиле по-прежнему происходили чудесные исцеления. Год её смерти точно неизвестен, но есть основания считать, что она умерла до 573 года. Созданная ею женская община дала начало монастырю. Могила её почиталась в Туре наравне с могилой святого Мартина, а в XI веке её мощи были перенесены в монастырь Сен Пьер ле Пульер. Несмотря на то, что во время религиозных войн между католиками и протестантами эта могила пострадала, всё же часть мощей была спасена от осквернения.

 

Суровая к себе, но милосердная к другим, при жизни она, никогда не отказывала больным ни в уходе, ни в подаянии, ни в молитве. Прошли столетия с тех пор как были отданы последние капли масла и последние крупицы соли, которые она благословила, умирая. Но и сегодня, спустя почти полтора тысячелетия, Шартрская чудотворица в небесной обители молится за всех, кто ищет её заступничества, и чудеса, дарованные по её молитве, не прекращаются и теперь.

 

 

 

Анна Кудрик

 

 

 

 

 

Сообщения курии

Литургический календарь

26 июля 2017г.

 

Свв. Иоаким и Анна, родители Пресвятой Девы Марии, память

 

Исх 16, 1-5. 9-15; Пс 78 (77), 18-19. 23-24. 25-26. 27-28 (Пр.: 24b); Мф 13, 1-9